Душа планеты

Ральф с помощью Дара, снова наглухо задраил шлюз. Тем временем, провидица развернула инвалидную коляску и поспешила покинуть круглую комнату.

– Давай, я уберу жжение… от сока, - последние два слова Ричи говорила уже пустому месту. Девушка потирала шею, на которую, кажется, тоже попали брызги.

– Лучше нас вылечи,– обратился к фрике Ральф.

Ричи взяла меня и его за руки, и я почувствовала, как Дар проникает под кожу. Но жжение не пропадало. Энергия стала мощнее – Ричи усилила свой Дар. Но все осталось как прежде.

– Я не понимаю… - недоуменно произнесла Ричи, поднося свои руки к лицу. Они вспыхнули белым свечением и тут же угасли. – Оно… оно не лечится.

– В таком случае – занимайте очередь в душ, – мрачно подытожила я. – Может его можно просто смыть.

– Не так быстро. Помнишь, минут пять назад я просил тебя ко мне зайти? – Ральф заговорщицки подмигнул, и мне ничего не оставалось, как последовать за ним в его комнату. Да, он говорил, что что-то хочет показать мне.

– Сатурна, – кто-то взял меня за руку прежде, чем я сделала хоть шаг. Рука этого человека была холодной и мокрой. Детский голос продолжил: – прости меня. Мама объяснила мне, в чем дело. Мне жаль. Но, то что с тобой произошло – это хорошо. Она больше не видит… твоими глазами.

– Что, прости? – я взглянула на нее сверху вниз. Большие блестящие зеленые глаза девочки, полные сочувствия, смотрели прямо в мои, будто сканируя их. Я помотала головой, поняв, что, скорее всего, это я должна перед ней извиняться. То, что Ричи так просто вылечила ребенка, еще не значит, что травма, нанесенная мною девочке, была не серьезной. – Это… ты меня прости.

Вайлис отпустила мою руку и ушла прочь, больше не говоря ни слова. А я смотрела вслед уходящей девочке, пока Ральф не одернул меня.

– Ну, так что, Великая Разрушительница, мы идем?

***

Воин обеими руками сжимала голову, будто хотела ее расколоть, как грецкий орех. Металлические пластины начали нагреваться от тепла морщинистых рук. Казалось, мозг внутри вот-вот взорвется и раскрошит остатки черепной коробки.

Очередная вспышка боли прокатилась по голове, и Воин зажмурилась. Бывало и раньше, что она испытывала такое чувство, но боль была не так сильна. И всегда с ней случалось такое именно на станции слежения или рядом. Чертов магнит, подумала она. Мысли разбегались, словно не желая оставаться в эпицентре боли, но эту Воин успела уловить. Магнит притягивает к себе все ее металлические конструкции, и пластины, прикрывающие мозг, в том числе. Хотя и сделаны они из титана, притяжение все равно было. «Надо убраться подальше отсюда, подальше от сферы». Еще одна уцелевшая здравая мысль.

Воин набрала код, и дверь станции слежения выпустила провидицу обратно в коридор. Женщина направилась в сад. Пиканье и гудение приборов осталось позади, давая возможность отдохнуть слуху. Больше Воин не чувствовала себя в безопасности в своем кабинете, но стремление изучать эту планету не давало ей его покинуть.

Но теперь все изменилось. Нельзя работать, зная, что за стенкой от тебя находится то, что расшатывает защиту твоего разума. В буквальном смысле.

Глава 23

Онорак. Город-которого-нет. Бункер. Инженерный отсек. 2114 год, 25 февраля, 15:08 по данным СВ. 13:48 реального времени.

Сатурна.

Чем ближе мы подходили к инженерному отсеку, тем ощутимее становился запах машинного масла. Когда же мы вошли внутрь, он ударил в нос с такой силой, что меня чуть не пробрал кашель. Хотя, здесь пахло не только этим. Множество странных специфических запахов смешивалось в один. Так пахло в автосервисах. Мой отец, позорно бросивший нас с мамой и сестрой, работал в таком месте, поэтому я не раз бывала в автосервисе, когда была маленькой. Старые воспоминания укололи мне душу. Это были еще те, старые, мои воспоминания. Тогда я была ребенком и совсем не подозревала, что через много лет больше не буду прежней собой.

– Алекс пролил здесь масло, не думай, что я тоже в восторге от этой вони, – голос Ральфа вернул меня к реальности. Видимо он заметил, что я наморщила нос, вдохнув аромат машинного масла во всех его прелестях и красках. – Эх-х, иженеришка… Ему бы мой Дар, и он бы соображал лучше меня. Я-то могу обойтись и без масла.

– Алекс? – я чувствовала, как мои брови удивленно ползут вверх.

– Да, он живет тут же. Со мной. Я его учу находить более легкие… элегантные способы починить тот или иной прибор, не прибегая при этом к книжкам, которые, похоже, являются его первой любовью, – Ральф усмехнулся. – В общем, учу его импровизировать.

При этих словах техник снова вытащил свой пистолет, подбросил его вверх. Руки мужчины засветились серебристым, и оружие застыло в воздухе. Затем закрутилось, распалось на части. Разные железки, винтики, проволоки разом упали в руки Ральфу, и он снова подбросил всё это в воздух. Словно живые, детали собрались в пистолет, и техник ловко поймал его правой рукой, подкинул, словно профессиональный гангстер, и снова поймал. Затем хитро мне улыбнулся, заметив, что я все еще завороженно слежу за пистолетом.

– Ему конечно, далеко до этого, но кое-чему он может научиться.

Да, я была впечатлена этими его фокусами. Еще несколько дней назад я бы не смогла поверить своим глазам. Однако он не за этим меня позвал.

– Но ты же не фокусы хотел мне показывать?

– А тебе не понравилось? – Ральф невинно похлопал глазами, затем вернул своему лицу нормальное выражение.
– Нет, конечно, нет. Минуту.

Техник пошел в сторону одной из двух дверей, кажется, ведущей в его комнату, и исчез за ней.

По строению инженерный отсек очень похож на мед-отсек. Комната, в которой я ждала Ральфа, была тех же размеров, что и главный зал медблока. Отличалась она лишь обстановкой и специфическим запахом. В мед-отсеке все было белое и стерильное, тут же в беспорядке лежали какие-то странные железные предметы. Вентили, коробки с винтиками, отвертки, голобатарейки, голоэкраны, и другие, неопознанные мною штуковины. Некоторые из них были прислонены к обшитым металлическими листами стенам, некоторые стояли посреди комнаты, как например, какая-то большая цилиндрическая штука из блестящего металла, изобилующая странными трубочками и винтиками. Я подошла к этому предмету и села на корточки, почти полностью скрывшись за ним. Трубочки вели к какому-то железному контейнеру, находившемуся в самом сердце машины.

– Это модель двигателя НК-2355, – сказал Ральф. Техник уже находился рядом со мной, и я не заметила, как он подошел. – Ее сделал Алекс. Очень даже недурно, особенно учитывая, что парень постоянно про него читает.

Я резко выпрямилась от неожиданности. Ральф был ниже меня ростом всего на пол головы. Он отошел чуть дальше и продемонстрировал то, что теперь держал в руках. Странный серебряный предмет имел немного удлиненный для пистолета ствол, курок, спусковой крючок, рычаг взвода и рукоятку – единственные отличия, указывающие, что передо мной огнестрельное оружие. Странным казалось то, что по обе стороны от прицела прямо из корпуса оружия, отгибаясь назад под углом тридцать-сорок градусов к рукояти, выходили два аккуратных лезвия, зазубренных посередине, длинной примерно двадцать-двадцать пять сантиметров.