Долг

 — Главное, чтобы он не передумал, — вздохнула я, — он действительно без помощи не сможет обойтись.

На этот раз русак поумерил свою радость, и в глазах проскочило понимание.

 — Не должен, ему ведь больно, а сделать он ничего не может, — покачал он головой. — Спасибо, что ты так о нём заботишься.

Стало неприятно. Когда мне такое говорят, я чувствую себя неуютно и неловко. Словно меня награждают за то, чего я не делала.

 — Мне не о ком больше заботиться, — буркнула я и сама замерла.

Хм, а ведь в моих брошенных словах есть истина. О ком мне ещё заботиться? О себе? Это не то. Я не могу ни с кем водить нормальную дружбу, не могу ходить гулять куда мне вздумается, не могу, например, пойти на работу. Моя клетка — это дом. И все её обитатели, так или иначе, мои сокамерники или надсмотрщики. Лорин быстро переквалифицировался из наблюдателя в активного персонажа. Болеет, ему нужна поддержка, и никто её не может оказать кроме меня. Надо бы отказать и наблюдать, как он корчится в агонии, а я наоборот тут заботу развела. Ну, точно порченный ребёнок в семье.

К вечеру пришёл Морик и был также удивлён нашим миром. Конечно, Виер сразу сдал нас, но тот сделал вид, что ничего не случилось, хотя косился он странно. Понятное дело: то ни в какую, умру, но не приклонюсь, а тут в сознании и такие дела натворил!

 — Всё наладилось? — спросил Морик, когда я, уставшая от стирки, готовила ужин Лорину.

Опять налила суп и начала перетирать клюквенное варенье с сахаром и горячей водой. Ему будет полезно, но кисло, поэтому сахара нужно было много, а чтобы он не хрустел на зубах — перетираю.

 — В смысле? — изогнула я брови, продолжая свои манипуляции.

Я вообще не соображала, была жутко уставшая. Хотелось спать, причём сильно. Даже зевать уже надоело — щёки болят.

 — Он даёт себя лечить? Мне Виер сказал, — о, а какой голос-то приглушённый.

Честно, захотелось закатить глаза. Что их так удивляет? Ну, да, трудно это осознать, но это случилось! Ура, конечно, но прям не сейчас. С ног просто валюсь, а эта стирка меня добила окончательно.

— Да, Морик, всё пока хорошо, — вздохнула я. — Ты останешься сегодня? — Нет, работа, — тут же ответил он. — Вам что-то нужно?

Я уже хотела сказать «нет», но потом осеклась и задумалась.

 — Принеси, пожалуйста, красного вина, — сказала я. — Оно нужно для…

 — Я принесу, — кивнул он, — и всё?

 — Пока да.

Морик ещё немного постоял и, попрощавшись с ликанами, ушёл. Ох, я скоро лягу спа-ать!

Взяв две кружки с ужином, пошла в гостиную. Лорин дремал. Я составила две кружки на столик и заметила пустой стакан. Выпил всё-таки. Почему-то стало легче и теплее на душе. Послушал… это было дикостью и для меня. Неужели мои старания не проходят даром? Это лучше любой благодарности! Он делает то, что я говорю. Он мне верит! Да неужели?!

 — …что?! — дёрнулся Лорин и тут же распахнул глаза.

Я чуть вместе со столом в сторону не отпрыгнула! Какого?!..

 — Ты в порядке? — тут же собралась я и подсела поближе к блондину. — Где-то болит?

Он тяжело дышал, а его глаза бегали, словно пытались отыскать что-то в комнате. Забыв о том, кто мы и где, я уверенно взяла мужчину за руку. Он тут же посмотрел на меня. Я ждала его ответа, держа за руку потому, что так поступают люди. Ему плохо и я рядом, я его поддерживаю, он должен знать об этом. Мне нелегко это делать потому, что он извращенец и мерзавец, но он же болеет… меня такая жалость и тоска распирает, когда я его вижу, что совладать со своими эмоциями нелегко.

А его взгляд был каким-то испуганно-неверующим. Несколько секунд, и он слегка нервно выудил свою кисть из моего захвата. Я не стала его удерживать. Может быть ему неприятно или он просто не привык к такому, но я… я готова меняться, сейчас я это понимаю. Вот как только он выздоровеет, тогда и буду обижаться и злиться на него, а сейчас… это лишнее, ему и так достаётся.

 — Уже утро? — спросил Лорин спустя какое-то время, когда пришёл в себя.

 — Вечер, — подсказал Виер.

Он ничего не видел, так как сидел подальше за моей спиной. И это хорошо, вдруг подумает что-то не то. Им ведь не объяснить человеческую натуру. А я оправдываться не хочу, я та, кто я есть и другой не стану.

 — Поужинай, — предложила я ему, указывая на стол.

 — Не сейчас, — нахмурился он и слегка заворочался.

 — Хорошо, — кивнула я. — А ты… где-то болит? Тошнота осталась?

Он вновь как-то затравленно глянул на меня и отвернулся. Ну, хотя бы не посылает, и то радует.

Не дождавшись ответа, поднялась, забрала пустой стакан и ушла на кухню. Помою завтра, а сейчас… чёрт, нужно решить кто где спит.

 — Виер? — я заглянула в гостиную. — Ты сегодня останешься тут или…

— Тут. Я выспался, спасибо тебе, — тут же оторвался от чтения парень. — Я не расстилал кровать, поэтому бельё можешь не менять.

Я его и так бы менять не стала, ибо устала, как собака. Да и не капризная я.

 — Спокойной ночи, — кивнула я ему и потопала к себе наверх.

Болели ноги и спина. Надеюсь, к утру всё пройдёт, в противном случае отвары понадобятся и мне. Да уж, надоело мне как-то чувствовать себя… пустым местом. Смешно, да? Всегда так было и никогда не менялось, но только сейчас меня это начало бесить. Я же делаю всё, как надо! Лечу альфу, слушаюсь, ни с кем не вожусь, не хамлю и вообще ко мне нет и не может быть нареканий! Но!.. Чёртово «но»! Как же тяжело отдуваться за то, что ты человек. Это ведь не моя вина, я такой родилась! Я не могла даже предугадать, что буду не ликаном! Почему же я тогда получаю такое?! Может, я чего-то не понимаю? Но чего? Лорин умирал — я это остановила. Да мне медаль нужно дать за заслуги! Боги, за чёртову преданность! Да, мне вломили, но я и сама собиралась помогать негодяю! Но что я вижу?! Недоверие, подозрительные взгляды и шептания за спиной! Оказывается, не так-то легко принять ликанов. Я умею говорить с людьми, с ними можно договориться, деньги, услуги, да и человечность в них есть, правда задавленная и зашуганная, но она имеется! А эти? Я ведь с ними в одной лодке! Но даже там они умудрились отгородиться от меня вёслами! Что за участь такая?!

Бормоча себе под нос, разделась и улеглась на кровать. Подарок от Майлы уже не так сильно болел, доставлял лишь мелкие неудобства, но встряхнул он меня неплохо. Это поэтому она тут больше не появляется? Не верю в проснувшуюся совесть у данного подвида нечисти. Хотя Лорин меняется. Медленно и крайне неохотно, но он волочится, кряхтит и фырчит, но дело движется! Я на коне! Он поправится, и я точно с ним поговорю! Теперь у меня кое-что есть и он не сможет от этого отмахнуться. Я даже не смогла удержать злобно-ехидную усмешку. Лежу и лелею планы… прям как какой-то злобный свергнутый правитель. Осталось ещё потереть ручки, и полная картина! Хоть я и вымоталась, но оно того стоит! Да я же могу войти в круг доверенных лиц этого параноика! А это не хухры-мухры! Буду лекарем их стаи!

«Ну-ну, ты не зазнавайся, пусть белобрысый поправится сначала, а дальше видно будет», — моё всегда умное и не всегда тактичное Альтер-эго умеет вставить свой медяк. Да, я не понаслышке знаю, как это — «обламываться», поэтому живу этим днём, как некогда учил меня мой учитель-хозяин-содержатель.

====== 33 глава ======

Не думала я, что новый день начнётся с претензий, но мне не привыкать!

 — Ты же всегда встаёшь рано, а сейчас уже, наверное, обед! — причитал Лорин, как только я заглянула в гостиную. — Я уже несколько часов с голода умираю, а ты спишь!