Дом погибели

— Платья такие неудобные, в них слишком много лишних деталей, — Лорана избавилась от брюк и продолжила раздеваться, внимательно наблюдая за реакцией Эладана. При первых же признаках страха или беспокойства со стороны герцога она была готова все прекратить, но он пока демонстрировал лишь растущее возбуждение.

Взобравшись на кровать, Лорана бесцеремонно сдернула с Эладана одеяло и чуть не застонала, таким сладким и соблазнительным он оказался. От нетерпения у нее задрожали ноздри, руки сами собой потянулись к обнаженному телу. Она помнила герцога стройным миловидным юношей, а сейчас перед ней полулежал на белоснежных простынях взрослый красивый мужчина. Нисколько не заботясь о собственной наготе, которую с некоторых пор Лорана просто перестала замечать, она жадно склонилась над Эладаном, но он в последний момент легко придержал ее за плечи.

— Если можно, будь помягче, все-таки это мой первый раз.

Лорана потрясенно выпрямилась.

— Врешь!

— Не имею такой привычки, — парировал молодой герцог. — По-твоему, вдали от дома я только и делал, что развлекался с женщинами?

— А разве нет? — искренне удивилась Лорана. — Они наверняка ходили за тобой по пятам.

— Большую часть времени за мной по пятам ходила смерть, но это уже не важно. Я вернулся на Акран за тобой, вот только…

Лорана не хотела снова слушать извинения, поэтому прижала пальцы к его губам. Губы были мягкими и теплыми, и она прекрасно помнила их вкус. Поцелуй только раздразнил, усилил и без того растущее желание, а когда слияния губ стало недостаточно, Лорана без всякого стеснения оседлала бедра Эладана.

Какая-то часть сознания, отвечающая за его безопасность, действительно контролировала каждое движение ее тела, но это не мешало им обоим наслаждаться друг другом. Несмотря на свой печальный опыт, Лорана по-прежнему ничего не смыслила в интимных отношениях, ее направлял один лишь слепой инстинкт. Выражение лица Эладана, неотрывный взгляд которого был полностью расфокусирован, вдохновляло на эксперименты, и Лорана меняла темп своих движений до тех пор, пока глаза ее партнера не закатились в экстазе.

Внезапное удовольствие оказалось для нее самой полной неожиданностью. Пока растерянная, изумленная Лорана купалась в волнах наслаждения, Эладан вскрикнул и тоже забился в сладких судорогах. Все еще находясь под впечатлением от пережитого, они крепко обнялись и лежали так, пока не стих бешеный стук сердец. На несколько коротких минут буря эмоций заслонила собой магическую сущность Лораны, она стала прежней, но как только страсти немного улеглись все вернулось снова. Эладан был счастлив уже тем, что это, наконец, свершилось, что они вместе, так близко, как он всегда мечтал, и совершенно неважно, в какой цвет окрашена их близость.

Его глаза видели нежную прекрасную Лорану, вдохновительницу всех идей и планов, девушку, в которую он влюбился раньше, чем это осознал, а тело ощущало поселившуюся внутри нее чуждую силу, способную сломать, уничтожить, разнести в пыль все вокруг…

— Ты боишься меня?

Как отвечать, если ты весь во власти колдовских зеленых глаз, волос цвета пламени, нежной кожи и нестерпимого внутреннего жара, когда каждое конвульсивное сокращение внутренних мышц может отправить тебя в неуправляемый полет?

— Нет, не боюсь. Я любил тебя прежнюю, люблю новую и буду любить, какой бы ты ни стала в будущем.

Эладан не знал, поверила ли Лорана его признанию, но был вознагражден таким откровенным поцелуем, что страсть, еще не успев остыть, вспыхнула с новой силой. Темный дар раскрепостил все потайные женские инстинкты Лораны, и она пускала их в ход, не задумываясь о том, готов ли Эладан к подобной чувственной атаке, успевает ли он вовремя набирать воздуха в горящие легкие. Но его тело, словно редкий дорогой инструмент, отзывалось на каждое движение, на каждое прикосновение именно так, как хотелось Лоране.

Она требовала, и Эладан отдавал, не считаясь с затратами и собственными физическими возможностями. Рвущаяся из-под жесткого контроля сила все же оставляла на коже герцога следы в виде синяков и ссадин, однако сейчас его не смогло бы остановить даже серьезное увечье. Это смешанное с болью наслаждение проникало глубже, ранило сильнее и помнилось дольше, чем исполненные нежной робости ласки прежней Лораны.

Герцог чувствовал себя так, словно побывал в постели с валькирией. Он сражался достойно, но под конец сдался и уступил поле боя прекрасной рыжеволосой воительнице, безжалостно похитившей его сердце… Эладан проснулся перед рассветом на смятых простынях с герцогской короной на голове. Мятежная возлюбленная увенчала его и бесследно исчезла, оставив после себя шлейф противоречивых эмоций и странную уверенность в том, что в следующий раз они увидятся очень и очень нескоро.

Планета Акран. Радикальные меры

Внутри Лораны всегда жил дух независимости. Иметь собственное мнение было для нее не социальным завоеванием, а естественным состоянием, и с этим привыкли считаться все, кроме приемной матери. Джоселин Ордал подчеркнуто игнорировала Лорану, наказывая таким образом ребенка за грех родителей. Трансформация, частично изменившая сознание девушки, в какой-то мере оказалась полезна, потому что все расставила по местам. Она навсегда закрыла тему отношений с матерью и подарила девушке свободу, которая практически недоступна цивилизованному человеку.

Возможность в любой момент исчезнуть на неопределенный срок, не давая никому отчетов и объяснений, позволяла Лоране держаться подальше не только от земель Садор и Эйер, но и от планеты Акран. Наслаждение, которое она испытала минувшей ночью, сделало ее зависимой от сладких поцелуев и жарких объятий, от крепких мускулов, подрагивающих под ее ласкающими пальцами. Оказалось, что нынешняя Лорана может быть не только разрушительницей, но и страстной любовницей, способной доставить ответное удовольствие.

Беда заключалась в том, что теперь она не представляла жизни без Эладана Прайса. Рядом с ним Лорана чувствовала себя не безобразным монстром, а прекрасной пленницей, которую примчался спасать принц на белом коне. Поддаться его обаянию было легко, для этого не требовалось никаких усилий, однако их любовь реализовалась в самое неподходящее время, прямо на изломе событий, когда роли еще не доиграны и судьбы не определены. Чтобы составить достойную пару герцогу Талиону, нужно было снова стать человеком, а Лорана сильно сомневалась, что когда-нибудь сможет избавиться от своей темной составляющей.

Несмотря на раннее утро, Исполнительный совет при правящем герцоге собрался почти в полном составе. Не явился только граф Мар, который занимал пост министра иностранных дел и являлся ключевой фигурой в повестке дня.

— Сколько нам еще ждать? — уже в третий раз нетерпеливо вопросил Мартин Хейден, барон Каркросс. — Где его хваленая пунктуальность? Вы вообще уверены, что Мар получил приглашение?

— Не бесите меня, Мартин, — злобно отмахнулся герцог Варман, — я и так в дурном расположении духа!