Дракон

Чёрт, иногда им нужно было подбодрить себя шуточкой, особенно сейчас.

Чёрт бы побрал Джо до самого ада. Как он мог это сделать?

Как он мог поступить так с ней?

Никто из её нынешней команды не мог занять его место, даже Хавьер. Она как раз собиралась найти Джо, чтобы спросить его мнение об этом последнем ходе

Китая. Она хотела поговорить с кем-то, кроме ястребов разведки и параноиков, прежде чем нажать на спусковой крючок, чтобы сбросить ядерную бомбу на целый проклятый континент.

Джо, может, и был ястребом, но он не был опрометчивым. Он также не был глупцом.

Ей нужно принять решение, и как можно скорее.

Снова сосредоточившись на главном экране, Брукс нахмурилась.

Там были изображения Америки, её дома — и они были жестокими.

Она видела слишком много душераздирающих передач о людях, её людях, которые когда-то могли быть нормальными гражданами, сидящими в ресторанах и спортивных барах, устраивающими барбекю и вечеринки по случаю дня рождения и играющими в боулинг. В последнее время она видела, как они умирали от голода на обочине дороги, избивали друг друга монтировками из-за банок с собачьим кормом, кишащим червями, стреляли друг в друга из-за полупустой канистры из-под бензина или ржавого велосипеда.

Она видела племенные образования, управляемые частными армиями как в сельской местности, так и во внутренних городах. Многие из этих современных военачальников и «территориальных боссов», вероятно, в прошлом были профессиональными преступниками. Другие, как подозревала Брукс, не были преступниками, но, возможно, являлись личностями, созданными для того, чтобы извлечь выгоду из хаоса в любом случае.

Оружие, конечно, накапливали.

И это не происходило на равных условиях.

Положение женщин и детей, как это часто бывало, оказалось самым мрачным. Брукс было сложно даже смотреть некоторые из этих трансляций. У них не было ни людей, ни огневой мощи, чтобы вмешаться, не сейчас. По правде говоря, Брукс знала, что в данный момент имеет смысл сделать то, что, как она подозревала, делалось в Китае и других уцелевших городах, включая зоны затемнения.

То есть, просто переждать болезнь.

Пусть вирус убьёт тех, кого собирался убить, а потом можно попытаться собрать цивилизацию воедино.

Мрачно вздохнув при этой мысли, Брукс ухватилась за металлический балкон перед ней, покачиваясь на своих туфлях-лодочках на низком каблуке и смотря вниз на ряд экранов.

Она должна принять решение.

Она должна принять его скоро.

Если она этого не сделает, то от её страны и народа не останется ничего, что можно спасать.

³Йозеф Менгеле — немецкий врач, проводивший медицинские опыты на узниках концлагеря Освенцим во время Второй мировой войны.

Глава 12. Неверный выбор

— Ядерная? — я уставилась на Врега, чувствуя, как внутри у меня всё сжалось. Я посмотрела на Юми, понимая, что эта информация должна исходить от её людей. — Ты уверена?

Однако Юми смотрела на мою одежду.

Я изо всех сил старалась не обращать внимания на её пристальный взгляд.

Прошло уже несколько дней, и я знала, что они все слышали о случившемся с Чандрэ на той стене. Они также знали, что Ревик не вышвырнул меня, хотя некоторые, вероятно, считали, что он должен был это сделать.

Я понимала, что как минимум некоторые думали, будто он слишком легко позволил мне соскочить с крючка. Я подслушала шепотки теорий на этот счёт, включая чувство вины за его собственные измены.

По правде говоря, меня это не очень волновало. Теперь это казалось мне тривиальным.

Тем не менее, я не могла сосредоточиться на том, что только что сказала мне Юми — не сейчас. Не сегодня. Я не могла думать об этом сейчас. С этим придётся подождать.

По крайней мере, до завтра.

Подумав об этом, я сделала пренебрежительный жест рукой.

— Чан знает, верно? — сказала я нейтральным голосом. — Чан знает, что её это ждёт? Она и её команда? Что временное окно небольшое?

Юми бросила на меня осторожный взгляд, всё ещё слишком сосредоточившись на моей одежде.

— Да, сэр, — ответила она. — Это она подтвердила информацию, которую мы получили. Она уедет меньше чем через час. Разве вы не собирались быть там, чтобы обсудить это с ней до отъезда?

— Нет, — я покачала головой, невольно взглянув на Врега. — Этим занимается Ревик. Так что проследите, чтобы он был в курсе событий.

Юми выгнула бровь, но ничего не сказала.

Врег тоже ничего не сказал.

Я снова кивнула, пытаясь собраться с мыслями, затем отбросила это в сторону.

— Ладно, — сказала я. — Ну, что вам от меня нужно? Мы можем встретиться по этому вопросу завтра, обсудить некоторые запасные планы на случай, если люди Чан не смогут войти. Очевидно, нам понадобится больше разведчиков на их конструкции. Есть ли какая-то другая неотложная необходимость? Вероятно ли, что они нажмут на спусковой крючок в ближайшие 72 часа?

Юми нахмурилась, но решительно покачала головой.

— Очень маловероятно, сэр, — сказала она. — На самом деле, у нас есть основания полагать, что это скорее политический гамбит, а не серьёзная угроза. Способ для Тени заставить Китай капитулировать перед их требованиями, а не фактическое, запланированное нападение.

Я взглянула на Врега, и тот кивнул.

— Твой муж думает, что ему нужен Город, — прямо сказал он. — Мы с Адипаном согласны.

— Хорошо, — сказала я, выдыхая. — Я имею в виду… хорошо в том смысле, что, вероятно, Китай не будет разбомблён. Можем ли мы повлиять на это напрямую, если потребуется? Есть ли у нас связь с конструкцией Брукс?

Юми сделала ещё один отрицательный жест, на этот раз одной рукой.

— Нет, сэр, — ответила она, слегка прищёлкнув языком и шумно вздохнув. — Слишком много видящих следят за конструкцией американского президента. Мы вынуждены предполагать, что по крайней мере некоторые из них принадлежат Тени. Особенно если это правда, что один из его людей в сети остается близким к Брукс. Однако мы можем помочь Чандрэ отсюда, — она сделала паузу. — Меч упоминал, что он поручил одной из команд Адипана переместить мобильный резервуар.

Я кивнула.

— Хорошо. Это хорошо.

Молчание углубилось.

И снова я постаралась думать.

— Хорошо, — сказала я, прочищая горло. — Хорошо. Так что никаких ядерных атак сегодня вечером. Это здорово.

Когда никто ничего не сказал и даже не улыбнулся, я снова кивнула.

Затем я повернулась и направилась к низкой деревянной двери, намереваясь уйти. Небольшой конференц-зал когда-то был частной обеденной зоной в баре и ресторане для жителей здания, но с тех пор, как мы сюда приехали, мы многое перепрофилировали на лету.