Дом с белыми клибисами

— Миледи, ну хватит уже…

— Да знаю я, знаю, — она повернулась к нему спиной. — Все это чушь, а я сумасшедшая. Просто устала. Надоело все. Не могу больше.

И леди Ветта затихла. Белый мастер осторожно погладил ее по плечу, скинул насыпавшиеся с дерева лепестки.

— Тебя я тоже ненавижу, так и знай, — добавила она обиженным голосом. Мастер Кан улыбнулся.

— Я отнесу вас наверх, — прошептал он, наклоняясь. Миледи не ответила. Он подождал еще пару мгновений, поднял ее и понес в дом.

Глава 10. Ужин у герцога

Белый мастер действительно напугал Сайку. Но не тем, что выглядел сурово и прогнал ее из дома леди Ветты, а тем что сделал это неожиданно, без всякого предупреждения или объяснения, не позволив повидаться с Ависом и почему-то запретив проходить мимо дома Калеба. Сайка хотела было расспросить его, но мастер поглядел на догорающий закат и еще больше нахмурился, отчего девочке сразу же вспомнилось противное лицо Горшихи и ее обещание выставить позорящую имя монастыря девчонку за порог. Так что Сайка бросила недостиранную рубашку обратно в корыто и поспешила домой, стремясь попасть в монастырь через центральные ворота, а не через дыру в каменной ограде.

К монастырю она дошла вся красная и запыхавшаяся от быстрой ходьбы. Горшиха ждала ее у дверей. Руки монашки были сурово сложены на груди, губы поджаты, а брови нахмурены. Даже противная бородавка как-то обвиняюще торчала из ноздри.

— Я не опоздала, — уверенно сказала девочка. — Вечерний колокол еще не звенел.

Они уставились друг на друга. Обычно Сайка в таких случаях опускала глаза, но в последнее время с ней случилось так много всего, что гнев вредной монашки, тем более не обоснованный, ее уже не пугал. В конце концов, всегда можно пойти к другим воспитателям и попросить о справедливости: не одна Сайка питала к Горшихе устойчивую неприязнь.

Молчание затянулось.

— Чего? — по-дворовому, как заправская хулиганка, спросила Сайка, медленно, но уверенно обходя Горшиху широким полукругом и стараясь не поворачиваться к монашке спиной. Та еще плотнее поджала губы и еще суровее прищурилась.

— И что он в тебе нашел? — пробубнила себе под нос Горшиха, когда Сайка все-таки отвернулась от нее и вошла во внутренний двор.

Ей сразу же бросилось в глаза несколько вещей. Первое: повсюду ярко горели свечи и факелы, что для экономного приюта было роскошью. Второе: во дворе стояла богато украшенная карета — по виду, явно принадлежащая дому Санвай. И третье: сквозь узорчатые стекла на первом этаже было видно, что там сидят за столом какие-то люди в дорогих одеждах (или по крайней мере, один человек и его свита), пьют вино и весело болтают с улыбающимися до ушей монашками.

Сайка попятилась и врезалась спиной во что-то мягкое.

— Иди давай, бесстыдница, — хмуро сказала Горшиха. — Тебя ждем.

— З-зачем? — пробормотала Сайка и попыталась улизнуть: с каких это пор ее, приютскую оборванку, ждут люди герцога?

— А ну стоять! — монашка ухватила ее за воротник, не дав сбежать. — Не позорь нас. Спину выпрями. Смотри в пол. Старшим не груби. Лишнего не спрашивай. На вопросы отвечай прямо и вежливо. Поняла? Поняла, говорю?

— А, — вякнула Сайка, оглядываясь в поисках поддержки хотя бы от приютских друзей, которые в это время обычно околачивались во внутреннем дворе, но ее уже втолкнули внутрь.

Запнувшись о порог, Сайка пролетела вперед шагов пять и оказалась ровно в центре помещения. Яркий свет ослепил ее, она принялась щуриться и часто моргать.

— О, девочка уже здесь! — радостно откликнулся чем-то знакомый голос. Сайка повернула голову и увидела того красиво одетого человека с площади, что помог им с Ависом.

— Здрастье, — робко ответила она и попыталась сделать книксен. Вышло на редкость неуклюже. К тому же, когда она потянула за юбку, расправляя ее, пятна грязи и крови стали видны еще лучше. Поднявшись, Сайка смущенно потупилась и попыталась загородить их ладошками.

— Боже, какая прелесть! — молодой человек встал со своего места, быстро подошел и мягко ухватил Сайку за подбородок, заставив поднять голову. Сайка немного поколебалась, но все-таки взглянула в лицо гостю. Человек был красивым, но неприятным. Аккуратно собранный в складки пышный воротник и длинная, незагорелая шея делали его похожим на грифа, а тонкие, смазанные чем-то блестящим усики, казались ненастоящими и совершенно не гармонировали с объемистым беретом и дорогим страусиным пером.

— Сайка, девочка моя, тебя было трудно найти, — со слащавой улыбкой сказал мужчина. — Дом Санвай хотел принести официальные извинения несправедливо обвиненным детям, но не нашел вас по указанному адресу. Пришлось обежать полгорода, чтобы узнать, где ты живешь. Все тебя знают, но никому не известно, где же твой дом. Одни говорят, что ты цыганка, другие — что бродяжка, третьи — что дочь балаганщика. Прямо мистика какая-то! Даже тому старику… как его… Калебу неизвестно, откуда взялась девочка, что каждый день приходит его навестить. Я уж было совсем отчаялся и даже отбыл обратно в дом герцога. Но там мне посчастливилось встретить эту замечательную женщину…

Он улыбнулся Горшихе. Та зарделась.

— … что отчитывалась о жизни приюта, и она, наконец-то, раскрыла эту великую тайну. Так что я счастлив сообщить вам, юная леди: герцог Вадер в качестве извинения приглашает вас сегодня отужинать.

— Меня? — Сайка выпучила глаза. Внутри у нее что-то дрогнуло и сделало сальто.

— Ну не меня же, — рассмеялся мужчина. — Я там и так слишком частый гость. Вот здесь…

Он повернулся и принял из рук слуги большой шелковый сверток.

— …ваши новое платье и обувь. Переодевайтесь скорее, мы вас ждем.

— Но… — Сайка замялась, ошеломленная происходящим. — Разве сейчас не слишком поздно для визитов?

— Ну что вы, — мужчина снисходительно улыбнулся. — Самое время. Но вы все-таки поторопитесь, юная леди, а то и впрямь опоздаем. Возьмите.

— Ой… да, конечно.

Сайка поспешно приняла сверток. От него приятно пахло лавандой и чайными розами. Шелк блестел, а из-под отогнутого края выглядывала красивая вышивка. Монашки умильно улыбались. Некоторые даже утирали уголки глаз и делали Сайке подбадривающие жесты. Все это было так странно и сказочно, что даже не верилось. Горшиха, ворча, открыла дверь во внутренние покои, где, по всей видимости, можно было переодеться. Там же стояли кувшин с водой для умывания и таз, а на тумбочке лежал гребень. Сайка сделала было шаг, но вдруг обернулась и пробормотала:

— А… а как же мой друг?

— Не беспокойтесь, — все тем же уверенным тоном отозвался гость, попутно закидывая в рот виноградинку. — Он тоже получит свою компенсацию.

— Но… разве нельзя вместе? — едва слышно пробормотала Сайка, смущенная вмиг посуровевшими взглядами монашек.

— Настоящим мужчинам не интересны ужины или балы, уж поверьте мне, юная леди, — невозмутимо откликнулся гость. — Думаю, герцог подарит ему что-нибудь подходящее для начинающего рыцаря. А для юных дам нет лучшего подарка, чем хотя бы раз в жизни попасть на ужин в дом герцога, не так ли?