Дочь Эльдории.

– Что?! – она даже не попыталась скрыть шок. – Это что, шутка такая? Замуж? За кого?! За этих… сказочных персонажей?! Я не собираюсь выходить замуж, тем более за кого-то, кого едва знаю! Как это вообще работает?! Можете убрать это?

Её голос звучал почти гневно, и её ярость была вполне понятна. В детдоме Эля научилась быть самостоятельной и не полагаться на других, не говоря уже о каких-то мифических брачных метках от двух оживших существ из фэнтези.

Ронда на мгновение замолчала, но затем, не теряя своей спокойной манеры, ответила.

– Я понимаю твоё возмущение, но убрать это не могу… это так не работает. И никто не говорит чтобы ты выходила замуж прямо сейчас. Всё будет зависеть от тебя. Это просто метка, которая показывает, что ты подходишь им обоим, идеально, как и они тебе. Время покажет, что будет дальше.

Эля прокачала головой, всё ещё не веря в происходящее. Она отошла от Ронды, взглянув сначала на Дайрена, потом на Лориана, пытаясь осмыслить, что это всё значит.

– В таком случае, я точно не буду сидеть сложа руки и ждать, пока тут что-то решат за меня, – заявила она, сжала зубы, не скрывая неприязни. – Даже не надейтесь что я буду прыгать от счастья, оказаться женой одного из вас.

Она опустила рукав платья чтоб получше скрыть эльфийскую вязь и гордо вздёрнув подбородок пошла по дороге. Но не успела сделать и пары шагов когда на неё из кустов выпрыгнуло нечто. Эля замерла, её сердце пропустило удар. Существо было странно сгорбленное, в тёмной мантии, с глубокими впалыми глазами, блеск которых казался неестественным. Двигалось оно с такой скоростью, что казалось, оно растворилось в воздухе, прежде чем материализовалось перед ней. Эле казалось что существо обладает такими силами, которые могли бы переписать законы гравитации.

Оно сделало шаг, и Эля почувствовала, кровь застыла в венах. Она стояла не в силах пошевелиться, а существо тем временем остановилось и втянуло носом воздух. Оно шагнуло вперёд, и Эля взвизгнула от испуга. Но вдруг из-за спины раздался свист, и в одно мгновение серебристая стрела рассекла воздух, и пронзила грудь существа. Оно рухнуло на землю с глухим стоном. Эля развернулась на месте собираясь бежать, но тут же уткнулась в грудь Дайрена. Оказавшись в его объятьях она разрыдалась. Никогда в жизни ей не было так страшно.

Принц эльфов, в несколько быстрых шагов оказался возле существа. От вида Дайрена обнимающего плачущую девушку его глаза загорелись холодной яростью. Но, он без единого лишнего движения опустил лук, и присев возле существа сдёрнул капюшон.

– Ищейка Вэрна. – произнёс Лориан, его голос был тихим, но полным угрозы. – Нужно спешить.

Эльф поднялся и закинув лук на плечо подозвал эльдорика, легким движением запрыгнул на его спину и не оглядываясь поехал вперёд.

Глава 9.

Два дня путешествия по тёмным территория прошли без приключений. Они ночевали в домике лесника и в заброшенной рыбацкой деревушке. Дайрен несколько раз предлагал Эле отнести её в ковен, но она каждый раз отказывалась. Эля не хотела бросать Ронду в этом страшном месте. Когда ей было плохо и одиноко, на такой теперь далёкой Земле, Ронда, пусть и в облике собаки была её единственным другом. И теперь Эля не хотела оставлять её в опасности, хотя и Дайрен, и сама Ронда говорили ей что так будет безопаснее для всех. Но Эля не могла отказаться от своего решения. Ронда была ей не просто другом. Ронда была частью её мира. Частью того, что оставалось у неё от всего что она знала.

Сегодня они зашли в ещё одну деревушку на побережье, наступал вечер и передвигаться становилось опасно.

Деревушка встретила их пустыми, темными улицами. Покосившиеся лачуги стояли, сгибаясь под тяжестью времени. Некоторые из них давно потеряли свои крыши, другие всё ещё держались на старых стропилах, с которыми ещё не расправилась стихия. Ветер давно играл здесь рыбацкими сетями забрасывая их на крыши домов, и верхушки деревьев, превращая деревушку в тайное жилище гигантского паука, который не стесняясь опутал своими сетями всё вокруг.

У берега, чуть дальше, на песке, валялись брошенные лодки, многие были просто вытянуты на берег, а одна, лежала на боку и волны бились о прогнивший борт. Со стороны она казалась огромной рыбиной выброшенной на берег. Под воздействием ветра, соли и солнца древесина старых лодок издавала странные глухие звуки, словно они всё ещё боролись за свою жизнь. Тусклый свет заката просачиваясь сквозь облака, едва освещая полумрак, что охватывал эти земли, и даже солёный воздух приносил с собой вкус чего-то забытого. Морской ветер был солёный и горький, но на фоне этого запустения, казалось и он, скорбел о тех кто покинул это место. Звуки моря, идущие издали, то ли ласкали берег, то ли приглушённо шептали какие-то давние истории, казались лишь пустым эхом в этой безжизненной деревушке.

Эля сидела на старом поросшем мхом камне у костра, и глядела как мир погружается в темноту. Лориан стоял поодаль от всех и всматривался в казавшийся зловещим лес, его фигура чётко вырисовывалась в свете заката. И Эля не могла не заметить, как часто он поглядывал на неё. Лориан был сдержанным эти два дня, и смотрел на неё с некой насторожённостью, как будто бы что-то в её присутствии его беспокоило. Эля не решалась у него спрашивать почему он так на неё смотрит, а он не спешил ничего говорит сам.

Дайрен же был наоборот, всегда был рядом, спокойный и уверенный. Он следил за ней с такой тёплой заботой, что Эля за прошедшие два дня уже стала воспринимать его опеку как нечто естественное. Его внимание не давило, оно было мягким и тёплым, а волнение в его взгляде никогда не переходило некую невидимую черту. Он был рядом, и этого было достаточно. Его присутствие придавало силы, заставляло забыть о тревогах и страхах, даже несмотря на всю мрачность окружающего мира.

– Ты всё ещё не хочешь, чтобы я отнёс тебя в ковен? – его голос, мягкий и глубокий, прорезал тишину входящей в свои права ночи.

Эля пожала плечами, не в силах объяснить, почему для неё это было невозможно.

– Я не могу оставить Ронду, я же говорила. – ответила она с тихим голосом, но в нём звучала твёрдость её решения.

Дайрен лишь кивнул, не настаивая. Он старался понять её чувства. Именно эта её черта, не бросать в беде близких, находила в его душе глубокий отклик. Он опустился рядом с ней на песок и протянул горсть, каких-то лесных ягод.

Ронда, стояла у наиболее уцелевшей лачуги, которую подготовила для ночёвки и смотрела на них с умиротворённой улыбкой. Она знала больше, чем показывала, но молчала, позволяя Эле и мужчинам самим разобраться с тем, что в них внутри.