Друиды
Шрифт:
— Прорицательница сказала, что они ушли на восток. Я уже отправил наших следопытов. Они найдут ее.
Но Брига прочитала правду по моим глазам.
— Тебе всего лишь надо было сказать мне, что ты пойдешь один, — сказала она с горечью. — Это все, что тебе нужно было сделать. Но тебе этого показалось мало, ты нашел решение посложнее. Ну и что? Ты счастлив теперь?
Счастлив? Я не мог вспомнить, что означает это слово.
Четверть всех воинов форта я отправил на восток искать следы Крома и моей дочери. Остальные ждали начала войны.
Верцингеторикс двигался быстро. Ни один галл до него не действовал столь организованно. Ханес бродил по свободной
По его приказу князь Луктерос отправился на юг; там его ждали верные воины, а сам Рикс двинулся на север, собираясь стать лагерем на земле битуригов. В стратегическом отношении лучше места и придумать было нельзя: отсюда он мог двинуть войска в любом направлении.
К сожалению, разум Олловико, или то, что он называл разумом, опять на время помрачился. Когда ему доложили, что король арвернов с большой армией подошел почти к воротам Аварика, Олловико решил, что приходит конец его независимости, и в панике отправил гонца к ближайшему римскому легату в земли эдуев. Олловико клялся, что не имеет никакого отношения к восстанию, и просил спасти его земли от разорения, а его трон от любых претендентов. Легат не стал тратить время на переписку с далеким Цезарем, а приказал эдуям идти на помощь Олловико.
Эдуи дошли до берега Лигера и встретились с друидами во главе с Нантуа, главным друидом битуригов. Нантуа объяснил воинам эдуев суть хитрого плана Олловико: заманить их в ловушку, а когда они окажутся между войсками арвернов и битуригов, уничтожить отряд совместным ударом. Эдуи подумали, развернулись и пошли домой.
Цезарь, как только узнал о резне в Ценабуме, бросил все дела в метрополии и поспешил в Галлию. Для него ситуация складывалась неблагоприятно: большая часть легионов — на севере, а сам он — на юге. Приказать легионам двигаться на юг он не мог, потому что понимал: даже если они пробьются, то без него потери могут оказаться слишком большими. А самому идти на север по землям королей, верность которых может перемениться с очередной фазой луны, тоже опасно.
Тем временем Луктерос поднимал воинов рутенов, нитиоброгов и габалов, призывая к походу на столицу Провинции Нарбо, располагавшейся почти на берегу Средиземного моря.
Цезарь отказался от похода на север, а вместо этого, загнав нескольких лошадей, оказался в Нарбонской Галлии. Здесь он наскоро укрепил оборону и разместил вдоль границ дополнительные войска. Луктерос не стал рисковать, штурмуя новые укрепления, отвел своих людей и стал ожидать приказов Верцингеторикса.
Цезарь повел войска Провинции на габалов и гельвиев, опустошил их территории, а воины Луктероса, остававшиеся далеко на западе и совсем не ждавшие этого маневра, ничем не смогли помочь своим соплеменникам. Скорость передвижений Цезаря ошеломляла.
Арверны на юге испытали настоящее потрясение, обнаружив Цезаря с войсками в нескольких шагах от своих границ. В панике они слали гонцов к Верцингеториксу, умоляя не оставлять свое собственное племя беззащитным перед римлянами.
Как только до меня дошли эти последние новости, я немедленно собрал друидов в Роще. Общими усилиями мы воззвали к Потустороннему и выяснили намерения Цезаря. Сразу же я отправил срочное сообщение Риксу, чтобы он остался там, где он находился, то есть в центральной Галлии, — это было идеальное
место, перекрывающее Цезарю дорогу к своим легионам на севере.Но я опоздал. Рикс уже выдвинулся к границам земель арвернов. Я понимал, что хитрость Цезаря сработала. Как только Рикс покинул землю битуригов, Цезарь перестал угрожать арвернам, отправил войска Провинции назад, чтобы они продолжали охранять Нарбонскую Галлию, и почти сразу же направился на восток, к реке Роне, где его ждала свежая кавалерия. С этими подкреплениями он благополучно пересек гористую область Овернь и вышел к земле лингонов, где в зимних лагерях ждали два полных легиона.
Сообщения либо запаздывали, либо перехватывались. Мне нужно было быть рядом с Риксом. Нашу дочь еще не нашли, но ждать в форте я больше не мог. Если девочку доставили в лагерь к римлянам, то ход войны скорее приведет меня к ней.
Я отправился к Верцингеториксу, но сделал остановку в Ценабуме. Котуат возглавил карнутов, а Конко со старым Нанторусом остались охранять крепость. Во главе большого отряда мы выступили к землям битуригов. Рикс непременно вернется в свой лагерь.
Так оно и вышло. Мы лишь немного опередили его. Как же он был зол!
— Цезарь убрал нас с пути ровно настолько, чтобы безопасно добраться до своих сил! — кипел он. — А мы только потеряли время.
— Мы не станем повторять свои ошибки. Мы должны опережать его, — уверенно скала я.
— Раз ты здесь, так теперь и будет! — Рикс постепенно успокаивался. — Помоги мне разработать план нападения на его зимние лагеря.
— Самый лучший план — вовсе не нападать на них, — осадил я его.
— Но почему?! — возмутился он.
Я видел, как ему хотелось подраться, а тут такое предложение!
— Потому что именно этого он и хочет. Он думает, что дикие и безрассудные галлы ради битвы забудут обо всем.
— Конечно! Мы всегда так делали.
— Так было, но больше не будет, — твердо заявил я. — Таким способом Цезаря не победить. Пойми, у него два хорошо отдохнувших, надежно защищенных легиона. Мы будем напрасно атаковать, вымотаемся, тогда они выйдут из-за стен и уничтожат нас. Вместо этого я предлагаю атаковать Горгобину.
— Зачем? — Он поднял брови. — Зачем нам атаковать крепость бойев?'
— Сейчас объясню. Цезарь предложил бойям стать его сторонниками, в обмен он обещал защищать их силами своих союзников-эдуев. Если нам удастся захватить Горгобину, племена поймут, что Цезарь не может защитить своих так называемых друзей, тогда он потеряет поддержку всей Галлии.
— Но Цезарь обязательно пойдет к Горгобине, он не даст нам захватить ее!
— И как он это сделает? Зима еще не кончилась. Выводить войска из зимних лагерей рано; зимой в пути большую армию нечем кормить, а марш по плохой погоде — это не прогулка по летним полям. Погода останется плохой, это я тебе как друид обещаю. Дождь, ветер и холод — не лучшие условия для южан. Если же он решится выступить на помощь бойям с меньшими силами, с теми, которыми располагает сейчас, у нас будет большой перевес.
— Мы не можем проиграть! — Рикс наградил меня своей ослепительной улыбкой.
— Я этого не говорил, и ты не должен думать так. Этого человека нельзя недооценивать. Если мы хотим победить, нам понадобится вся наша хитрость и осторожность. Нападение на Горгобину создаст для Цезаря большие сложности, а нам предоставит кое-какие возможности. — Я старался говорить как можно убедительнее. И я его убедил.
— Решено. Идем на Горгобину, — сказал Рикс без колебаний. — Отличная идея, Айнвар. Просто блестящая!