Дингир
Шрифт:
— И ты хочешь расспросить нашего бывшего капитана в стиле: “что у них там за движуха с Красным Рассветом?”
— Да, и ещё надо будет провести разведку и прощупать местных сотрудников. Кто-то из них является Фараоном.
— И как нам его найти?! Как выглядит суперсильное существо, которое способно убить тебя с 50-ти метров?!
— У нас же есть снимки его безумного спринтера. Можно опираться на них, — сказала Илона. — Этого конечно мало, но хоть какое-то представление о преступнике они всё же дают. И Тиен, когда ты успел урвать хот-дог?
— Когда мы проходили мимо закусочной.
— Так это было двадцать минут назад. За это время даже я смогла бы съесть три таких.
— Это хот-дог, Илона! Если потеряешь бдительность лишь на секунду, то твоё лицо вмиг превратится
— Во время нефизического гнева, то есть — высказывания в виде: “хоть бы ты сдох”, клетки мозга сжигаются. А поскольку энергия не может быть уничтожена, она трансформируется, и направляется на объект ненависти с командой навредить.
— Чё, в натуре?!
— А мне почём знать?.. Иногда неведение развивает воображение. Как раз таким воображением я только что с тобой и поделился.
— Это и делает тебя крутым, Эйн. Ты не стесняешься своего воображения, оно словно твой учитель.
— Это не совсем так. Оно с самого детства было моей частью. Просто у большинства людей воображение перестаёт расти по мере физического взросления. Есть две дороги. Первая — это восприятие материального мира. И вторая — воображение. В детстве ребёнку часто говорят: “не делай то, не делай это”. Подобные запреты блокируют первую дорогу восприятия материального мира, и с возрастом ребёнок понимает, что воровать и убивать плохо — это правила материального существования. Однако из-за подобных блокировок начинает страдать и вторая дорога воображения. По мере взросления эти две дороги сливаются и те блоки, что были выставлены на первую дорогу, сужают и дорогу воображения. Я же с самого начала следовал правилам общества, но при этом позволял своему воображению делать то чего оно хочет: “Мысли о тотальной гибели человечества” — пожалуйста. “Фантазии о совокуплении с различными животными” — да это мерзко, но я не спешил избавляться от этих мыслей. Мне было интересно следить за их ростом.
— И на чём закончился этот рост?
— Не на чём. Моё воображение до сих пор растёт… Ты меня удивил, Тиен. Я думал, что после моих слов о фантазиях с животными ты выразишь удивление или омерзение, прикрытое какой-нибудь язвительной шуткой.
— Ну, это же просто поверхностные фантазии, верно? Я уверен, люди думают и не о таких вещах. А ты, скорее всего, просто мысленно экспериментируешь; и пока твой мозг ищет разнообразие — он развивается. К тому же твоё смелое воображение покрывает очень много разных вещей, как омерзительных, так и приятных тоже. Ты же по факту не являешься: убийцей, зоофилом или некрофилом. А то, что в твоих мыслях присутствуют все эти грехи одновременно — оправдывает тебя.
— Хм, интересная мысль, Тиен. Локальные случаи ничего не значат, если ты являешься всем и сразу?
— Типа того. — Тиен, наконец, доел свой хот-дог.
— Но это звучит как побег от грехов с помощью глобального расщепления своего разума… И возможно, в этом есть доля правды.
— О каком побеге от грехов ты говоришь?! Даже, если у тебя были какое-то грехи в прошлом, то сейчас у тебя их точно нет! — импульсивно поддержал Тиен. — Ты ведь стольким помог! Ты стольких спас! А сколько будущих преступлений ты предотвратил, когда очень быстро отправлял в тюрьму убийц, насильников и педофилов! Ты попросту не дал им навредить ещё кому-то! Как, например, в том случае со звуком. Педофил удерживал девочку в своём гараже, а штурм был слишком рискованным, так как она находилась вблизи железной двери. И тут ты вспомнил, что взрослые люди не способны слышать звуки чистотой выше 16кГц, но дети слышат их очень хорошо — эта изобретательность позволила тебе поговорить с ней, отдать несколько команд, в то время как сам педофил был ни слухом ни духом. Первым делом ты успокоил эту девочку, а после предупредил её, чтобы она отбежала
в нужный момент от двери. Они спасли её. Ты спас!.. Да господи, ты остановил целый теракт! Та женщина везла обычную коляску, но ты обратил внимание на слегка спущенные колёса от неприемлемой весовой нагрузки. Как оказалось, внутри коляски была бомба. Но она не взорвалась… из-за тебя!— Тиен, есть вещи, за которые можно простить себя, но, когда ты не способен исправить их — полностью простить себя уже невозможно. У обычного человека есть большой набор бессознательных ресурсов, чтобы избежать чувства вины: перенаправление, трансформация, обвинение другого, побег и т. д. Но я необычный человек, и я внятно осознаю все эти бессознательные ресурсы по избеганию вины, поэтому они не имеют надо мной контроль. Мне приходится бороться самому.
— Это один из тех минусов, что появляется от высокой самоосознанности?
— Да. Я уже говорил — это дар и проклятие. А мой дар был рождён из проклятия. С тобой же, Тиен, всё будет иначе. Ты не станешь таким же подобием социопата как я когда-то.
— Извиняюсь за мой французский, Эйн, но сейчас ты несёшь какую-то ахинею! У тебя настолько высокий уровень импатии, что называть себя: “социопатом” — это прямое извращение над Вселенной.
— То было тогда… Сейчас я другой.
— Вот именно!.. Я не знаю, за что ты так себя коришь и даже при моём любопытстве, я не хочу этого знать, потому что мне всё равно! Но я не устану повторять: твои поступки уже покрыли любой грех, что ты совершил в прошлом. Оставь прошлое в прошлом, Эйн…
— До чего докатились… Ученик читает нотации учителю, — с улыбкой прокомментировал Эйн.
— Иногда тебя вообще выпороть хочется! Ты очень разумный, но и глупый одновременно!
— Я рад, что ты поделился со мной этим душевным авангардом, Тиен. Но не стоит останавливать свой рост только потому, что ты прочувствовал восхождение на мой уровень. Пока что это только иллюзия. И моё упорство признавать вину и удерживать при себе свои недостатки — имеет причину. Так никто не сможет использовать их против меня.
Полицейский участок. Кабинет капитана…
— Ну и зачем ты это сделал? Понимаешь даже у маньяка психопата есть мотив, а у тебя — дебила его нет!.. Нельзя задерживать человека лишь потому, что тебе этого хочется!
— Но ведь на месте облавы мы нашли мяч с автографом на его имя. Я думаю это прямая улика, которая уличает Валерия Прохорова в сотрудничестве с наркоторговцами.
— А, ясно! Ну, тогда прими мои искрение оскорбления. Подставили его, идиот! Ты, правда, думаешь, что следователь с его стажем допустил бы такую детскую оплошность?.. — Капитан начал ёрзать в кресле, его седые брови выказывали чувство дискомфорта. — Да, чёрт возьми, это кресло пытается меня изнасиловать что ли? Два грёбанных болтика постоянно впиваются в мои булки! Получить пулю во время перестрелки и то гораздо менее мучительно.
— Так что нам делать с подозреваемым?
— Отпусти его к жене и ребёнку, в конце-то концов! Если он действительно окажется преступником, то я наряжусь в костюм цыплёнка и спрыгну в озеро с крокодилами. Но всё же продолжайте наблюдать за ним. Нужно убедиться наверняка.
— Понял, — сказав, собеседник ушёл.
Тишина… Капитан внял её и плавно закрыл глаза…
И тут торопливый стук в дверь. После которого желающий вошёл сам.
— Капитан, это снова я, — сказал вошедший. — Что нужно написать, где указана: “причина освобождения из-под ареста?”
– “Недостаток улик”.
— Понял, — резко кивнув, он ушёл. Но через несколько секунд он снова влетел в кабинет. — А Валерия Прохорова нужно отметить как “участника по делу?”
— Нет.
— Понял, — сказал тот и ушёл.
Он снова вернулся…
— А как отметить его в качестве объекта для слежки?
— Скажи, ты что, пытаешься трахнуть этот кабинет?! — спросил капитан.
— Н… нет?
— Тогда какого хрены ты входишь и выходишь по сто раз? Сначала набери кучу ответов на свои вопросы, а уже потом отчаливай!.. Отметь его как: “подозреваемого с минимальным приоритетом”. Всё?.. Есть ещё вопросы?