Дочь ведьмы

– Тим сказал, что ты главарь банды, которая украла драгоценности.

Смит рассмеялся. Но ей показалось, что неестественно громко.

– Замечательная история. И, видимо, она вызвана тем, что ты распустила язык? Так ведь?

Она помолчала и после паузы медленно проговорила:

– О вас ничего, - ее губы пересохли, и она облизнула их кончиком языка.
– Я просто показала Джейн мой счастливый камень. А они сами догадались, почему Табб убежал и оставил нас в пещере...

– Когда он, что?..

Запинаясь, напуганная тем, как Смит смотрел на нее, Бьянка севшим голосом рассказала о том, что произошло.

– Тим сказал, что он бросил нас умирать там, чтобы успеть уехать самому, закончила она. Губы ее дрожали.

Смит смотрел на пляшущие языки пламени:

– Какой же он дурак! Господи, ну какой же дурак...
– сказал он.
– Кто поверит в историю, рассказанную детьми?! Если ему удалось убежать...
– он вдруг отбросил кочергу, и та со стуком упала на пол.
– Надо это выяснить.

Он посмотрел на Бьянку:

– Слушай меня внимательно. Ты можешь сделать кое-что для меня?

Чуть позже белый "ягуар" выехал в сторону Скуапорта. Неподалеку от городка он притормозил и въехал в ворота фермы.

Бьянка вышла. Сильный ветер, казалось, погнал ее по булыжной мостовой, что вела к городу и отелю, словно сорванный с дерева листок. У закрытой двери она остановилась: "Отыщи Тима, - велел Смит.
– Отыщи Тима и спроси у него..."

Бьянка знала, что никто в Скуа не запирался на ключ. Она могла пробраться внутрь гостиницы и подняться к Тиму в комнату. Взявшись за ручку, Бьянка толкнула дверь, и тут храбрость покинула ее.

В баре было темно, но из окна гостиной в пустую застекленную террасу, пристроенную сбоку к отелю, струился свет. Она вскарабкалась на ящики с пустыми пивными бутылками и через окно заглянула в гостиную.

Облаченный в пижаму, Тим сидел около камина между матерью и каким-то высоким человеком. На голове у незнакомца топорщился короткий ежик седых волос, и у него было крупное симпатичное лицо. Он что-то говорил. Бьянка видела, как шевелились его губы. Но окно было закрыто, и она не могла разобрать слов.

Полицейский говорил негромко, с раскатистым "р" на шотландский манер.

– Итак, - произнес он, - мы получили уведомление насчет этого Табба. Никто не верил в ту сказку, что он наплел, но пока он жил тихо и мирно, мы не могли предъявить ему никаких обвинений. На то не было никаких оснований. Но расследование шло своим ходом, как и полагается. Мы сочли, что кто-то нашел ключик к Таббу и сумел настроить его на соответствующий лад, потому что фирмы, занимающиеся продажей драгоценностей, тщательно проверяют настоящее и прошлое своих сотрудников. Сначала казалось, что, кроме соседей - вполне добропорядочных людей, - он больше не общался ни с кем. И все же выяснилось, что время от времени Табб виделся с каким-то незнакомцем, который гулял с ним в парке, о чемто подолгу разговаривал в местном пабе. Эти встречи происходили незадолго до ограбления. А потом тот человек исчез, и никто его больше не видел. Сначала создавалось впечатление, что денег у Табба ничуть не больше, чем до ограбления. Тем не менее его траты слегка возросли: он купил новую стиральную машину, газонокосилку, ну и тому подобные, не бросающиеся в глаза вещи. Не настолько, чтобы к этому можно было придраться, но настолько, что заставляло нас насторожиться и продолжать наблюдение...

"Залечь на дно, - вспомнил Тим.
– Ничего не тратить. Или очень осторожно, очень понемногу". Так он говорил.

Полицейский кивнул.

– Именно так он и вел себя. Но именно так и восприняли это мои коллеги в Лондоне.

– А у вас имеется описание того незнакомого человека, с которым разговаривал Табб?
– воодушевляясь, спросил Тим.

Это был, как он считал, самый потрясающий вечер во всей его жизни. После того как они вернулись в дом, Джейн находилась в центре всеобщего внимания, поскольку она действительно заслужила его. И теперь, зацелованная, обласканная и утомившаяся от восхищения, лежала в постели. Ей дали успокоительное.

Настала очередь Тима. И вот он сидел рядом с полицейским - настоящим живым полицейским в форме, - и тот вежливо и с серьезным видом выслушивал все, что говорил мальчик. И, судя по всему, это был действительно тот случай, который мог попасть на первые полосы газет.

– Описание этого человека?
– переспросил полицейский.
– К сожалению, ничего конкретного. Среднего роста, среднего телосложения, неопределенного цвета волосы...

– Смит подходит под него?

– Так же, как и масса других людей, - улыбнулся полицейский.
– Из того, что мы узнали, ясно, что Смит оказался здесь не случайно. Но это всего лишь догадки. Реальных доказательств пока все же нет...

– Табб приехал, чтобы забрать свою долю награбленного, - уверенно заявил Тим.
– И собирался улететь в Южную Америку.

– Видимо, так оно и есть. Но, повторяю, доказательств этому у нас пока нет. Что мы имеем? Что Табб рыбачил вместе с Кемпбеллом. Вполне невинное занятие. А потом произошел этот несчастный случай. Когда мы его взяли, при нем не было никаких драгоценностей.
– Он усмехнулся.
– Только коробка с конфетами. Так что долго держать его под стражей мы не имеем права.

– Что вы такое говорите?
– не выдержала миссис Хоггарт.
– Он напал на моего мужа. Разве это можно оставить просто так?

– Табб признал, что толкнул его, - раздельно проговорил полицейский.
– Но объяснил это тем, что нечаянно перепутал комнаты, вошел не в то помещение. Когда появился ваш муж, он испугался и оттолкнул его. А потом не знал, как сообщить об этом, потому что все произошло так быстро и неожиданно, что он растерялся. Полицейский помолчал.
– То, как он изложил все, выглядит как непреднамеренная случайность.

– Но дети!
– воскликнула миссис Хоггарт.
– Он завел наших детей в пещеру и бросил их там. Разве это не умышленное злодеяние?

Полицейский вздохнул:

– Да, я позвонил в Обан, пока вы укладывали малышку спать. И они допросили Табба. Он ответил, что встретил детишек на берегу. По его словам, они сами отправились в пещеру. Он даже волновался из-за этого, когда вынужден был уплыть, потому что наступал отлив. Его удивило, что детишки гуляют одни, без взрослых, но если сами родители не беспокоятся о своих детях, то имеет ли он право вмешиваться и запрещать им ходить там, где они хотят. Как видите, все выглядит так, словно он проявил беспечность. Но ничего, кроме этого.

Тим не мог поверить своим ушам. И с дрожью в голосе проговорил:

– Но вы ведь не поверили ему?

Полицейский посмотрел на него долгим взглядом:

– Верю я ему или нет - еще не повод для ареста, как вы понимаете. И боюсь, даже если мы арестуем Кемпбелла - он сошел с парома, когда тот прибыл на место, - то услышим от него то же самое, что нам уже говорил Табб.

– Кемпбелл не хотел оставлять нас в пещере, - напомнил Тим, я слышал окончание их разговора.

– В самом деле?
– спросил полицейский.
– Это очень важная деталь...
– Он смотрел прямо перед собой и проговорил: - Если мы возьмем его до того, как ему станет известно, что вы нашлись и находитесь в полной безопасности... если мы скажем ему, что вас до сих пор ищут, есть надежда, что он выложит правду. Тим радостно вздохнул и выпрямился: