Душа планеты

– Ты не знаешь, насколько мы с тобой близки. – Фразу произнесла о на. Но голос был другой. Он состоял из нескольких тысяч голосов, будто говорил хор. Огромный хор мужских, женских, детских голосов.

Нефритовые глаза смотрели будто бы сквозь меня. Все вокруг начало погружаться во тьму, но эти глаза все смотрели и смотрели, пока внезапно не померкли при вспышке боли, на мгновение пронзившей мою голову.

И тогда наступила окончательная тьма.

***

Белый потолок мед-отсека с равнодушием встретил мой взгляд. Перед глазами двоились потолочные лампы.

Так это был сон?.. В мозгу все еще пульсировали отголоски боли, а запах криогеоза забился в нос. Голова кружилась, воздуха не хватало. Рука инстинктивно потянулась к шее, будто невидимая ладонь все еще сжимала горло своей стальной хваткой.

Но пальцы нащупали лишь нежную кожу…

Издалека послышались голоса.

– Это барьер. И он замаскирован Даром, вроде того, которым владеешь ты, а поставлен Даром… барьера. По-другому такое никак не объяснить, – сказал первый голос, двойной. Воин.

– Так почему бы нам не снять с него маскировку? – это говорил второй, мужской, который, кажется, принадлежал Алексу.

– И? Ничего не изменится. В бункере нет человека, владеющего Даром хм… защиты. Никто не сможет снять барьер, – ответила провидица.

Затем послышался звук открывающейся двери.

– Я нашел дверь около станции слежения! – сообщил запыхавшийся голос, принадлежащий, как я догадалась, Ральфу. – Она секретная, мы раньше ее не видели! Я баловался Даром, а потом он указал мне на нее и…

– Ты ее открывал? – перебила Воин.

– Да, и там такое! Вам надо видеть это.

– Ну, так пойдем же, – скомандовала провидица.

Снова металлический скрежет закрывающейся двери, и голоса стихли. Я осталась одна в мед-отсеке. Ну, или думала, что одна.

– Сатурна?.. – тихо позвал женский голос, и перед глазами возникло лицо Ричи. – Как ты?

– Я… - я не знала, что ответить, и не могла точно определить степень своего самочувствия: паршивое или очень паршивое. Поэтому и переменила тему. – Что произошло?

– Ты пыталась разрушить стену, – немедля, ответила Ричи, – и твоя энергия отрикошетила в тебя. Но Алекс тебя спас. Потом позвал на помощь.

Теперь я начала вспоминать, что произошло. Чтобы облегчить свою вину перед Вайлис, я решила помочь Воин тем, что разрушу стену и сделаю первый шаг в ее «плане по спасению мира». А потом всё было так, как и рассказала Ричи. Но, тогда, когда энергия отрикошетила от стены, я не понимала, что же происходит.

– А почему ты не ушла с ними? – я села на кушетке и кивнула на дверь. Голова закружилась, и комната опасно закачалась перед глазами.

– Должен же кто-то ввести тебя в курс дела, – Ричи пожала плечами. – Они нашли какую-то дверь. Думаю, ты тоже хочешь увидеть, что же за ней?

– Не уверена. Но Воин наверняка захочет, чтобы я там была, – мое лицо при этих словах исказилось в недовольной гримасе. – Идем.

По пути я все думала про сон. «Ты не знаешь, насколько мы с тобой близки» - Повторяла я в уме снова и снова. Фраза будто впечаталась в разум и не хотела его покидать.

В раздумьях я и не заметила, как мы дошли до станции слежения. Тут уже скопился народ. Все обитатели бункера, включая Вайлис, находились здесь. Девочка, завидев меня, нервно сжала подлокотник инвалидной коляски Воин и поспешно отвела взгляд.

– Оу, Сатурна, – поприветствовал меня Ральф, протискиваясь сквозь толпу. На его лице играла странная заговорщицкая улыбка, которая, впрочем, никогда не покидала его небритую физиономию, – неплохо выглядишь для потерпевшей.

– Единственное, что мне нелегко терпеть, это тебя, – едко отозвалась я. Никогда бы та, прежняя Сатурна не посмела нагрубить кому-то, даже ему. Но у новой меня была веская причина. Он прекрасно знал, что мне не нравится новая внешность, но не мог не выразить извращенное чувство юмора.

Хотя, при его словах, я невольно вспомнила, как выгляжу. На мне все еще были узкие, расклешенные к низу синие джинсы Ричи и серая футболка Ральфа, узлом завязанная на плоском животе, обнажая пупок. Волосы, в тусклом свете ламп казавшиеся темно-каштановыми, я не столь давно подстригла, и теперь они являли собою неровное каре. А на бледной (всё от того же тусклого света) коже лица, в дополнение этого странного образа, на щеке красовались несколько свежих царапин, полученных во время взрыва моей собственной энергии Дара. Ричи не стала тратить время на них, и сейчас их жутко щипало.

– Не смотри так хмуро, ты красивая, – Ральф расплылся в улыбке, как будто понял, о чем я задумалась. – Зайдешь ко мне после того, как все осмотрят мою находку. Думаю, тебе понравится то, что я сделал для тебя.

Я пожала плечами, а тем временем мужчина снова просочился сквозь толпу и оказался рядом со стеной, слева от входа на станцию слежения.

– Отойдите, – скомандовал звучный двойной голос Воин, невольно напомнивший о сне, в котором мой двойник разговаривал одновременно тысячами голосов.

Все расступились. Ральф, поняв, что все взгляды прикованы к нему, демонстративно засучил рукава своего клетчатого свитера. Улыбочка не сходила с его лица. Руки мужчины сжались в кулаки, мышцы напряглись, и из пальцев заструился серебристый свет. Свечение все усиливалось и усиливалось, пока, наконец, не переползло на стену и не исчезло в ней. Спустя мгновение, кусок стены отъехал вниз, и теперь перед нами был вход в помещение, из которого в коридор лилось мягкое серебристое сияние. Но, что-то мне подсказывало, что это был не Дар Ральфа. Свет исходил от нечта, находящегося за проемом.

– Прошу, – улыбка на лице Ральфа расширилась, обнажая желтоватые немного кривые зубы. Он театрально поклонился и сделал пригласительный жест, будто заправский хостесс[8].

Воин, не обращая внимания на проявление странного юмора мистера Эдвэя, въехала на своей коляске внутрь.

– Не может быть! – донесся ее голос изнутри. Я не могла увидеть то, что она, потому что стояла гораздо левее входа. Любопытство повело меня вперед, в то время как остальные люди - те, кому было видно то, что так удивило провидицу - с вытаращенными глазами уставились в проход. Подойдя сзади вплотную к инвалидной коляске, я окинула взглядом предмет всеобщего внимания. Именно от него исходил серебристый свет.