Драконье сердце

Ну да. От Ала Драконье Сердце мне в палату были доставлены букет цветов, фрукты и главный подарок - личное устройство для связи, зеркалка, как её называли в народе. Я так поняла, он был вынужден, потому что со мной хотели связаться глава дистрикта и родители. Они связались и выразили мне сочувствие и поддержку. Ну и озабоченность дальнейшими событиями от Мелисанды, понятное дело. Я успокоила, сказала, что всё будет хорошо, в дальнейшем подобное не повторится, буду соблюдать осторожность.

Связался со мной и Радул.

– Ну что ж ты так легко попалась, рыбка-гуппи?
– шутливо спросил он.

– А я думал, у рыбки-гуппи острые зубки.

– Это у пираний острые зубы. А рыбка-гуппи глупа и наивна, - ответила я.

– Я надеюсь, Мелопея, что я в тебе не ошибся. Я даю тебе шанс, но ты должна будешь удивить меня на следующем концерте, идёт?

Плывёт, угу.

– Да, Радул, я постараюсь, - кисло сказала я.

– Отлично. Выздоравливай. Жду триумфального возвращения в строй.

Он отключился. А я жалобно посмотрела на зеркалку. У меня оставалось меньше двух недель, чтобы удивить всех новым номером.

А тут ещё Майрана решила стать детективом и создать новые проблемы.

Я решилась рассказать ей всё как есть. Может, она поймёт и не наделает глупостей.

– Майрана, - позвала я.
– У меня есть подозрения, кто это сделал. И я расскажу тебе, только если ты пообещаешь не предпринимать против неё никаких действий.

Та, конечно, согласилась не сразу. Но деваться было некуда. Когда я получила желаемое, я рассказала ей всё про Арунэллу. Что она является фавориткой Ала Драконье Сердце. И передала подслушанный разговор в ботаническом саду.

Майрана хмуро выслушала, ругнулась под нос:

– Вот угриха песчаная... Но, слушай, если она хотела щёлкнуть тебя по носу, зачем ей тогда убирать тебя в начале конкурса? Кого тогда щёлкать?

Эта мысль мне не приходила в голову. Я пожала плечами:

– Может, её планы изменились. Мы её совсем не знаем, и что там происходит в её голове, тоже. Может, она проснулась после кошмара, в котором я ей приснилась, и передумала.

– Не знаю, судя по твоему рассказу, она девушка продуманная. Такая не будет рисковать своим положением. Ал Драконье Сердце ещё не объявил о выборе, так что положение у неё шаткое. Не верю я в то, что она поддастся эмоциям и подставит себя под удар. Я думаю, это не она. Ты, кстати, сказала следователю о своих подозрениях?

– Нет, конечно! Мне не нужен такой враг как Арунэлла. Мы в разных весовых категориях. Поэтому и призываю тебя оставить твоё расследование. Нам надо сейчас закрепиться на конкурсе. А дальше просто соблюдать осторожность и быть начеку.

– Но если это не Арунэлла, значит, можно?
– невинными глазками посмотрела на меня подруга.

– Майрана-а-а, - простонала я.

– Да я осторожно, клянусь, никто не поймёт и не узнает.

Я знала, что не смогу удержать подругу. Мне не хотелось, чтобы она что-то предпринимала у меня за спиной, втайне. Поэтому я согласилась, взяв обещание:

– Хорошо, только не трогай Арунэллу и рассказывай мне всё, что выяснишь.

Она поцеловала меня и тут же вылетела из палаты. Теперь я её буду видеть редко, пока она не успокоится со своим расследованием.

Я постаралась выкинуть беспокойство из головы. Потому что мне нужно заняться творчеством. Хотите снова эпатажа? Что ж, придётся снова сочинить какую-нибудь навязчивую до оскомины в зубах «рыбку-гуппи».

Ал

– Хватит!
– взорвался Ал и зло взглянул на племянника.

Тот сидел напротив на стуле и переключал свои вкладки на зеркалке, и с каждой вкладки неслось: «.Ты рыбак, а я лососик, поцелуй скорее в носик». Потому что все новости сейчас были посвящены этой пострадавшей от неизвестных рук конкурсантке.

От этой песни у него уже изжога. Мало, что после концерта эта дурацкая песня крутилась в голове весь вечер. Так после того как журналисты прознали про нападение, рыбка-гуппи стала звездой всего зазеркалья и всех новостей, а её песня, как будто и так мало звучала -лилась отовсюду, не спрячешься.

– Ты глянь, как девку задело, - поцокал языком Адриантентор и сунул ему под нос зеркалку, на которой крупным планом было фото кожи, покрытой ужасными язвами. Ал невольно отшатнулся и недовольно посмотрел на племянника.

– Ужасно, да, - равнодушно ответил он, пытаясь разобраться с финансовым отчётом отдела снабжения огненными камнями дистриктов. Он анализировал цифры и пытался сосредоточиться.

Попытался привлечь к этому делу Адриантентора, но тот попялился на цифры минут десять, а потом достал зеркалку и сидел развлекался.

– Как думаешь, это месть за рыбку-гуппи? Кто-то осуществил желание всех ненавидящих эту идиотскую песню?
– хмыкнул Адриантентор.

– Возможно, - не удержался от ответной ухмылки Ал.
– Или кто-то заказал её, чтобы больше не слышать. Представляешь, сколько ещё подобного она придумает за конкурс? Всех погребёт под своими хитами.

– Пожалейте наши уши, - скривился Адриантентор.
– Тут написано, что ты засвидетельствовал ей своё почтение.

Племянник поднял смеющиеся глаза на Ала.

– И что? Что ты на меня так смотришь? Я куратор конкурса, не мог же я не отреагировать на такой инцидент? Дал поручение помощнику, что-то там ей послали от моего имени.

– А как же навестить малышку и выразить сочувствие лично?
– бросил на Ала невинный взгляд Адриантентор.

– Вот сходил бы и выразил от моего имени. Всё равно балду гоняешь.

– Я страдаю, - жалобно вздохнул Адриантентор.
– Поэтому не могу сосредоточиться. А ты чёрствый.

– Я не чёрствый, а ответственный, Адриантентор. Тебе бы тоже не мешало, мне скоро давать отчёт твоей матери. Что мне ей говорить? Что ты всё время проводишь за кулисами шоу, обнюхивая каждую итанэ?

Адриантентор молниеносно кинул в него фигуркой из застывшей лавы, стоящей на столе. Ал с лёгкостью поймал и снисходительно подмигнул племянничку.

– Тебе смешно, а я и правда, кажется, уже всех обнюхал. Её нигде нет. Той загадочной незнакомки нигде нет.

– Может, ты ошибся? Это было наваждение? Какие-то духи с феромонами? А сейчас она их сменила.

– Ты сам в это веришь? Я не мог ошибиться дважды. Но где же она? Я смотрю досье всех конкурсанток, пытаясь угадать по внешности, но не могу узнать.