Долгий сон

— Погоди. — Хаэлнир коснулся еще одного камня и стены подземелья озарились неярким но ровным сиянием. Они оказались приятного светло-серого цвета, поверху шел все тот же бордюр с цветочным узором. Змей всегда любил эльфийскую архитектуру за то, что у них даже подвалы не выглядят мрачными.

Несколько десятков ярдов они прошли беспрепятственно. Потом свечение потускнело, а вскоре и вовсе сошло на нет. Эльф зажег над ними крошечный шарик-светляк, в дальнем конце коридора замерцала в лучах голубоватого «фонарика» странная завеса. Приятели подошли поближе. Тонкие нити, с нанизанными на них крупными алмазами свисали с потолка, едва заметно покачивались в токах гуляющего по подземелью сквозняка.

— Что-то мне это напоминает… — Задумчиво произнес эльф.

Змей достал меч, дотронулся кончиком до драгоценной нити. Ромбообразный бриллиант тут же приклеился к металлу тонкими, похожими на располавленный сахар нитями.

— Опять чьи-то силки. — Поднося клинок поближе к глазам, заметил дракон. — Интересно, где же паучок? — Он закрутил головой в поисках насекомого, но ничего не обнаружил. — Ладно, паук — это по крайней мере знакомо. — Выпущенный им средних размеров огненный шар прожег длинную дорожку в свисающих липких нитях. Вдвоем с эльфом, держа наготове оружия, двинулись дальше по коридору.

На стене у самого потолка прилепился конусообразный нарост-кокон. Внутри, за полупрозрачно стенкой что-то ворочалось, но мутно-белая мембрана не позволяла разглядеть, что.

— Впервые встречаю таких пауков. — Змей опасно приблизился к наросту.

— Сожги эту дрянь и пойдем дальше. — Посоветовал осторожный эльф.

— Никогда не видел ничего подобного. — Змей легонько постучал клинком по стенке кокона. Я ведь не первый век живу на свете, а тут в одном городе сначала неведомый «икринки», теперь вот это — чувствую себя нерадивым школяром, пропустившим большую часть занятии!

— Школяром… — Протянул Хаэлнир. — Да! — Лицо его озарилось догадкой.

— Вот видишь. — Думая о своем, откликнулся Змей. — А ты сразу: «Сожги».

Из белесого кокона на Змея глянули два фасетчатых глаза, потом оттуда же полезли короткие полупрозрачные щупальца, между ними открылось отверстие. Дракон отступил на шаг, но большой опасности в медлительной твари он не видел. В этот момент существо плюнуло. Инстинктивно Эрссер рукой прикрыл лицо, но отвратительно пахнущая отрыжка встретила другую преграду.

— Ну что, налюбовался? — Хаэлнир «погасил» щит, которым заслонил приятеля. — Тебе следует быть осторожней, пока ты не в драконьей шкуре. Это, между прочим, личинка красноголовой мухи, только выросшая до размера «слона».

— Откуда ты знаешь?

— В Академии изучают множество самых неожиданных вещей. Кстати, эта штука плюется пищеварительным раствором, желудочным соком, стало быть. Разъело бы тебе и лицо, и руку до самой кости. — Хал резким движением вогнал один из своих клинков в основание нароста. Малоприятные глазки и щупальца тут же скрылись в коконе.

— Благодарю. — Эрссер брезгливо покосился на личинку.

— Всегда к твоим услугам. — Эльф вернул клинок в заплечные ножны. — Кстати, хоть это теперь и «формальность», но не забудь записать за мной еще одно очко в нашем счете. — Напомнил Змею.

— Знаешь, я уже начинаю скучать по твоему двойнику. Он не был таким ловким парнем, зато удивительно приятно умел произносить: «Я твой должник».

— Помечтай! — Совсем по-драконьи ухмыльнулся спутник.

Выдув новый огненный клубок, дракон очистил коридор от остатков паутины, вместе с налипшими на свод личинками. Они быстро миновали выгоревший участок, впереди показался небольшой зал непонятного назначения: в противоположном его конце чернело продолжение их прохода, других же выходов видно не было. Округлое помещение, всего шагов двадцать-двадцать пять в диаметре, было уставлено по периметру статуями.

— Опять!? — Раздраженно воскликнул Змей. — Я думал местный злодей не повторяется! Я ведь уже бился сегодня с мертвецами.

Каменные воины, обнажив оружие, принялись стягивать круг.

— Лээн, ри аста! — Выкрикнул Хаэлнир. Но никто из изваяний даже глазом не повел.

— Остановятся они, как же. — Дракон изготовился для удара мечом. — Хал, доставай клинки. Чтобы остановить — этим достаточно снести головы. Ты что?!

Хаэлнир с видимой неохотой освободил свои мечи из ножен.

— Глупо, конечно, — смущенно объяснил он, — но у меня такое неприятное чувство…

— Понял-понял: ты словно бы убиваешь их второй раз. Ерунда, ты ведь знаешь, их души давно в Эрее.

— Ты, наконец, научился читать мои мысли?! — Удивился командующий

— Вроде того… — Дракон ринулся на надвигавшуюся на него слева статую, мечом постарался перерубить каменное запястье. Параллельно ногой врезал в висок ее соседу в золоченой кольчуге. Хал тоже перестал «менжеваться» и в две руки крушил мертвецов. Здешние «статуи» хорошо сохранились, сильно обожженных или безногих инвалидов видно не было. Пришлось попотеть, чтобы справиться с полуторадесятком мертвых эльфов. Когда оставалось снести головы парочке последних, из темноты ведущего в сторону дворца хода выступила стройная шеренга каменных воинов. Хаэлнир еще больше нахмурился, разглядывая знакомые лица.

— Я смотрю их тут целая армия. — Пробормотал Змей, глядя на появляющиеся один за другим ряды. — Эти в зеленом — воины тэа? — (Эльф кивнул.) — Не меньше дюжины. Если они вполовину так же хороши, как этот твой Баал, считай нам абзац!

Первая линия мертвецов обнажила оружие.

— Давай назад, Хал, через них нам не прорубиться. — Змей дернул приятеля за рукав, выводя из задумчивости.

— Погоди, — эльф поймал его за руку, — поделись со мной силой. Ну же, — сжал ладонь требовательно, — как тогда, в Оль-Герохе!

Дракон поспешил «перелить» приятелю часть собственной маны, того аж шатнуло, но он не разжал кисть. В другой ладони командующего сначала тускло, а потом все ярче засветился тонкий белый шест или посох. Некоторое время эльф раскручивал его над головой, между тем каменная шеренга подступила на расстояние удара. Конец светящегося посоха врезался в грудь выдвинувшегося из строя воина, низкий «бум-м-м» на грани слышимости болью ударил в барабанные перепонки. Сначала один окаменевший, а следом и все остальные пошли мелкими трещинами, и в следующее мгновение уже осыпались грудой камней.