Долг чести

* * *

К тому времени, как Бьянка вышла из ванной в своей нелепой пижаме, Викензо уже лежал в постели, просматривая почту в телефоне. Был первый час ночи и в такое время, обычно, она уже спала, а он только поднимался наверх. Девушка выключила свет, прежде чем лечь, и комнату теперь освещала лишь прикроватная лампа с его стороны. Устроившись в кровати и накрывшись одеялом, Бьянка повернулась лицом в его сторону, ложась на бок. Он заметил это периферическим зрением, все еще продолжая читать сообщение от одного из своих Капитанов, но чувствуя ее взгляд на себе даже спустя пару минут, отложил телефон и повернулся к ней.

— В чем дело?

Бьянка покраснела.

— Ни в чем, — неуверенно ответила она. — Я просто хотела сказать, что ценю то, что Вы сделали сегодня и… Я думала о том, что действительно не знаю Вас, пока была в душе, поэтому… Думаю, наши отношения могли бы стать лучше, если мы узнаем друг друга поближе.

Она явно нервничала, а последнее предложение вообще проговорила скороговоркой, но ее слова, как только их смысл дошел до его мозга, мигом подняли настроение Викензо. Бьянка сделала шаг вперед. Сама, без принуждения и шантажа. Мужчина едва сдержал ликование.

— Я имею в виду, из-за ребенка, — быстро добавила она, сразу же гася все его воодушевление. — Мы ведь будем его родителями и если будем всегда так агрессивны друг с другом, это будет на него влиять.

Ребенок! Конечно, все это делалось из-за него. И она была права, они не могли всю жизнь провести, ведя себя, как жертва и охотник. А его разочарование по поводу ее мотивации не имело никакого оправдания, поэтому он приказал себе прийти в себя и перестать быть таким говнюком.

— Отлично, — почти нормальным голосом сказал он. — Что бы ты хотела знать обо мне, Бьянка?

Она встретилась с его взглядом, своим, и он сразу понял, что этот разговор будет нелегким для него.

— Вы когда-нибудь убивали невиновного человека?

Бинго! И он был прав.

Викензо отложил свой телефон в сторону, полностью сосредотачиваясь на ней.

— Вижу, ты решила сходу выложить все карты на стол. Ответ на ответ, Бьянка. Ты готова дать мне правду, взамен на мою?

Она даже не подумала, прежде чем ответить. Словно не сомневалась в своей непогрешимости.

— Конечно.

— Прекрасно, — усмехнулся он, устраиваясь поудобнее на подушке. — Как ты знаешь, убивать мне приходилось, но невиновных — нет, я не убивал. Я не получаю удовольствия от убийства, хотя признаюсь, такие люди в наших рядах есть. И нет, я не одобряю бессмысленных жертв.

— Я не собиралась…

— Собиралась, — возразил он. — Насколько я успел тебя изучить, ты стремишься позаботиться о спасении всех кругом, но это, знаешь ли, не твоя ответственность. Люди в ответе лишь за себя самих. Их ошибки — их расплата. Теперь, твой вопрос: ты когда-нибудь кончала с мужчиной?

Ее глаза расширились до невообразимых размеров от шока, а щеки неистово покраснели.

— Нет! — вскрикнула она. — Что это за вопрос?

— Я тебя предупреждал. Заметь, ты тоже была не очень деликатна в своем любопытстве.

Бьянка уставилась куда-то в район его шеи, смущенно умолкнув и прикусив нижнюю губу. Так чертовски соблазнительно! Смущать ее стало одним из его любимых занятий благодаря этой завлекающей реакции.

— Твоя очередь, милая, — напомнил он ей с весельем в голосе.

Бьянка поджала губы и посмотрела на него с вызовом.

— Как умерла Ваша первая жена?

Викензо ждал этого вопроса, но все равно не был готов к ответу. В горле образовалась желчь, когда он понял, что сейчас все испортит, но мужчина не мог сделать иной выбор.

— Этого никто никогда не узнает, — бесстрастно сказал он, встречая ее взгляд. — Я не убивал ее — это все, что важно.

Бьянка смотрела, словно хотела понять, не обманывает ли он ее, и, в конце концов, коротко кивнула.

— Тогда штрафной вопрос, — делая вид, что этого напряжения между ними не было, заявила она. — Вы действительно не осознавали, что делали, когда… напали на меня?

Это был куда более легкий вопрос.

— Нет, — ответил он с облегчением. — Я даже не помню тот вечер, Бьянка.

На секунду ему показалось, что что-то в ней смягчилось, но она слишком быстро спрятала глаза, словно все еще смущаясь. Теперь его очередь…

— Что ты чувствуешь, когда я прикасаюсь к тебе так? — спросил он, не устояв перед искушением провести пальцем по ее влажным губам.

Девушка затаила дыхание, но не отпрянула, как обычно.

— Я не знаю, — растерянно ответила она, касаясь губами его пальца при каждом слове, но Викензо не спешил его убирать, пользуясь случаем. — Вначале, прикосновения только приводили меня в ужас, но теперь… происходит кое-что еще.

— Что? — хрипло спросил он, едва сдерживая возбуждение.

— Моя очередь спрашивать, — отстранилась она.

О нет, не сейчас.

— Ответь мне Бьянка! — потребовал Викензо, нависая над ней сверху.

Она выставила вперед руку, упираясь маленькой ладошкой в его грудь, словно боялась нападения, но он и так остановился, когда их лица оказались на расстоянии пяти дюймов друг от друга. Ему просто нужно было видеть ее глаза, в которых плескалось смятение.

— Я не знаю, — прошептала она. — Это словно жар… под кожей. И мурашки. А еще страх. Я боюсь Ваших прикосновений.

Она даже не представляла, что делали с ним ее слова. Не только страх…

Викензо прикрыл глаза, пытаясь взять под контроль свою похоть, и прислонился лбом к ее лбу.

— Поцелуй меня, — сказал он, не открывая глаз.

Он нуждался хоть в одной ее ласке. Дыхание Бьянки смешивалось с его, и, оно было таким же прерывистым. Он хотел вобрать его в себя и пить, пока они оба не начнут задыхаться.

— Вы больше ничего не сделаете? — спросила она едва слышно.

Он распахнул веки и немного отодвинулся. Опять это недоверие. Оно приводило его в ярость.

— Бьянка, — предупреждающе прорычал мужчина.

И его рот тут же накрыли нежные губки жены.