Душа планеты

– Я не смогла спасти тебя… - начала, было, Рига, но я ее перебила:

– Незачем. Я, конечно, не хочу срываться на тебе, но мне эти сопли уже надоели, прозвучав от Ральфа.

Несмотря на мою весьма обижающую реплику, она снова попыталась начать обсуждать эту тему:

– Ты не понимаешь. Я была «против». А Ральф поддержал Воин…

Я медленно едва заметно закивала. Хм. Приятно слышать, что хоть кто-то не поддерживал провидицу, но, увы, это меня абсолютно не утешило. Что ж, сестра всегда была на моей стороне. Хотя бы она рядом со мной в эти минуты. Вот уж, кто действительно достоин спасения.

– Она сказала, что моя аура просто пылает красным… - почему-то пробормотала я, услышав имя провидицы.

– Я чувствую тебя, как и всех, но гораздо сильнее, – Рига пожала плечами. – А почему ты об этом говоришь?

– Я не знаю… Но, кажется, она убедила меня победить СВ. Есть только одна проблемка. Я не умею пользоваться Даром, который может раскрошить все на своем пути.

– Она? Убедила? – Рига открыла рот от изумления, но я проигнорировала это, не ответив на ее восклицания. Кажется, я становлюсь другим человеком. Раньше никому не отвечала так грубо, как сегодня Воин и Ральфу. Вдруг, я не буду считать Ригу своей сестрой?.. От этой мысли я содрогнулась и покачала головой, чтобы вытряхнуть ее прочь. Но не получилось.

– Я боюсь, – сменила я тему, - боюсь, что больше никогда не стану собой…

Рига пододвинулась ближе ко мне и обняла одной рукой за шею, так ничего и не сказав. Глаза ее блестели от накапливающихся слез, но сестра смогла-таки сдержаться и не заплакать. И ей было все равно, к чьему телу она прижалась. Душа была моя, и с этим нельзя поспорить. В молчании мы сидели минут десять, а может быть и больше… Время текло медленно…

– Как ты думаешь, - нарушила я молчание, – смогу ли я вызвать этот Дар? Раньше я этого никогда не делала. Только один раз… и чуть не сожгла себе руку.

Я откинулась на спинку лавочки, убрав со лба непослушные пряди немного вьющихся русых волос.

– Воин верит в тебя, - после недолгого молчания ответила Рига, – она видит в тебе что-то… особенное. Как и видела в Кариаде. Она сказала, что Дар остался в ней даже после смерти, и объединила твой и ее.

– Можно тогда мне побыть одной? Не хочу тебя убить, если вдруг у меня получится воспользоваться Даром.

Рига слабо улыбнулась этим словам, встала с лавочки, пожелала мне удачи в этом предприятии и ушла в бункер.

А я вышла на открытую площадку перед ним, и в данный момент, стояла на том же месте, где и тогда, когда за мной погнался Ральф. Закрыла глаза и сосредоточилась.

На улице было тихо. Ни звука. Даже ветер не играл листьями фруктовых деревьев сада. Тишина давила, мешая сосредоточиться. То мне слишком тихо, то звуки мешают... Я открыла глаза, чувствуя, что сконцентрироваться ну никак не выходит, и уставилась в землю, как будто надеялась, что она возьмет из меня все остатки злобы на Воин. Теперь я была выше ростом, и заметила, что земля от меня дальше, чем была раньше. Взгляд перекинулся на старые кроссовки Ричи, затем на ее же джинсы, затем на футболку, одолженную Ральфом, которая висела на мне, как на вешалке. Завязала болтающуюся лишнюю ткань на животе в узел, который получился весьма объемистым и с длинными хвостами. Так-то лучше.

Набрав полные легкие воздуха и мерно медленно выдохнув, я возобновила попытки сосредоточиться. И почувствовала тепло, как и в тот раз, исходящее от сердца. Оно растекалось по всему телу, но прибавилось новое ощущение. Оно… усиливалось, становилось все горячее и горячее. Я думала, кровь моя вскипит, но распахнула глаза, прервав этот процесс. Голова тут же закружилась, и я упала коленями в землю, опираясь на нее широко растопыренными ладонями. Я не решалась поднять голову и посмотреть вперед или на небо, боясь, что перед глазами все начнет качаться еще сильнее, и я упаду.

Не знаю, сколько я стояла в такой странной позе, но, когда почувствовала, что голова больше не кружится, посмотрела на небо. Оно окрасилось в ярко-оранжевый цвет, красное ближе к горизонту, а точнее, к бетонной стене, за которой и скрывался красноватый диск солнца, и лилово-синее дальше от него. Красивый и мистический закат, который ассоциировался для меня почему-то с апокалипсисом. Что ж, в некотором роде, он приближался.

Я встала с земли - джинсы были зеленые на коленях от травы - и направилась в бункер. Если такое будет продолжаться, то я просто сожгу себя заживо. Кажется, Воин ошибалась. Я безнадежна и никогда не смогу вызвать свой Дар.

Все обитатели бункера, которых я знала, избегали разговора со мной, но вот, на встречу попался незнакомый мужчина. И направлялся он ко мне, явно с намерением что-то сказать. Худой и в очках, незнакомец смахивал на закоренелого программиста.

– Сатурна?

– Да, – буркнула я в ответ, совершенно не желая знакомиться.

– Александр Светлов, – представился он. Русский.

– Мне не интересно, – равнодушно проговорила я, всем своим видом выказывая нежелание с ним общаться.

– Я понимаю, как вам сейчас нелегко, но… ради благого дела…

И тут я вспыхнула. Каждый, каждый первый пытался выразить мне свое сочувствие, которое мне на фиг не было нужно от этих людей. И я рявкнула:

– Слушай ты, ботаник! Мне не интересно слушать ваши сопли!

Я хотела, было, оттолкнуть его и пойти дальше, но он встал посреди дороги, мешая мне это сделать.

– Я всего лишь хотел познакомиться, – более серьезным тоном сказал он. – Я просто хочу, что б ты знала, что когда… - он запнулся, - если ты пойдешь уничтожать СВ, то можешь рассчитывать на мою помощь… Ведь я в ответе за свое решение поддержать провидицу… хотя, теперь я не совсем уверен в его правоте.

Я, ничего не ответив, посмотрела ему в глаза. Он, как и Ральф, чувствовал себя виноватым, но то, что они натворили, было трудно исправить, если вообще возможно. Я кивнула и направилась в свою комнату, которую Воин, оказывается, выделила мне сразу после пересадки души. Около мед-отсека. Видимо, на случай, если я опять захочу всех напугать видом собственной крови. Я мрачно усмехнулась.

Комната была такой же, как и у Риги, и у Ричи, одним словом, от стандартных жилых помещений бункера не отличалась ничем. Большую часть помещения занимали застеленная кровать, пустой письменный стол, покрытый сантиметровым слоем пыли, и шкаф, на внутренней стороне дверцы которого висело зеркало во весь рост. Я подошла к шкафу и приоткрыла его, обнаружив аккуратно развешанные на вешалках вещи и несколько пар обуви внизу, на дне. Но мерить не стала. Еще чего. Не хотелось узнавать, что идет этому телу, а что нет. Отойдя от шкафа, я проверила ящики стола. В одном из них нашла смятое фото, где были изображены три человека. Воин, Кариада и Вайлис. Прямо как на тех рисунках в комнате младшей дочери провидицы. Взяв фото, я поднесла его ближе к глазам. Кариада на нем одной рукой обнимала Вайлис, другой – Воин, при этом, она была выше и сестры и матери, потому что Вайлис была еще ребенком, а Воин сидела в инвалидной коляске. Широкая улыбка блистала на лице средней дочери, впрочем, как и на лицах обеих ее спутниц. На заднем фоне виднелась панорама озера Мелекх – такую красоту ни с чем не спутаешь. Видимо, это был пикник… Да, когда-то они все были счастливы.

Я положила фото на запыленную крышку стола изображением вниз. Не я хозяйка этой комнаты. Кариада. Здесь лежали вещи, подобранные в бункере именно для Кариады, и все, что у нее было собой во время телепортации, как это фото, например. Воин складировала в этой комнате ожившие воспоминания. И, наверняка, решила причислить меня к ним. Может быть, поэтому она и переселила мою душу именно в свою дочь, и все те разговоры про несметную силу Дара Кариады просто блеф?..

Еще в письменном столе обнаружились несколько голографических блокнотов, и я взяла в руки первый попавшийся, начала читать. Не знаю, зачем делала это. Было ощущение, что я роюсь в чужих вещах, но раз теперь комната моя…