Дом Плеяд
Шрифт:
– Как расшифровывается ЛКО? – поинтересовалась Жанна.
– Честно сказать, я не помню. Он много говорил по поводу этой аббревиатуры, но я, в итоге, так и не запомнила, – с явным сожалением в голосе сказала девушка.
Ксю посмотрела на нее, оглядела с ног до головы. Почему-то только сейчас она обратила должное внимание. Кого-то она ей напоминала, но вот кого… Жанна тем временем оглядывалась по сторонам, пытаясь получше рассмотреть место, где они были. Крохотный белый самолет не был виден, он все еще находился ниже, чем они стояли. Пару минут спустя он снова взмыл в небо и улетел. «Куда он летит?» – подумали обе девушки.
– Он отвезет отца в Главный Медицинский Корпус. Там он будет восстанавливаться, – как будто прочитав мысли, ответила Ланиакея, и проводила самолет взглядом.
Тут на горизонте появился другой, покрупнее, он был темным с какими-то желтыми полосками, словно пчела. Но, когда он оказался поближе стало ясно, что все гораздо интереснее и сложнее. Самолет был покрашен в фиолетовый цвет. Так казалось издалека, но вблизи стало заметно, что корпус заполняли маленькие одинаковые рисунки
– Пойдемте, нам пора. Нужно добраться до той, третьей, девушки, – Ланиакея позвала жестом руки. Корабль внутри был матово-белым и очень чистым. Мягкое свечение белого, приятное глазу, исходило от салона. Девушки вошли, и задняя стенка корабля начала подниматься обратно. Как только она закрылась, загудели двигатели и Ланиакея попросила девушек сесть и пристегнуться или закрепиться с помощью специальных магнитных подошв, чтобы крепко держаться на ногах во время полета. Они выбрали второй вариант. Девушка, встретившая гостей, что-то понажимала на панели управления, и стенки корабля, включая пол, стали стеклянными. Пару секунд спустя, девушки поняли, что это всего лишь виртуализация окон на стенках самолета. Самолет плавно поднялся в воздух, и полетел. Его направление не знала ни Жанна, ни Ксю.
– Куда мы летим?
– В сторону севера. Тут недолго. Я бы много чего рассказала сейчас, но лучше сразу расскажу все, когда вы будете втроем. Раз уж третья гостья оказалась здесь, вывезти мы не можем без позволения папы, – лететь было хоть и недолго, но достаточно далеко, это было заметно по быстро проносящемуся мимо зеленому пейзажу. Картина смывалась в одно размытое полотно, и детали разглядеть было почти невозможно. Немного постояв, девушки решили все же присесть, хоть и ненадолго. У Ксю подрагивали коленки, потому что она боялась высоты, а на такой скорости было еще более некомфортно. Старалась это преодолеть, но не получалось до конца. Пол там тоже был прозрачный, поэтому она была рада присесть. Прошло несколько минут, и вот, корабль начал снижаться; прежде чем виртуализация прозрачности пропала, девушки увидели ту самую третью девушку. Издалека было не очень понятно, но, если им не привиделось, эту девушку они знают очень хорошо. Самолет опускался на такую же ровную зеленую траву, но здесь она была несколько темнее. «Может, это место находилось севернее географически?» – подумала Жанна. На самом деле нет, просто это несколько другая зона. Здесь есть стороны света, но они не всегда значат то же самое, что и на Земле. СВВП сел на землю, двигатели затихли. Задняя панель снова открылась. Ланиакея вышла и позвала девушку внутрь.
– Это твой голос я слышала несколько минут назад? – спрашивала она, пока поднималась по панели.
Стоило ей только показаться внутри самолета, как Жанна и Ксю одновременно завизжали и бросились ей навстречу. Да, глаза их не подвели – это была их подруга.
– Да, меня зовут Ланиакея. Я дочь Егора. А кто же ты такая? Судя по всему, вы знакомы?
– Мы подруги. Я Юля. Юля Суслова.
Каждая из трех подруг по-своему красива и необычна: Юля достаточно высокая девушка. Она превосходила по росту Ксю и Жанну примерно на полголовы. Ее фигура, гармоничная и элегантная, щедро одарена природой: длинные потрясающие ноги и пропорции, подобные журнальным. Голову украшали каштановое каре шикарных шелковистых волос, красивые большие карие глаза, аккуратный носик и почти идеальные по форме и размеру губы. Когда она улыбалась, ее скулы украшали лицо еще больше. Именно улыбка – это то, что объединяло их троих. Если они будут улыбаться одновременно в одной комнате, то посторонние, находящиеся рядом с ними, рискуют быть ослепленными. Жанна, наоборот, маленького роста, но при этом невероятно мила. Ее рыжие волосы красивы простотой: не огненные, а более холодного тона, и не такие короткие как у Юли, примерно до лопаток. Большие выразительные глаза смотрели на все с нескрываемым любопытством, а их цвет, сложно точно сказать какой – вроде и не зеленый, но и не серый. Скорее всего, что-то между. Она, в меру худая, что только подчеркивало ее формы, напоминала Лани Маринетт своей фигурой. Белая кожа, не обработанная солнцем, довершала картину прекрасного. Ксюша же – тоже рыжая, но более яркая, примерно одного роста с Жанной, с высоким лбом и глубокими, невероятными глазами цвета морской воды: когда над морем небо чистое, вода насыщенного синего цвета, а вот когда над морем облачно, или вообще пасмурно, цвет ее меняется. Вот такой оттенок ее глаз. Тело совсем не похоже на тела подруг. Особенная эстетика изящных ног и отличных форм.
Все три девушки были невероятно красивыми снаружи. А их характеры – пока загадка для всех…
– Очень приятно. Ты сказала, что дочь Егора. А кто он такой? Где мы вообще находимся? А вы откуда его знаете? – последний вопрос направлен ее подругам.
– Будем для начала считать, что он спаситель Жанны и Ксюши точно, но вот насчет тебя, Юля, я не уверена, ведь он тебя просто не знает… А вы находитесь в безопасности. Этого пока достаточно.
– Со мной он познакомился на факеле, я была старшим куратором у его группы, – ответила Ксю.
– Мы познакомились в процессе подготовки дня рождения Лу, – Жанна многозначительно кивнула в сторону Ксю головой, расплываясь в улыбке. Это было совсем недавно, меньше месяца назад.
Самолет летел на этот раз медленнее, и девушки успевали разглядывать все получше. Кругом были зелень да вода. Очень красиво, будто во сне. Наступила какая-то неловкая тишина, пока Ланиакея отходила в кабину пилота. Юля уже открыла рот, чтобы заговорить с подругами, но дочка Егора уже вернулась, и это натолкнуло ее на логичный вопрос,
уже обращенный к ней:– А кто вообще управляет этой штукой?
– Никто. Точнее сказать, никто из живых людей. Всем авиапарком управляет один ИИ. Ну, представься, что ли! – Ланиакея обратилась куда-то в никуда. И тут, оттуда же, куда шло обращение, прозвучал голос:
– Здравствуйте, девушки. Меня зовут Зевс. Я отвечаю за ваш полет, и за все полеты в целом. А также управляю авиапарком – всеми летающими аппаратами этого мира, – девочки, в свою очередь, поприветствовали его. И снова замолчали, как будто не в своей тарелке.
– Почему Зевс? – поинтересовалась у него Юля.
– В древнегреческой мифологии небо было территорией владения Зевса, в этом мы похожи, поэтому меня так зовут.
– Ланиакея, а сколько тебе лет? – решила вдруг спросить Ксю. Она сама не понимала почему задала этот вопрос, зная, что это не совсем хороший тон.
– Мне? – девушка ухмыльнулась, – папа создал, – «Создал?..». – Меня около двух лет назад, по счету главного мира, так что по его меркам мне нет даже двух. Но я не высчитывала сколько мне лет на самом деле, потому что бывает, что папа приходит к нам и проводит много лет здесь, но при этом, замедляя время настолько, что не проходит и часа в главном мире, когда здесь прошло уже десять лет. Мне точно больше двадцати пяти… В общем, сложно ответить однозначно, – Ланиакея задумалась. – Ты озадачила меня, Ксения… Ладно, что еще вам нужно знать… Точно! Здесь не ловит связь, нет интернета и прочих подобных технологий. Ровно, как и смартфонов, – она неоднозначно кивнула головой вверх, как будто бы этот мир находился под обычным. – Поэтому вам нужно будет отдать мне сейчас ваши телефоны. Они вам не понадобятся здесь. Выключите их, а когда будете возвращаться, получите их назад.
Закончив, Ланиакея отошла к мониторам. СВВП «Пчела МК 1» уже был не так далеко от места, где девушкам предстоит жить. Дочь Егора глянула на какую-то сводку, похожую на правила, и вдруг схватилась за рот свободной рукой. «Что? – подумала она. – Как это, черт возьми?? Мало того, что Юля попала сюда неизвестно как, так еще и это…»
– Что-то не так? – поинтересовалась она, отдавая свой телефон. То же сделали и Ксю с Жанной.
– И кто еще, кроме тебя здесь живет? Ты ведь не одна? Или одна? – Жанна не заметила замешательства дочери Егора, продолжая расспросы.
– Да, не одна. Как вы себя чувствуете? Нет ощущения будто чего-то не хватает? – Ланиакея вскользь ответив на вопрос, обеспокоено забегала глазами по девушкам, переводя взгляд с одной на другую.
– Да вроде все в порядке, – по очереди констатировали они. – А что не так?
– Кое-что не вяжется, девочки. Сейчас все расскажу по порядку. Кроме меня здесь еще пять моих братьев и сестер. Мы позже с ними познакомимся. Они все сами о себе расскажут.
– Итак… у папы есть запас энергии на манипуляции. Измеряется он пятьюдесятью квантодиодинами. Квантодиодины – это энергетические ячейки, основанные на энергии квантовых преобразований, где она сжимается и превращается в почти невидимую маленькую батарейку с невероятной плотностью. Так вот, этой энергии обычно хватает на то, чтобы выжить и не умереть сразу после ранений почти любого типа. Девятнадцать квантодиодинов сразу уходят на регенерацию, пока он в главном мире находится. Потом, один квантодиодин нужен для того, чтобы переместить его. Один всего лишь, потому что он почти мертв на момент перемещения. То есть, он по максимуму отключает себя, чтобы перемещение затратило минимум энергии. А вот, чтобы переместить одного здорового человека, необходимо тридцать квантодиодинов. Здорового и, при этом очень важно, незнакомого ему человека. Десять на перемещение разума, десять на перемещение души или, по-другому, разума сердца, и десять на перемещение тела. Итого – тридцать. Первый вопрос уже известен – как Юля вообще смогла попасть сюда? – но им я займусь позже. Открою голодневники1 отца. Со знакомыми людьми у него идут разные пропорциональные соотношения: чем ближе ему человек, тем меньше энергии затрачивается на его перемещение. При этом, ближе он может быть по факту, который он вам не скажет, потому что сам осознанно не распознает. Это определяется его разумом сердца, почти что подсознательно. Именно поэтому у него может быть лучший друг и просто какой-то парень, которого он знает не так давно, но при этом доверяет ему и уважает, и меньше энергии может уйти именно на второго. Парадоксально, но это так. Зависит это, естественно, от положения дел с лучшим другом, если продолжить рассматривать этот пример: в случае нахождения в лучших отношениях в момент перед перемещением, то, конечно, окажется, что лучший друг менее энергозатратен. Видите ли, девочки, – она обращалась уже к Ксю и Жанне. – Если вы вдвоем здесь, это может значить только одно: вы делите какую-то значительную часть его разума сердца на равные, или близкие к равным, части и занимаете в нем наибольшие доли. Он говорил о многих девушках, которые могли быть в его сердечном разуме. Я не могу это никак проверить, он просто о них рассказывал. Думала, что вы можете быть теми, о ком он все время молчал. Теперь я убедилась, вот они вы, самые дорогие и близкие разуму сердца папы. Выходит, что вас все же двое, и на ваше перемещение было затрачено всего тридцать квантодиодинов, то есть по пятнадцать на каждую. Не факт, что поровну, возможна разница, плюс минус два. Давайте взглянем, – с этими словами Ланиакея подошла к пульту и попросила ИИ: «Зевс, открой выкладку по квантовым перемещениям папы, включая последнее». Панель загорелась, и открылась статистика. На ней девушки увидели свои фото по пояс, а рядом маленькие фиолетово-желтые полоски, размером с мизинец. Относительно экрана, который был больше двух метров в диагонали, они были совсем крохотные. Эти полоски означали количество затраченных квантодиодинов на каждую из них.