Доверься мне

– Прости, - он, конечно, не ждал извинений, но мне за тот случай было стыдно, - я тогда не подумала.

– Ничего, это твое обычное состояние, - он хмыкнул.
– Надо проверить байк. Он стоял далеко, может не тронули.

Мы выглянули из проема. Толпа виднелась вдали и продолжала заниматься своим делом, не замечая нас. Слава богу, приключение на этом для нас закончилось. Мы сумели незаметно дворами добраться до средства передвижения и спокойно покинуть это место.

Дома у Сережки почти ничего не изменилось с того времени, как я была тут последний раз. Квартира двухкомнатная, с небольшой прихожей, забитая какой-то мебелью, которую он без моего пинка не менял, и повсюду рабочие и нерабочие музыкальные инструменты. Главной достопримечательностью его дома являлись огромные колонки и музыкальный центр, готовый проиграть музыку любого формата и с любого носителя. Причем колонок было восемь. Две самые крупные стояли в его комнате, а остальные шесть, поменьше, расставлены по всему дому: кухня, зал, ванная. В своей комнате я ему их ставить запретила. Впрочем, моей она была раньше, а сейчас пустовала, но колонки он туда так и не установил.

– Куда идти все еще помнишь?
– пошутил Волк, входя за мной следом.
– А то могу проводить.

– Догадываюсь, чем это может закончиться, поэтому - нет, - в тон ему ответила я, разуваясь.
– Стой здесь, за мной не ходи и даже не смотри в мою сторону.

– А что, боишься, что не устоишь перед моим невероятным обаянием?!
– хмыкнул он.

– Ну конечно!
– воскликнула я, маскируя правдивый ответ под шутку, и направилась в сторону своей комнаты.

Завтра предстояло снова идти на работу, поэтому очень хотелось окунуться в ванную и отдохнуть от прошедшего сумасшедшего дня. Пока я искала халат в шкафу, из комнаты Волка уже зазвучали приглушенные ритмы рока. Это было так привычно, что дернуло за душу, но я постаралась отмахнуться от лишних мыслей. Не для того я сегодня здесь, чтобы снова ломать голову над своими желаниями и принимать какие-то решения.

Зайдя в ванную, я с опаской покосилась на висящее там небольшое зеркало, но никаких призраков не обнаружила. Это успокоило, и потому в горячую воду я погружалась с удовольствием. И что за наслаждение, м-м-м! В голову опять полезли непрошеные воспоминания о том, что мы с Волчонком тут творили, начиная от обычного дурачества с купанием в одежде и заканчивая срыванием этой одежды друг с друга с приятным продолжением. Я сама не заметила, как ушла в приятные воспоминания, в итоге провалялась в ванной не меньше часа и чуть там не уснула, после чего решила, что этим лучше не рисковать, и перебралась в комнату, готовясь упасть в теплую и мягкую кроватку. Замечательный день! Я остановилась у шкафа и в отражении огромных зеркальных дверок увидела себя. Мокрые волосы, довольное выражение лица, распахнутый халат, под которым ничего нет. Помнится, Волчонку я в таком виде нравилась особенно сильно. Я улыбнулась и показала своему отражению язык:

– А ты ничего, симпатичная, - сообщила я самой себе.

– Да, мне нравится, - раздался детский голос, услышать который я боялась больше всего.

По телу пробежала дрожь, а сердце подскочило к горлу. Он вышел из-за моей спины со своей привычной улыбкой. Руки держал за спиной и стоял ровно и прямо, горделиво вскинув подбородок. Черт бы его побрал! Перепугал так, что сердце собирается наружу вырваться. Да я еще и почти голая! Я схватилась за полы халата, запахнула его и затянула пояс.

– Не смей так больше делать!
– рявкнула я, имея в виду все сразу: и халат, и испуг, и вообще наличие его в моей жизни, но слова остались без ответа.

– Ты нашла книгу, - вкрадчиво произнес он, растягивая гласные.
– Молодец.

– Это не для тебя, - огрызнулась я.

– Значит, не ты ее нашла, а она тебя. Тем лучше, - заключил он тоном повелителя, соизволившего не ругать нерадивого слугу.
– Итак, ты мне не веришь, и помогать не собираешься?

– А с чего я должна тебе верить?
– может, если я с ним поругаюсь, он оставит меня в покое?
– Ты всего лишь жалкий призрак, который несет мне чушь про конец света!

Я ожидала с его стороны ответной агрессии или обиды, но мальчик лишь разочарованно вздохнул.

– История стара, как мир. Я сделал ошибку, решив полагаться на Хранителей. Они никогда мне не верили. Именно поэтому была допущена Великая Засуха в двухтысячном году до нашей эры. Именно поэтому разразилась война за шесть тысяч лет до нашей эры. Именно поэтому… А, неважно, - от отмахнулся, словно от назойливой мухи, и уставился прямо мне в глаза.
– Они все следовали моим советам, только когда припекало их смертные задницы! Когда уже поздно останавливать конец света и можно надеяться спасти хоть кого-то, чтобы люди как раса просто выжили!

Его голос перешел на агрессивные нотки, а тон повысился, голос стал громче и начал давить на уши и мозг.

– Всего один раз меня послушались сразу! И то лишь потому, что Хранителем был ребенок! Он поверил. И это дало мне время, чтобы конец света не начался вовсе. Но конечно история не помнит этого конца света, потому что ничего не случилось!

Мальчишка замолчал, глядя выжидающе, а меня взяла обида: обругал ни за что. Но и уйти сейчас выглядело бы как трусливое бегство с поджатым хвостом.

– Знаешь что?! Иди ты в лес со всем своим дерьмом и концом света!
– рявкнула я.

– Этими словами, своим отказом, ты обрекаешь миллиарды людей сдохнуть безродными псами в подворотнях. Ты ведь осознаешь это?
– спросил он спокойнее и значительно холоднее.
– Запомни, Хранитель, кроме меня и тебя, спасти этот мир некому.

– Да откуда мне знать, что ты тот, за кого себя выдаешь? Знаешь, я не дура, чтобы верить всему, что мне говорят. Особенно призраки.

– И со многими ли призраками ты общалась, позволь спросить? Есть с чем сравнивать?

С этим спорить сложно. Промелькнула внезапная мысль, что мы с ним ругаемся, как два взрослых человека, при этом глаза утверждали, что я вижу ребенка.

– Хорошо, - я вдохнула, выдохнула и попыталась успокоиться и говорить ровным тоном.
– Давай начнем сначала. Какой тебе смысл спасать мир от апокалипсиса? Я не верю в альтруизм.

– Не желаю тратить время на убеждение глупца в том, что он хочет жить!
– зло сказал мальчишка, вздернул нос и шагнул за край зеркала, скрываясь из виду.

– А ну стой!
– крикнула я.
– Вернись немедленно! Мы не закончили!

Дверь в мою комнату распахнулась и ворвался Сережа со своей электронной гитарой в руках. Он быстро окинул взглядом комнату, но никакой опасности не обнаружил.

– Ты чего буянишь? Я уж думал, грабитель в дом проник. Хотя для шестого этажа это странно.

– Ты собирался защищать меня вот с этим?
– я скептически покосилась на гитару.

– Что было под рукой, то и схватил, - смутился он и сразу сменил тему, решив пошутить.
– Ты, бывало, говорила сама с собой, но не припомню, чтобы сама с собой ругалась. Следующая стадия?

Настала очередь смущаться мне.

– Э-э-э... Нет, я просто...
– я покосилась на зеркало, но там отражались только мы.
– Я говорила по телефону!

– Врать нехорошо, - сказал он, доставая мобильник из заднего кармана джинсов.
– Ты забыла его в ванной. Так что случилось?

Вот черт!

– Ничего... Просто иди спать.

– Ты уверена?
– Сережа пристально посмотрел на меня, и я отвела взгляд.
– Последние сутки ты сама не своя. Что тебя тревожит?

– Ничего, - слишком поспешно выпалила я, - все в порядке.