Должок!

Дорога в сторону города в субботний вечер была почти пустая: в основном, все старались город покинуть, поэтому мы долетели до дома примерно за час с небольшим, включая неспешную поездку по городским улицам, а также разгрузку и раскладывание деревенских гостинцев. Есть не стали, без слов понимая, что теперь проголодаться сможем только к завтрашнему обеду.

Алиса расхаживала по квартире, раскладывая продукты и свои вновь привезённые вещи. Я, как кот, облизывался, разглядывая её округлости через одежду в ожидании момента, когда она угомонится и я смогу развернуть фантик этой конфетки и долго-долго смаковать её. Всю ночь. А потом – утром. И целое воскресенье у нас впереди. От одной мысли об этом у меня всё шевелилось. И это я не о волосах. Хотя мурашки неспешно прогуливались по голове организованными группами от затылка к макушке и обратно. А когда Алиска скинула тёплую кофту и осталась в обтягивающей майке, то в панике разбежались по всему телу, словно в их ряды петарду бросили. А она, как назло, что-то пишет в своём телефоне и улыбается. Нет, ну я так не играю! Подхожу сзади и ловко выхватываю телефон из её руки.

– Кому это ты улыбаешься?! – спрашиваю строго.

– Димка пишет, что Ксюша сегодня утром мальчика родила. Три пятьсот! Теперь у Алёшки братик. Представляю, как Егор рад.

Я тоже представляю. И завидую этому неведомому Егору, у которого в двадцать пять лет уже два сына. Вот нет у него миллионов, дело своё только начал, жена ещё студентка, а ведь не боится. Вкалывает, детей растит – и счастлив. И Ксюша его даже младше Алисы. А я? Успешный бизнесмен. Конечно, я со студенчества работал вместе с отцом, а за два года после его смерти увеличил активы в три с половиной раза, но ведь это всё не я создал, а он. А вот семью я должен создать сам. И не такую, в которой муж куёт миллионы и развлекается на стороне, жена ходит по салонам и тоже развлекается, но тайком, а дети-мажоры творят что хотят, зная, что деньги всё прикроют. Я хочу нормальную, ЧЕЛОВЕЧЕСКУЮ семью! Но таких в бизнес-кругах очень мало.

Алиса, отжав у меня свой телефон, строчит в нём послания. Открывает ответ и буквально тает от умиления.

– Смотри, я Ксюшку поздравила, а она мне видео сына прислала. Они его Костей назвали. Точная копия Алёшки, только глаза голубые, Ксюшкины. Держитесь, семёновские девчонки: у Воркунов голубоглазый брюнет родился! Сейчас Егору напишу, поздравлю.

Я целых три минуты креплюсь, потом сдаюсь и сажусь рядом с Алисой.

– Покажи, – прошу, а сердце бьётся так, как будто своего сына сейчас увижу. Вот это щекастое нечто со щёлочками вместо глаз – это и есть второй после брата будущий семёновский сердцеед? – О, смотри: зевает!

– Конечно, – смеётся Алиса, – это же человечек, просто маленький.

– Человечек…

Нащебетавшись вволю о новоявленном Воркуне, его брате и родителях, Синичка отправляется в ванную, потом иду я. Возвращаюсь и вижу, что она уже крепко спит, сидя прислонившись к изголовью кровати. Видно, что ждала меня, но сон оказался сильнее. Вспоминаю, что она сегодня ночью спала только два часа, да и я всего четыре. Укладываю свою девочку к себе на грудь, укрываю одеялом. Она сопит, уткнувшись мне в шею, а я несколько часов лежу с открытыми глазами и слушаю её дыхание.

Вот такая идиллия! Надолго ли?

Глава 32

В обеденный перерыв весь этаж только и говорит что об увольнении Ушаковой. Её даже положенные две недели не заставили отрабатывать. Никто не понимает, почему вдруг Ритка решила уйти из «Зодчего», где занимала неплохую должность с хорошим окладом. Кто-то предполагает, что её фееричное празднование дня рождения было своеобразным прощанием с коллегами. Некоторые, конечно, догадываются, но наверняка знаем только Марина, Ваня и я. Марина предположила, что Маргарита давно мечтала прибрать босса к рукам (а кто не мечтал?!), но он не обращал внимания на девушек на работе. А тут появилась я, и она решила, что Стадник «развязал» и теперь у неё тоже есть шанс.

– Только она не учла, что Иван Антонович заприметил тебя не на работе, а намного раньше, – делится соображениями помощница.

– А ты откуда знаешь? – спрашиваю я.

– Пф-ф! Я в курсе всех дел шефа, от пореза при бритье до покупки вертолёта.

– У него есть вертолёт?!

– А ты не знала? Маленький такой. Он на нём в командировки мотается.

– А почему тогда в Ростов ездил на машине? – удивляюсь я.

– Да чтоб твою Семёновку не шокировать, – смеётся Марина. – Я сначала тоже удивилась, почему он не распорядился вызвать вертолёт, а потом узнала, что у него была компания. Пока вы с ним были в ссоре, он два раза летал.

– Я не знала.

– Но в пятницу было круто! – вспоминает она. – Когда он сказал, что повезёт тебя знакомиться с родственниками, Ритка аж позеленела. Вы ушли, и она быстренько свернула свой щедрый праздник. А как тебя приняли?

– Хорошо. Они такие простые, как в нашей деревне. У бабушки и тёти хоть ремонт современный, а прадедушка не разрешил ни к чему притрагиваться в его доме. Обстановка такая же, как в восьмидесятые. Только крышу позволил поменять – течь начала.

– А чем занимались? – любопытствует Марина.

– Картошку копали.

Секретарша делает притворно-обиженное лицо, мол, не хочешь – не говори.

– Серьёзно, Марин. Приехали, а они в огороде возятся. Не могли же мы стоять и смотреть, и им уже меньше половины оставалось – не бросишь.

– Не могу себе представить Стадника с лопатой, – прыснула Марина.

– А с мешком через плечо?

Дальше мы уже хохочем вместе, даже люди в кафе на нас оглядываются.

Когда мы уже заканчиваем обед, к нам подсаживаются Тося с Денисом. В последнее время коллеги ходят какие-то тихие и загадочные, не ссорятся, не подкалывают друг друга. Короче, всё указывает на то, что они наконец поладили. Даже жест, которым он поправил ей воротничок блузки, кричит, что мужчина «допущен к телу».

– Не знаете, за что Стадник Ушакову выпер? – с места в карьер начинает Денис.

Я пожимаю одним плечом, Марина отшучивается:

– Это я ему докладываюсь, а не он мне.

– Может, с закупками накосячила? – предполагает Тося.

– Да ну. У них в январе было, что ошиблись девчонки, так только премии лишил – и всё, – возражает Денис.

– То была случайная ошибка, а мухлёж Стадник не простит, – уводит в сторону Марина.

– Надо быть самоубийцей, чтоб мухлевать в наших масштабах под носом у Стадника. Это вам не канцелярию закупать – там такие бабки!

– Нет, – возражает Тося. – Тогда бы ей не дали уволиться по собственному. А то он ей, говорят, даже рекомендацию написал.

Мы с Мариной быстренько доедаем и сваливаем, пока нас не стали допрашивать с пристрастием. Коллеги провожают нас подозрительными взглядами, но больше ничего не спрашивают. Хорошо, что Маргарита не посчитала нужным пригласить их на свой день рождения. Из архитектурного там была только я: начальник отдела, Матвей, вежливо отказался, сославшись на беременность жены, а меня эта змеюка пригласила, по-видимому, чтобы продемонстрировать мою отставку. Но новость о том, что мы с боссом официально встречаемся, распространится по всему этажу уже к вечеру. Это с утра коллеги не успели пообщаться, а обеденный перерыв – самое то, чтобы поделиться свежими сплетнями.

Ох, тяжела же ты, шапка Мономаха! Вот сидят влюблённые люди, и никому дела нет до того, что у них роман, что они коллеги, что он младше на несколько лет, а у неё есть ребёнок. Любят – это их проблема! А вот роман босса – это, конечно, забота всего коллектива. «Ах, она, сука, на босса покусилась! Да как посмела?! А что, так можно было? Да как же я-то, дура, опоздала?!» Привыкли ведь, что он на рабочем месте ни-ни. Так только, мечтали чисто теоретически. А тут какая-то неведомая синичка прилетела, раз – и в дамки! Вселенская несправедливость! Ату её! Раньше только сплетничали, но до конца не верили, а теперь он сам подтвердил. Да не просто на ночку-другую пригласил, а с роднёй знакомить повёз. С БАБУШКОЙ!!! Кто же без серьёзных намерений с бабушкой знакомить будет?! Да кто она такая, эта Жарикова?!!