Дом с белыми клибисами

Когда солнце принялось клониться к закату, ребята все-таки спустились с горы и помчались к дому Калеба-изобретателя, выбирая самые пустынные переулки. Сайка очень торопилась: ей нужно было вернуться в приют до того, как придет ночной воспитатель.

— Ты дорогу-то запоминай, — все время повторяла она, тыкая пальцем во всевозможные ориентиры вроде жутковатой черной башни или видимого с любой точки города монастыря, что стоял на горе — еще более высокой и скалистой, чем та, на которой они встретились.

— Тут и запоминать нечего, — отмахивался Авис: его родная Элакия была жутким многоэтажным лабиринтом по сравнению с этим простеньким городом, в котором просто невозможно было заблудиться.

Дом Калеба-изобретателя стоял недалеко от торговых рядов, и был окружен только покосившимися хибарами: никто не хотел жить рядом с чокнутым старикашкой, у которого вечно что-то дребезжит, грохочет и взрывается. Даже сейчас земля под ногами едва заметно дрожала, а из кухонного окна клубами валил пар.

— Паровой котел, — безапелляционно постановил Авис и запрокинул голову, чтобы понять, что делает здоровенный железный вал, вращаемый жутковато клацающей системой шестеренок.

— Держись левее, — посоветовала Сайка. — Эта штука как-то раз уже зажевала мой подол. Мне тога едва кости не переломало.

Авис послушно отошел. Сайка ухватилась за большой рычаг, трижды подняла его и опустила, приводя в движение неприятно поскрипывающий механизм. Внутри двери что-то щелкнуло, и на уровне лица взрослого человека открылось углубление. Сайка приподнялась на цыпочки и принялась крутить бронзовые вертушки, высунув язык от излишней сосредоточенности. Наконец, нужная комбинация была собрана, в двери еще раз что-то щелкнуло, и она открылась с протяжным скрипом.

— Калеб! — громко крикнула Сайка, бросая котомку куда-то в темный угол и небрежно скидывая обувь. — Калеб, ты где?

Авис прошел внутрь, с любопытством оглядываясь.

Если снаружи дом напоминал железный бункер, то внутри выглядел скорее как механизм огромных башенных часов. В нем постоянно что-то двигалось, позвякивало, шелестело, словно он был живым. Пока Авис шел вслед за Сайкой по навесной лестнице, ему пришлось несколько раз отскочить от неожиданно появляющихся из ниш огромных шарниров, похожих на локти. Упрятанный в подвале паровой двигатель сердито шипел и ритмично бухал поршнем, напоминая огромное механическое сердце. Авис глянул через перила вниз, пытаясь навскидку определить, как все это устроено, но с первого раза обнаружил только систему водоснабжения: по трубкам-венам от второй печи подавалась наверх и в кухню горячая вода.

— Калеб! — снова позвала Сайка, вертя головой во все стороны: ей давно уже пора было бежать в монастырь, но бросать Ависа в чужом доме, даже не представив его хозяину, было нехорошо. — Дед, ты где?

— А? Чего? — неожиданно раздалось снизу. Решетка у них под ногами разъехалась, и из нее высунулось что-то белое и мохнатое. Сайка взвизгнула, подпрыгнув до низко нависшего потолка и ударившись об него головой, но, узнав хозяина дома, чертыхнулась и принялась растирать ушибленную макушку.

— Чего пугаешь? — возмутилась она.

— Ты хто? — уставился на нее всклокоченный и худой человек в огромных круглых очках, только что выбравшийся из люка.

— Конь в пальто, — огрызнулась Сайка. — За сапогами пришла: вишь, копыта мерзнут.

— Булка, ты что ли? — старик потер глаза, часто-часто поморгал и уставился на нее, близоруко щурясь.

— Сайка. Меня зовут Сайка, — закатив глаза, поправила его девочка. — А это мой друг — Авис.

— Авис? — старик покрутил головой по сторонам, отыскивая мальчика, хотя тот стоял прямо перед ним. — Это в честь ребристого сопла, что ли, назвали?

— Мы его называем вибрационным, — Авис протянул руку для приветствия. Старик прямо-таки расцвел на глазах и тоже вытянул свою худую, жилистую ладонь, измазанную чем-то черным. Глянул на нее мельком, быстро обтер об себя и крепко пожал руку Ависа.

— Вот, правильное имя, — одобрил старик, зачем-то похлопывая парня по плечу. — А то назовутся всякими там Кексами да Пышками — пойди запомни.

— Сайка. Меня зовут Сайка, — со вздохом устало повторила девочка. — Сколько можно путать?

— Путать? Да, оно меня сильно путает, — рассеянно покивал старик.

— Что? — не поняла Сайка.

— Ребристое сопло, — пояснил старик. — Такая странная штука. Ума не приложу: зачем ее изобрели?

— О, так это же один из главных элементов энергоподающих систем при магическом сопровождении механизмов! — тут же с воодушевлением откликнулся Авис.

— Магическое сопровождение? — с интересом повторил Калеб. Глаза Ависа вспыхнули, и он принялся сыпать странными терминами. Калеб сначала открыл рот и молча слушал минуту-другую, потом задал пару вопросов, и после этого они с Ависом затрещали на неизвестном Сайке языке уже вдвоем.

— Ну, девочки, я вас оставлю, пожалуй, — язвительно отозвалась Сайка, обиженная тем, что про нее так быстро забыли. Впрочем, надо отдать должное Авису: когда его лекция о революционном для столь отсталого городка приеме сочетания магии и техники подошла к концу, он повернулся к девочке и спросил:

— Правда, здорово?

Но Сайки в доме уже не было.

Глава 3. Будни стражников и преступников

— Что-то я все никак не могу проснуться, — вздохнула кудрявая женщина в одеждах начальника городской стражи, потирая затылок и зевая до хруста в челюсти. Шрамы на левой щеке, как обычно, не дали ей насладиться зевком. Лицо перекосило, одно веко отошло от глаза. Женщина недовольно цыкнула и с ожесточением потерла белесые бугры.

— С дамами такое иногда бывает, — сочувственно покивал ее спутник. Лицо у него было невинным, как у ангела, но тем сильнее он получил удар острым локтем под ребра.

— Миледи, порой вы так жестоки, — простонал он, согнувшись. Нижний угол его рукава, слишком длинный даже для модниц при дворе герцога, почти коснулся земли. Но лишь почти. Мужчина, не меняя позы, слегка повернулся, чтобы ножны меча зацепили край рукава и не дали ему опуститься на пыльную дорогу. Правая рука, прижатая к якобы пострадавшему месту, тем временем незаметно придерживала подол его белых шелковых одеяний.