Долгое лето

На крыше, под соломенным навесом, выстроились рядами пузатые бочонки с маринадом, до поры прикрытые листьями. Внизу блестящей улиткой завивалась в спираль улица. Кесса сидела на краю, сосредоточенно жуя лист Сетты, пропитанный острым соком. Таскать чаны с рассолом было тяжело, но Речница быстро поняла, как применить к кислой жиже заклятие "ал-лииши", и дело пошло быстрее - и у Кессы теперь был какой-никакой ночлег и ужин. Эррингор, свирепо сверкающий глазами, сидел на крыше поодаль от Речницы и смотрел на неё с нескрываемым презрением.

– Жрать траву... Только знорки, только они могут так упасть...
– слышала Кесса невнятное бормотание, прерываемое шипением пара и рёвом огня. Она заглянула в Зеркало Призраков, прикрыв его ладонью от солнца. Там тоже бушевало пламя, и именно оттуда исходил непрестанный тихий треск. За огненным валом вроде бы проступали угловатые силуэты зданий и метались какие-то фигурки, но всё было затянуто багряной завесой.

– Сильным магом надо быть, чтобы усыпить дракона, - вздохнула Речница.
– Тем более - такого могучего. Как только Элмад подпустил к себе злодея... Тут очень злое солнце, Эррингор, но тебе оно не повредит. Залезай в карман. Мы уже достаточно отдохнули. Пойдём посмотрим на тварь, которую поймали маги!

– Это ещё зачем?!
– махнул хвостом зверёк.
– Ты не поняла, что ли, кого они изловили?! Это же Гевахелг, мерзкий пожиратель разума! Хотя - верно, чего тебе бояться...

– Постой, - Кесса пропустила последние слова мимо ушей.
– Думаешь, это наш Гевахелг? Гоэл э-Тинр? И правда... приметное существо, такое не потеряешь. Так их магия настолько сильна, что обморочит даже дракона?!

– Урррх, - неохотно кивнул Эррингор.
– Они сильные. Проклятые твари! Никогда не поверил бы, что единственный знорк может такого поймать. Этот их Нерис Имлийн, верно, умеет колдовать...

– Он - чёрный маг, демонолог, - последнее слово Речница произнесла с опаской.
– Жаль, что не умеет разрушать мороки. Пойдём, Эррингор. Если там Гоэл э-Тинр... надо исхитриться и поговорить с ним.

Око Згена пылало в зените, заливая землю прозрачным огнём. Тени укоротились, узкими кромками чернея под блестящими, будто оплавленными, стенами. Невысокое здание - точнее, четыре здания, соединённые меж собой в квадрат - облицовано было белым мрамором, тем же, что пошёл на украшение крепостных башен, но в жаркий полдень камень больше походил на древний стеклоподобный рилкар. За высокой узкой аркой и пеленой охранных чар виднелась зелень, цвело что-то нежно-розовое и как будто журчал родник, - там была жизнь. Тут же, на испепеляемой солнцем площади, ничего живого не было. И стражники в белых балахонах, вышагивающие вдоль стены, мечтали только о том, чтобы уйти с солнцепёка.

Речница осторожно выглянула из-за гребня крыши. Воины, изнемогая от жары, пытались спрятаться в тени и с тоской смотрели на арку, запечатанную магией. В трёх шагах от них в мостовой чернел круглый пролом, прикрытый непрочной на вид решёткой.

– Эррингор, - прошептала Кесса, пытаясь сверху увидеть, что же там, на дне провала.
– Стой на краю. Если увидишь стражников, рычи и дыши огнём.

– Фаррраррх! Знорка, с чего мне помогать тебе?!
– из ноздрей зверька повалил дым.

– Не хочешь? Тогда помоги хотя бы себе, - в свою очередь фыркнула Кесса и замолчала, прижавшись к крыше. Внизу стражники переглянулись и вдоль стены прокрались под полог заклятия, к вожделенной тени и воде. Чёрный нетопырь сорвался с крыши и опустился на край колодца, приникнув к решётке.

Светло-серая шерсть Гевахелга как будто светилась в полумраке, столб солнечного света, падающий на дно ямы, зажигал её белым огнём. Существо лежало на полу, тщетно пытаясь спрятать глаза от солнца. Его руки были скручены за спиной.

– Гоэл!
– тихо окликнула Речница.
– Гоэл э-Тинр!

Гевахелг дёрнулся, как от удара, и попытался свернуться в клубок. Длинные ветвистые "усы" на его макушке были, как разглядела Кесса, связаны вместе и плотно обмотаны жгутом, отчего напоминали толстую косу. Хвост существа - самый его конец, с парой коротких шипов - зачем-то вмуровали в ком глины. Воздух вокруг Гевахелга странно мерцал и иногда как будто сгущался, но никакие силуэты в нём не появлялись.

– Стой на страже, Эррингор. Я спущусь, - прошептала Речница, покосившись на арку. Бояться пока было нечего.

Яма была просторнее, чем показалось Кессе сверху. Речница вернула себе человеческий облик и прислонилась к стене, скрываясь во мраке от чужих взглядов. Гевахелг с тихим воем корчился на земле, пытаясь не то встать, не то порвать путы, воздух вокруг светился всё ярче, и в нём пробегали зеленоватые искры.

– Не бойся!
– еле слышно сказала Кесса. Она встретилась взглядом с демоном, и её передёрнуло. Для чего-то пленившим его нужно было, чтобы он не мог закрыть глаза, и его веки удерживала тонкая полоса ткани. Взгляд выпученных глаз, налившихся кровью, был мутным и почти безумным.

– Эти люди очень жестоки...
– прошептала Речница и подошла вплотную, склонившись над хеском так, чтобы её тень скрывала его голову. Сейчас пригодился бы плащ...

– Знорка! А-аррх... знорка, - Гевахелг резко дёрнул головой и нехорошо оскалился. Кесса поёжилась.

– Ты ведь из Вайдена, правда?
– быстро и тихо сказала она.
– Элогеф и Валейл просили тебя найти. Они не знают, что с тобой, и почему ты пропал. Они не говорили, что ты злой, и что ты убиваешь мирных драконов...

– А-аррх! Я... я никого не убивал, - Гоэл яростно замотал головой. Кесса, забыв об осторожности, обхватила его за плечи - она хотела помочь хеску сесть, чтобы он не бился о землю, но демон оказался слишком тяжёлым.

– Ты зачаровал Элмада, короля драконов, - прошептала Речница.
– Он спит гибельным сном. Я не думала, что вы враждуете с драконами...

– У-ух! Знорка, знорка, - Гевахелгу наконец удалось сесть, и он шумно вздохнул.
– И ты о том же... Все говорят одно! Я не хотел ему вредить - я же сказал это тем зноркам, и другим, и всем, кто спрашивал. Я не хотел! Это был спор, просто спор... А-арррх... Где же Нерис, где он...

Существо странно дёрнуло плечами, путы впились ему в руки, и оно тихо завыло. Речница попыталась оттянуть верёвки и ослабить их немного, но хеска связывали на совесть...

– Нерис Имлийн? Тот чародей, что взял тебя в плен?
– переспросила Кесса.
– Ты не шевелись, я немного растянула верёвки, они не будут так врезаться...

– Аррх, - Гевахелг качнул головой так, что ударился подбородком о грудь.
– Нерис, Нерис... Где он?! Он говорил - это ненадолго. Он выведет меня, и я разбужу дракона. Этой ночью... или прошлой? Арррх... это время, я не знаю, как оно течёт... Тут всегда холодно и жарко, темно и светло!

Он замолчал, хватая ртом воздух. Его дыхание было горячим и сухим, как пустынный ветер.

– Этот Нерис обманул тебя, - прошептала Кесса, сжимая пальцы в кулак. Водяной шарик соткался из воздуха и коснулся носа Гевахелга.

– Он жестокий и лживый человек. Он хвалится, что победил тебя... Так вы с ним были друзьями?

Гоэл слизнул сгусток воды одним движением языка и склонил голову на плечо, тяжело и часто дыша.

– Победил... Теперь я вижу, знорка. Да, хорошо вижу... чем я смотрел раньше?! Мы не друзья... он маг и я маг... он говорил - так интересно видеть магию Гевахелгов... и что я умею - это удивительно... и я много показал... а потом мы поспорили. Хватит ли у меня сил... и я согласился. Он говорил - это неопасно, все удивятся - и только... и я сниму чары. А потом они связали меня. Я говорил им... много говорил, впустую.