Дом с белыми клибисами

— Когда-то у меня было два брата… — многозначительно заметила женщина, и в комнате повисла тишина.

Глава 4. Тихая ночь

— Слияние! Слияние! — истошные вопли раскатились по площади. Паника стремительной волной залила торговые ряды. Все, кто мог бежать — побежали, все, кто мог визжать — завизжали. Никто не понял, где именно произошла беда, но, подхваченные всеобщим ужасом, покупатели стремились побыстрее оказаться как можно дальше от места событий. Торговцы же, первым делом подумавшие о том, что не успеют спасти товар, куда быстрее сообразили, что ничего страшного не происходит: мир вокруг их лавок не мерцал, прилавки не подсвечивались голубоватым сиянием. Но, цыкая и ругаясь, они тоже принялись собираться: какая уж тут торговля, если все равно ночь на носу, а покупатели разбежались? И рынок быстро опустел.

— Это была моя любимая таверна, — спокойно сказала леди Ветта, закидывая в рот пару семечек подсолнуха и шумно сплевывая пожеванную шелуху в сторону бегущих мимо пьянчуг. Здание таверны уже почти исчезло — стены его с каждой секундой становились все прозрачнее, заменяясь голубым сиянием. Но оттуда по-прежнему выбегали люди: кто-то пытался спасти свое добро, а кто-то просто спьяну не сразу смог найти двери.

— Да. Там подавали замечательных цыплят, — вздохнул Белый мастер, прощаясь с последним в городе заведением, стряпня которого еще устраивала леди Ветту, и прикидывая, как он теперь будет все успевать, если ему придется готовить не только завтраки, но и обеды с ужинами. К тому же, таверна стояла недалеко от дома с белыми клибисами, и было так удобно провожать (то есть относить) миледи домой, когда та напивалась.

— Спорим, не успеет? — сказала леди Ветта, закидывая в рот еще пару семечек и глядя на бегущего в ее сторону человека: тот мчался, выпучив глаза и смешно вскидывая длинные ноги. То ли он только что проснулся, то ли только что протрезвел. До сияющей границы, проходящей по выщербленной брусчатке, ему оставалось каких-то пять шагов.

— Не успел, — спокойно прокомментировала миледи, проводив взглядом ком отрезанной головы. Та шмякнулась на камни и отскочила, пустив маленький красный фонтанчик. Мастер Кан поднес палец к носу, сдерживая подступившую тошноту, и отвел глаза.

— Это было неприятно, — сказал он.

— Ну, по крайней мере, не мучился, — философски заметила леди Ветта, беря отрезанную голову за спутанные сальные волосы. — Руку несешь ты.

Она отвернулась и быстро зашагала в сторону управления. Кан мельком осмотрелся: вместо таверны посреди города теперь расстилался кусочек луга. Уровень земли в том месте, откуда выдрало этот фрагмент, был немного ниже, и пресловутая рука свалилась обратно в получившуюся яму. Мастер Кан вытянул из кармана платок и брезгливо взял отрезанную кисть за указательный палец.

— И почему этим не занимаются гробовщики? — спросил он, догоняя свою начальницу и неся находку так, чтобы та была как можно дальше от его белых одежд.

— Потому что они, в отличие от нас, не патрулируют город, — ответила миледи. — Хочешь, чтобы эта голова полежала здесь до утра, а потом ею играли мальчишки?

Белого Мастера передернуло.

— Терпеть не могу возиться с трупами, — сказал он. — И вообще, я надеялся, что мы сегодня в управление не вернемся: так тихо было весь день.

— Зря надеялся. Чем спокойнее жизнь, тем больше вероятность, что скоро с тобой произойдет несусветная дрянь, — философски заметила леди Ветта.

Они прошли пару кварталов, распугивая народ: все-таки, не так уж часто в Городе можно было встретить помахивающую отрезанной головой начальницу стражи. В управлении было тихо и спокойно: дневная смена уже ушла, да и ночная успела вальяжно развалиться в караулке.

— Чего штаны протираем? — рявкнула леди Ветта, неожиданно появляясь из-за угла: она не была ни зла, ни сердита, просто считала, что подчиненных время от времени нужно встряхивать, чтобы они не обленились. Стражники тут же повскакивали со своих мест, роняя карты и кружки с пивом. Дежурный неловко попытался поприветствовать начальницу, выбираясь из-за стола. Коллеги пинками придали ему ускорение.

— Уберите это, — Кан брезгливо сложил на тарелку с сушеной рыбой отрезанную кисть, пока леди Ветта громогласно отчитывала дежурного. Оставшиеся стражники стоически сдержали рвотные потуги. Никто не поспешил выполнять приказание Кана.

— Детей, надеюсь, не после заката отпустили? — спросил он, покосившись на все еще орущую на дежурного начальницу.

— Детей? Каких детей? — растерялся один из стражников. Остальные выглядели не менее удивленными.

— Та-а-ак. Понятно, — протянул мастер Кан, разворачиваясь в сторону лестницы и поднимаясь на второй этаж. Быстро миновав доску почета и целую серию портретов разыскиваемых преступников, он сердито щелкнул задвижкой и распахнул дверцу. Из темноты чулана на него блеснули две пары испуганных глаз.

— Выходите, — сказал он. — Свободны.

Сайка и Авис неуверенно переглянулись и осторожно выбрались из своего узилища.

— Чего раньше-то о себе не напомнили? — ворчливо отчитал их Кан, спускаясь обратно. — Караулка же прямо под вами была. Потопали бы погромче, и дело с концом.

— Господин Ивон велел стучать, только если в туалет захотим, — осторожно сказал Авис. Сайка бросила на него косой взгляд, но ничего не сказала. На самом деле ребята давно бы уже напомнили загулявшим стражникам о себе, но после всего услышанного им хотелось, чтобы про них как следует забыли, дабы никто и подумать не смел, что они могли подслушать чужой разговор.

Вслед за Белым мастером ребята спустились в караулку.

— Добрый вечер, — промямлила Сайка, заметив леди Ветту, сердито тычущую дежурному в лицо отрезанной головой. Тот жался к стене и что-то неуверенно бормотал. Авис на всякий случай взял девочку за руку, и правильно сделал: Сайке явно стало нехорошо. Она вцепилась в него вмиг похолодевшими пальцами и часто задышала.

Мастер Кан заметил направление взгляда девочки и сразу же заслонил собой непритязательную картину.

— Идите-ка вы домой, — посоветовал он, стряхивая с рукава несуществующую пылинку. — Настоятельно рекомендую больше нам не попадаться.

— Хорошо. Мы вас поняли, — коротко кивнул Авис, таща на глазах зеленеющую Сайку в сторону выхода. — Спокойной ночи.

— И вам того же, — улыбнулся мастер Кан, заметил все еще не убранную отрезанную кисть в окружении сушеных рыбешек, брезгливо подхватил ее вместе с блюдом и понес на ледник. Сайка еще сильнее побледнела, и Авис поспешил вытащить ее наружу.

— Я же говорил: вечерняя смена про нас забыла, — сказал он, когда они отошли от управления на приличное расстояние, а Сайка, наконец, пришла в себя. — Надо было раньше постучать.

— Ну, знаешь, мне после всего того, что мы услышали, вообще хотелось прикинуться ветошью, как говаривал дядька Моро. На меня ведь, между прочим, тоже чуть было не надели браслеты, — сказала Сайка. — Фу. Теперь, когда знаю, что это за железяки, я готова век благодарить небеса, что в ту ночь они забрали мать-настоятельницу.