Дочь Эльдории.

– Как Лориан? – приложив немалые усилия, хриплым голосом спросила Эля.

– Всё с принцем в порядке. Заживёт. – ровным голосом ответил Дайрен, хотя было видно, что ему неприятны её переживания об эльфе.

Под сенью огромного дерева поодаль от костра Ронда колдовала над раненым.

– А знатно ты его приложила, Ронда. – сказал Лориан поморщившись от боли, когда ведьма накладывала заживляющую мазь.

– Ничего особенного. – спокойно ответила Ронда, не отрываясь от раны принца. – С чего это ты так подставился? Мог же из лука пристрелить мерзавца.

– Так было быстрее. – Лориан вздрогнул когда Ронда прижала рану чистой тканью. – Да и нет опасности что он упадёт на девчонку и случайно воткнёт в неё нож.

– Зато он воткнул его в тебя, – сказала Ронда осматривая результат своих трудов. – Ну дня два ты точно лук в руки не возьмёшь.

– Ничего, дракон поохотится, голодными не останемся.

Ронда недовольно хмыкнула, помогая Лориану добраться до костра, и усадила его на заранее разложенный плащ. Его лицо оставалось бесстрастным, но напряжённая линия челюсти выдавала боль. Ронда быстро проверила повязку, затем направилась заканчивать готовить обед.

Эля сидела неподалёку, скованная молчанием. Её взгляд невольно возвращался к перевязанному плечу Лориана. Кровь проступала через ткань, и каждая капля казалась ей ударом по её совести. Она всё ещё слышала шум схватки, видела, как он, не раздумывая, закрыл её собой. Это было неправильно. Она не могла принять эту жертву.

Запах жаркого, приготовленного Рондой, наполнял воздух, но аппетит покинул их. Лориан ел молча, через силу, едва ли чувствуя вкус пищи. Дайрен лишь отмахнулся, когда Ронда предложила ему порцию, а Эля и вовсе не прикоснулась к своей миске. Наконец, Ронда сняла котелок с огня, убрала остатки еды и потушила костёр.

– Нам нужно двигаться, – сказала она сухо, обводя всех строгим взглядом. – Чем быстрее доберёмся до Сильварии, тем лучше.

Но двигаться оказалось нелегко. Лориан ехал на своём эльдарике, и хотя крылатый конь шёл плавно, словно скользя по воздуху, даже это движение причиняло Лориану боль. Его лицо становилось всё бледнее с каждым часом, а к вечеру Ронда, заметив, как он едва держится в седле, не выдержала и догнала идущего впереди Дайрена.

– Мы не можем двигаться дальше, в его состоянии, – сказала она тихо, не желая, чтобы Лориан или Эля услышали.

– Вижу, – так же тихо ответил он. – В часе ходьбы есть деревня в лесу. Она давно заброшена, но для ночлега подойдёт.

Ронда кивнула и вернулась к принцу.

– Потерпи, дорогой, потерпи. Скоро привал. Отдохнёшь, – её голос смягчился, и в нём даже прозвучали нотки заботы.

Эля шла позади всех, низко опустив голову. В груди что-то болезненно сжималось, а в голове снова и снова прокручивался тот момент, когда Лориан ринулся к ней, прикрывая её своим телом. Каждая капля его крови, проступающая на ткани, казалась ей укором.

«Если бы я осталась на месте… если бы не эти ягоды…» – думала она, кусая губы. Но мысли возвращались к одному, он пострадал из-за неё. Её пальцы невольно сжимались в кулак, и слёзы подступали к глазам.

Эля подняла взгляд на Лориана. Даже сейчас, когда он ехал на своём эльдарике, его лицо было бледным, а рука казалась слишком неподвижной. «Он так сильно страдает… А всё из-за меня…»

Она не осмеливалась заговорить с ним, но каждый его тихий стон, причинял ей внутреннюю боль. Она молча поклялась себе, что сделает всё, чтобы это больше не повторилось.

Деревня в лесу появилась внезапно, как мираж среди деревьев. Её окружал высокий частокол, казавшийся ненужным в этой тишине, где даже ветер не трогал листву. Ворота были распахнуты, створки слегка покосились, от того что их давно никто не закрывал.

Когда они вошли, Эля с удивлением заметила, что дома здесь были целыми. Покатые крыши, покрытые потемневшей от времени черепицей, стены из бревен, ещё крепкие, несмотря на поросший мох и плющ который местами их обвивал. Никаких следов разрушения, только запустение, словно жители недавно ушли и больше не вернулись. Тишина была настолько глухой, что казалось, каждый их шаг эхом отдавался по пустым улочкам.

Дорога, когда-то вымощенная булыжником, теперь утопала в мягком слое травы и мха. Окна домов были пустыми, похожие на мёртвые глаза, которыми дома смотрели на путников. Здесь всё казалось застывшим, как будто само время замерло в этом месте.

В центре деревни находилась небольшая площадь с древним колодцем. Его деревянный ворот почернел от времени, но выглядел достаточно прочным, чтобы набрать воды. Рядом, едва различимый в сгущающихся сумерках, стоял большой камень с выбитыми на нём древними рунами, теперь уже почти стёртыми.

– Здесь остановимся, – сказал Дайрен, осматривая площадь. – Дома целы, можно найти укрытие на ночь.

Они выбрали один из больших домов на краю деревни, что напоминал старую таверну. Дверь была приоткрыта, как будто ждала гостей, и когда Дайрен зажёг фонарь в котором чудом сохранилось масло, тёплый свет осветил небольшую комнату с массивными столами и лавками. Пыль лежала толстым слоем, но воздух был чистым, не отдавал гнилью или затхлостью, что вселяло уверенность, что дом действительно надёжный.

Эля украдкой взглянула на улицу, где начинала подниматься лёгкая дымка. Вдалеке что-то шевельнулось в тени. Она вздрогнула, и ей показалось что там снова стоит тот человек в капюшоне, но когда она моргнула, то увидела лишь ветки деревьев, шевелящиеся под порывом ветра.

– Эля, заходи уже, – окликнула её Ронда из дверей.

Тихая улица словно наблюдала за ними, присматриваясь к каждому движению путников. Эля вошла внутрь, плотно закрыв за собой скрипящую дверь.

Ронда быстро разожгла очаг, и уже через каких-то полчаса помещение наполнилось запахом еды и лекарственных трав. Дайрен помог Лориану подняться на второй этаж, где располагались комнаты. Едва добравшись до кровати, он потерял сознание. Дайрен спустился вниз и тихо сказал Ронде.

– У него жар.

– Я подозреваю что на лезвие был яд, – так же тихо ответила Ронда. – Но он эльф, выкарабкается.

– Мы должны уведомить владыку Альтариона, если что-то случится с его любимым сыном…

Конец ознакомительного фрагмента.