До трех еще рано
Шрифт:
Как любовь развивает мозг
Человек не похож ни на одно другое существо на земле. Из головастика, выпущенного в пруд, вырастет взрослая лягушка, которая проживет настоящую лягушачью жизнь. Желудь, посаженный в нескольких милях от других дубов, все равно может вырасти в большое дерево. Но так нельзя поступать с ребенком – мы самые зависимые от родителей существа на земле. И если бы не было рядом знающих и заботливых взрослых людей, ребенок человека никогда бы не научился ходить, не говоря уже о том, чтобы научиться говорить, думать, чувствовать и любить.
Дети рождаются с относительно неразвитым мозгом по двум очень важным причинам. Первая – просто физиологическая. Если бы детские головы были немного больше, они просто не проходили бы через материнский таз, и дети не могли бы родиться. Поэтому детский мозг увеличивается на две трети только после рождения. Однако и для этого требуются правильное стимулирование. Детский мозг не гриб. Он не может развиваться, просто увеличиваясь в объеме. Мозг человека намного сложнее и хитрее любого изобретенного компьютера,
Ребенок появляется на свет с единственной основной «программой обеспечения» – при рождении он умеет дышать, сосать, хватать и что-то еще [34] . Но его жизнь будет намного сложнее, чем жизнь лягушонка или дуба. Большое количество инстинктов или врожденных моделей поведения не работает. Для этого природа оставляет большие участки мозга ребенка чистыми, чтобы мозг можно было индивидуально программировать в зависимости от времени и места воспитания. Это дает ребенку – и в целом всем нам – максимальную возможность в развитии и адаптации к окружающей среде не только через тысячелетия, но и в каждом поколении. С самого рождения мы можем воспитать арктического охотника или медика-реаниматора британской больницы. «Программирование» – такой автоматический и ежедневный процесс, что мы принимаем его как должное и называем «воспитание ребенка». К тому же это долгий, сложный и полный нежности процесс, когда родители осваивают все новые и новые навыки, что намного сложнее, чем умение ухаживать за садом, рисовать маслом и сочинять симфонии. На решение этой задачи требуется 20 лет, в течение которых буквально все, что мы делаем, поступает в арсенал ребенка, благодаря которому он сможет прожить долгую и счастливую жизнь.
34
Лучше всего работа Шоре раскрыта в прекрасной книге Сью Герхардт. Sue Gerhard. Why Love Matters: how affection shapes a baby brain. Brunner Routledge, Hove, 2004. Другие книги по развитию мозга для широкого круга читателей: Stanley Greenspan. Building Healthy Minds. Perseus, New York, 1999.
Гринспан, известный американский нейроспециалист, проявил себя в том, что убедил гуру ясельного воспитания детей Т. Бери Бразелтона изменить свой прежний положительный взгляд на воспитание детей в детских учреждениях.
На эту тему они издали вместе книгу: T. B. Brazelton, S. Greenspan. The Irreducible Needs of Children: What every child must have to grow, learn and flourish. Da Capo Press, New York, 2001. Lise Eliot. What’s going on in There? Penguin, London, 1999.
Элиот выдвигает веский аргумент в поддержку знаний о развитии мозга: «Осознаем мы или нет, но почти каждое решение, которое принимает родитель, отражается на умственном развитии ребенка. Будь то стакан вина во время беременности, прием наркотических средств во время родов, как долго продолжать кормить грудью, как скоро снова вернуться на работу, лечить ли каждое воспаление уха, определить ли ребенка в ясли, как долго детям можно смотреть телевизор и так далее, и так далее». A. R. Barnet. The Youngest Minds. Simon and Schuster, New York, 1998.
Пожалуйста, обратите внимание на то, что я не предлагаю всем родителям перечитать все эти книги. Главная мысль этих книг в том, что будет лучше, если вы посвятите свое время прогулкам с детьми по пляжу или в парке.
Не все воспитание одинаковое, поэтому, вырастая, люди становятся такими разными. Отдельное семейное окружение бывает слишком бедным для развития детского сознания. Детский мозг особенно чувствителен к эмоциональному тону и окружающей обстановке. Тип людей, среди которых растет ребенок, будет оказывать огромное влияние на формирование его способностей и мыслительных функций. Является ли семейное окружение ненапряженным или агрессивным? Спокойным или шумным? Веселым или очень серьезным? Детский мозг реагирует на все и развивается соответственно. В раннем возрасте у ребенка устанавливается норма адреналина в организме – адреналиновый термостат, то есть такое привычное количество адреналина, которое позволяет ему сохранять нормальный стрессовый уровень в данной семье. (Этот процесс начинается уже во время беременности, когда взволнованная мать выбрасывает стрессовые гормоны в плаценту, вызывая учащение сердцебиения у ребенка.) К шести месяцам одни дети находятся в постоянном страхе, другие чувствуют себя намного увереннее. Эти модели поведения, вероятно, сохраняются на всю жизнь. Этим объясняется, почему среди взрослых так много людей с разными характерами и темпераментами.
Разноплановая степень умственного развития гарантирует детям лучшую возможность выжить в определенном месте и в определенное время, приводя его темперамент в соответствие с окружением. Но здесь есть и отрицательная сторона: ребенок становится уязвимым, если семейное окружение далеко от того, что предназначалось природой. Что если ребенок не получает положительного опыта для правильного роста, не подготовлен для выхода в большой мир? Что если родители находятся в депрессии или употребляют наркотики? Что если ребенка никогда не берут на руки и не обнимают, но оставляют перед телевизором на целый день или он видит перед собой только потолок? Если нужные вещи не происходят в нужное время, если окружение ребенка испытывает дефицит чего-то очень важного, он, возможно, никогда не станет тем человеком, которым ему природой предназначалось стать.
В начале девяностых годов были открыты границы Румынии для Запада, и там обнаружились детские дома, где младенцы и дети постарше оказались просто брошенными. Некоторых детей усыновили американские семьи. К несчастью, было выявлено множество
проблем, ученые стали изучать этих детей с целью помочь им и определить последствия полного игнорирования их взрослыми. Сканирование ЯМР обнаружило «черные дыры» в мозге румынских детей. У сирот, лишенных внимания и человеческого общения первые три-четыре года жизни, целые области мозга просто не развились. Шансы детей стать когда-нибудь полноценными людьми – чувственными, общительными, заботливыми, неагрессивными и надежными – были практически нулевыми [35] .35
Elinor Ames. Recommendations from the report, «The Development of Romanian Orphanage Children Adopted to Canada», 1997 // (Элинор Эймс // Рекомендации из заключительного отчета «Развитие румынских детей– сирот, усыновленных в Канаде», 1997), International Adoption, Challenges and Opportunities, 1999.
Это итог младенчества. Нет любви, нет стимулов – и основные отделы мозга не развиваются. Знание этого должно сделать нас, родителей, более ответственными. Мы меняем природу детства, рискуя при этом будущим ребенка и своим будущим. Детям требуется не только положительный опыт, они должны усваивать этот опыт в подходящее для этого время. Если мы оставим на потом выполнение своих обязанностей, возможность для адекватного развития детского мозга будет упущена. И отрицательные результаты, возможно, никогда не удастся исправить.
Итак, что конкретно должны дать детям родители и воспитатели? И когда наступает критический срок, до которого нужно все успеть сделать? Это очень важные вопросы, и нам нужно рассмотреть их во всех деталях. Тогда мы сможем увидеть, обеспечивают ясли жизненно необходимые потребности детей или в их работу нужно внести изменения для большей эффективности.
Умение чувствовать
Все дети развиваются в одной и той же последовательности. Все должно происходить в свое время. При рождении ребенка его мозг главным образом способен только ощущать. Поэтому новорожденные чувствуют совсем немного – когда им холодно или тепло, когда они голодны или сыты, когда их держат на руках или оставили одних. Но очень скоро, в первые недели и месяцы, эти ощущения начинают превращаться в эмоции. Например, если ребенок замерзнет или проголодается, то почувствует страх. Если он не ощутит прикосновения мягкой и теплой кожи, то почувствует себя одиноко и вскоре опять начнет испытывать страх. Если его взять на руки, улыбнуться ему и спеть, он обрадуется. Когда с ребенком разговаривают, щекочут или качают его, он испытывает возбуждение.
Формирование этих отдельных эмоций помогает ребенку в общении – выражая эмоции, ребенок легче добивается того, в чем нуждается, от находящихся рядом взрослых. Это происходит потому, что взрослые, которые заботятся о нем, понимают эти эмоции – они испытывают их тоже. Эмоции – это первый язык человека. Это проявление наших чувств, соответственно переданных, которые учат ребенка, как выражать эти чувства и добиваться своего. Если ребенок проявляет эмоции, заботливый и сострадающий взрослый почти сразу же автоматически делает то, что требуется ребенку. Здесь мы имеем в виду эмоциональные потребности, а не физиологические – развеселить или успокоить, если нужно.
Если же родитель или воспитатель переживает стресс, если он очень занят, подавлен или безразличен, то ребенку, возможно, придется проявлять экстремальные эмоции – волнение, гнев, – для того чтобы получить необходимое. Так может сформироваться модель поведения, которая будет руководящей и во взрослой жизни. В наше время «хорошим» ребенком часто считается тот, который постоянно спокоен или подолгу спит. Однако то, что «хорошо» для занятых родителей и яслей, может указывать на подавленность ребенка или его одиночество и скуку, которые он прячет, подавляя свои чувства. Если «хороший» означает «удобный», то в будущем не избежать проблем.
Как мы учимся быть родителями
Только в самой малой степени родительское поведение инстинктивно. Например, мы запрограммированы считать все мягкие, пушистые существа с большими глазами очень симпатичными. (Поэтому продажи плюшевых мишек всегда более прибыльны, чем продажи пластмассовых жаб.) Но одних инстинктов мало. Они работают только при крайней необходимости и не могут обеспечить тонкие нюансы воспитания. Мы приобретаем значительную часть навыков, необходимых для родителей, тремя способами. Первый имеет начало в нашем детстве – если нас любили тогда, то мы относимся к детям более тепло и более умело отвечаем на их потребности, став взрослыми. Мы чувствуем себя спокойно, слыша детский плач, потому что глубоко внутри храним память о том, что плачущего малыша легко успокоить. Чувство любви имеет свое начало. Второй способ приобретения родительских навыков имеет место тогда, когда мы растем рядом с маленькими детьми и родителями, ухаживающими за ними. Если мы видим, как родители обращаются с ними, или даже помогаем и подражаем им, по мере сил ухаживая за младшими братьями и сестрами, то навыки воспитания приобретаются естественным путем. (Это было возможно в больших семьях в прошлом, когда почти у всех было по шесть-семь братьев и сестер, – дети имели хорошую практику. В наше время треть молодых родителей никогда не держали на руках ребенка, пока не родили сами.) Третий способ приобретения родительских умений заключается в простой решимости и благих намерениях, когда путем проб и ошибок мы приходим к тому, что лучше всего нам подходит. В наши дни появляется много хороших пап и мам только потому, что они твердо решили быть лучше своих родителей.