Долг чести
Шрифт:
Его маленькая святоша…
Викензо положил голову на край кровати, любуясь ее умиротворенным, во сне, лицом, и мысленно пообещал ей сделать все, чтобы отвести эту угрозу. Никакого стресса и проблем для его жены. Даже если, ради этого, ему придется на какое-то время перестать с ней видеться. Потому что, судя по всему, именно он доставлял Бьянке больше всего переживаний.
Бьянка проснулась, с облегчением понимая, что больше не чувствует боль в животе. Мысль о ребенке была первой, что ее посетила при пробуждении. Она открыла глаза, щурясь от света, пробивающегося
Ее рука непроизвольно потянулась к его гладким волосам, но она отдернула ее прежде, чем смогла коснуться. Это была непроизвольный порыв, который удивил даже ее саму. От его присутствия стало спокойно, словно он придавал ей уверенности в том, что все будет хорошо, и он все уладит, что бы не случилось, но на самом деле, это даже в ее мыслях звучало абсурдно. Еще неделю назад она шарахалась от его прикосновений, а сегодня сама тянется? Бред.
— Доброе утро, — хриплым голосом протянул мужчина, поднимая голову и смотря на нее темными глазами без намека на сонливость.
— Привет, — отчего-то чувствуя смущение, прошептала она. — Вы не спали?
— Просто отдыхал, — сказал он, садясь прямо и одергивая рукава рубашки.
Судя по покрасневшим глазным яблокам, он бодрствовал всю ночь.
— Ты в порядке? Болит что-нибудь?
Бьянка покачала головой.
— Мне можно вставать? Нужно сходить в ванную.
Ей не нужно было смотреть в зеркало, чтобы понять, что она покраснела. Это было слишком неудобно — в открытую говорить о своих биологических потребностях, хотя из-за беременности она уже не могла, как раньше, долго терпеть и контролировать свой мочевой пузырь.
— Конечно, — он поднялся на ноги, откидывая в сторону ее одеяло и протягивая руку, чтобы помочь ей встать. — Я поговорил с врачом. Лучше придерживаться строгого постельного режима первую неделю, но в уборную тебе можно. Час назад заходила медсестра и убрала капельницу. Как только ты будешь готова, мы можем ехать домой.
Бьянка поднялась на ноги, опираясь на его руку, и сразу же почувствовала слабость в теле. К счастью, Викензо проводил ее до самой двери и даже зашел внутрь.
— Я сама. Выйдите, пожалуйста! — попросила она, вне себя от смущения.
— Ты уверена? Голова не кружится?
— Все в порядке. Я не упаду.
Смотря на нее с сомнением, он медленно отступил, выходя за порог и закрывая за собой дверь. Закончив со своими делами, Бьянка умылась и помыла зубы, увидев, что кто-то принес новые принадлежности для личной гигиены. Когда она вышла, Викензо ждал прямо за дверью. Он проводил ее к кровати и усадил, чуть ли не держа на руках, словно она была немощной старухой.
— Сейчас позову медсестру и она позаботится о тебе, — сказал муж, беря свой пиджак и выходя из палаты.
Бьянка чувствовала голод. Именно тот противный, сосущий вид голода, который временами заставлял ее идти на кухню в середине ночи, и, который она ненавидела. Медсестра запретила ей есть в ближайший час, дала какие-то таблетки и помогла одеться в платье, которое ей, по-видимому, привезли из дома, потому что ночью ее доставили в пижаме. Ее вывезли из больницы в кресле, как того требовали правила, но оказавшись на улице, она сразу попала в объятия
Викензо, который с отсутствующим видом донес ее до машины и посадил в нее, садясь рядом.— Дома нас уже ждет сиделка, — сказал он, пока они ехали. — Тебе все еще нужны уколы и нужно следить за тем, чтобы ты принимала лекарства в назначенное время и правильно питалась. Я позвонил твоей тете утром и она сказала, что приедет тебя навестить. Если хочешь, пригласи ее остаться, пока тебе не станет лучше.
— В смысле, пожить с нами? — не веря, переспросила Бьянка.
Он приподнял бровь, будто спрашивая «Неужели, это не очевидно?». Обычно ее раздражало это высокомерное выражение, но в данный момент девушка была слишком рада от перспективы увидеться с тетей Стеллой.
— Спасибо, Викензо! — поблагодарила она. — Это много для меня значит.
Он отвернулся к окну, ничего не ответив, и молчал всю дорогу до дома.
Оказавшись дома, Викензо отнес ее в другую спальню, а не в свою. В комнате, оформленной столь же стильно, как и весь дом, но не слишком уютно, ее уже ждала сиделка Лори — приятная, крепко сбитая женщина средних лет. Она принесла Бьянке завтрак и убедила ее, что будет напоминать и следить за своевременным приемом лекарств сама, так что ей вообще не нужно об этом беспокоиться, а просто лежать и думать о приятных вещах, вроде того, матерью какого прелестного ребеночка она скоро станет.
Вивиана принесла Бьянке кучу журналов и книг, большинство из которых было о беременности и материнстве, а также ноутбук с кучей закладок с идеями по оформлению детской.
— Энзо сказал, что раз уж у тебя появилось много свободного времени, то почему бы не воспользоваться этим и не начать думать о том, как обустроить детскую. Вообще-то, он предложил дизайнера, но я подумала, что тебе захочется самой решить.
Вивиана была просто прелестью! Бьянка действительно не хотела, чтобы комнату ее ребенка — возможно единственного — обставляла какая-то безликая женщина-дизайнер. В том, что муж не подпустит к ней дизайнера-мужчину, сомнений не было. Он даже медицинский персонал мужского пола считал неприемлимым для нее.
— Я смотрю, вы, девочки, нашли, чем себя занять, — сказала тетя Стелла, заходя в комнату после обеда.
Бьянка к этому времени даже успела вздремнуть. Она радостно вскрикнула, увидев тетю, и протянула к ней руки.
— Тетя Стелла!
— Я здесь, моя дорогая, — прошептала Стелла, склоняясь над ней, чтобы обнять. — Лежи, не суетись. Я первым делом поговорила с твоей сиделкой и теперь собираюсь строго за тобой следить.
— Ты остаешься? — взволнованно воскликнула Вивиана. — О, Стелла, пожалуйста, скажи, что остаешься!
— Остаюсь, болтушка, — ущипнула ее за щеку Стелла. — Твой брат чуть ли не в приказном тоне пригласил меня, а когда я приехала, даже лично встретил и предложил погостить, пока Бьянке не станет лучше.
Бьянка не смогла сдержать удивленно-радостной улыбки. Викензо не заходил к ней после того, как оставил утром, но он позаботился о том, чтобы лично пригласить ее тетю остаться. Это было даже лучше, чем если бы она попросила ее сама.
— Ну, что моя девочка хочет на ужин? — с хитрой улыбкой прищурилась Стелла. — В пределах рекомендуемого, конечно.