Дракон

Я обвела взглядом их всех, не то чтобы пересчитывая по головам, но может, заново привыкая к идее.

Я смотрела на всех них, но не на Ревика.

Я всё равно чувствовала, как к моей коже приливает тепло и румянец, пока его руки массировали мою кожу. Я знала, что его могло беспокоить то, как мало я взаимодействую с ним в этот момент. Если и так, я не чувствовала этого в его свете. Что касается меня, я ощущала себя выбитой из колеи.

Отчасти дело могло быть в шоке из-за того, что он действительно ко мне прикасается. А отчасти просто во всей этой идее — делать это группой со всеми нашими друзьями.

И да, Ревик неделями едва подпускал меня к себе. Видимо, я предположила, что и сегодня мне придется быть агрессором.

Как оказалось, ничего подобного.

Когда я подумала об этом, Ревик наклонился к моему уху, тихо заговорив.

— Слишком рано? — пробормотал он. — Хочешь, чтобы я оставил тебя в покое?

Подумав, я покачала головой.

«Нет», — послала я.

Я ощутила завиток реакции в его свете, но по-прежнему не смотрела ему в лицо.

Когда я больше ничего не сказала, Ревик аккуратно обвил меня рукой. Также осторожно он положил ладонь на моё бедро, подтягивая поближе к себе, и в его свете ощущался лёгкий намек на просьбу о дозволении. Когда я в ответ смягчила свой aleimi, его пальцы сжались крепче.

Через несколько секунд он практически затащил меня к себе на колени.

Ну, точнее, я сидела перед ним, но ощущалось всё так, будто я у него на коленях.

В любом случае, кажется, я покраснела до корней волос. Когда я прислонилась к его груди, Ревик обхватил меня рукой за талию, а второй рукой почти обнял, сжав моё противоположное плечо и прильнув грудью к моей спине.

Из его света выплеснулся ещё один жёсткий завиток боли.

Ему всегда нравилось обнимать меня вот так. Он делал это с тех пор, как мы только начали встречаться (если можно так выразиться, учитывая, что тогда мы уже были женаты). Ему нравилось делать так во время секса, особенно когда мы глубоко погружались в свет друг друга.

И да, сейчас это отвлекало так же сильно, как и в первый раз, когда он сделал это в той спальне, в лагере Вэша в Сиртауне.

Я постаралась расслабиться и слушать разговоры других.

К тому времени они переключились на профессиональные темы.

— …Я действительно слышал, что американцы подумывают ударить ядерным оружием по Азии? — сказал Рэдди. Закинув в рот кусочек манго и жуя, он посмотрел на меня. Я ощутила импульс жара из его света, а потом его взгляд скользнул к Ревику, сидевшему позади меня.

Я не проследила за его взглядом, чтобы посмотреть, на что он уставился.

— Не знаю, — ответила я, краснея. — Я сама услышала только несколько часов назад.

— Мы не станем обсуждать это сегодня вечером, — перебил Врег, глянув на нас через плечо с другого столика. Его чёрные глаза встретились взглядом с моими. — Не сегодня, принцесса. Ты сама сказала. Завтра утром это никуда не денется.

Поколебавшись самую капельку, я кивнула.

Я как раз собиралась сказать что-нибудь, может, сменить тему, но в этот момент Ревик поцеловал меня в шею, вложив в свои губы и язык горячую нить света, и от этого у меня помутилось перед глазами. Мой разум опустел в те же несколько секунд, ещё до того, как Ревик начал легонько прикусывать мою кожу и чувственно притягивать меня своим светом.

Что-то в сочетании его света и покусывания зубами заставило меня умолкнуть.

Рэдди рассмеялся. В нём я тоже чувствовала боль.

— Боги. Видел бы ты лицо своей жены, Прославленный Меч.

— Не поощряй его, — пошутил Врег, глянув с другой стороны стола. — Сегодня у брата Меча терпение как у пьяного подростка. Не то чтобы я винил его.

Джон шлёпнул Врега по груди раскрытой ладонью.

Когда он сделал это, я ощутила в нём импульс настоящей злости. Глянув на Джона и приподняв бровь, я увидела, как он покраснел чуть ли не до корней своих светлых волос.

Он почти не смотрел на меня. Когда я так и не отвела взгляд, он испустил в мою сторону лёгкое облачко раздражения.

«Не могла бы ты? — послал он. — Я пытаюсь забыть о твоём присутствии».

Я рассмеялась. Мой голос прозвучал странно даже для моих ушей. Но с другой стороны, это было вызвано скорее дискомфортом и удивлением, нежели настоящим весельем.

И всё же я послала импульс согласия в его сторону.

«Я планирую оставаться как можно дальше от тебя, — добавил Джон, возможно, чтобы подчеркнуть свой посыл. — Так что контролируй эксгибиционистские наклонности своего мужа. Ну или хоть предупреди меня. Иисусе».

«Ага, — вздохнула я. — Поняла. И аналогичная просьба к тебе. Но с Ревиком тут уж ты сам как-нибудь».

«Я серьёзно, Эл…»

«Так и я серьёзно. Поверь мне, если бы я могла контролировать его, я бы это сделала».

Свет Джона отступил, признавая поражение, но я всё равно ощущала его дискомфорт. И не только дискомфорт. Его эмоции превратились почти в злость, смешивавшуюся со смятением, когда он посмотрел на огни города, теперь уже видневшиеся за краями крыши. Я чувствовала, что он уже реагирует на динамику группы, что наверняка лишь умножало его эмоции.

Это напомнило мне, что Джон никогда прежде не имел дела с подобным.

То есть, с этой фишкой групповой делёжки светом. Наверное, ему приходилось намного сложнее, чем я думала до данного момента.

«Ты можешь уйти, — предложила я ему. — Серьёзно, Джон. Я знаю, Ревик хочет вашего с Врегом присутствия, но если это откровенно не устраивает тебя…»

«Со мной всё будет нормально, — резче послал Джон. — Я понимаю, для чего это делается. Ревик детально объяснил, и я пообещал ему, что останусь. Просто держись на расстоянии, Эл. И от Врега тоже держись подальше. Я серьёзно».

Я подавила вспышку совершенно странного и неуместного смеха.

Только тогда до меня дошло, что Джон пьян.

Типа, реально пьян. Таким пьяным я не ощущала его со времен нашей с Ревиком свадебной церемонии.

Джон был пьянее Врега, что наверняка случилось впервые.

Я отвела взгляд от них обоих, когда Ревик уткнулся носом в мою шею. Боль импульсом выплеснулась из его света, когда он ощутил мою реакцию. В этот раз я глянула на него, повернув голову прежде, чем подумала себя остановить. Встретившись с ним взглядом, я затерялась на несколько секунд. Его глаза светились, и отчасти дело было в этом.

Его лицо было нейтральным как у разведчика, но даже со светом в глазах оставалось странно выразительным. А может, дело также в его свете.

В любом случае, я протянула руку и погладила его по подбородку. Я поймала себя на том, что смотрю на его ключицу и грудь в вырезе частично расстёгнутой рубашки. Я ощутила почти неудержимый порыв скользнуть ладонью под ткань ещё до того, как ощутила его реакцию на мой взгляд.

Меня вновь накрыло осознанием, как много времени прошло.

Затем я обратила внимание на его ладонь, обхватывавшую моё бедро.