Души

– Вечер добрый. Я к…

– Идите. Валерий Натанович вас ждёт, – прервала меня Марина Олеговна.

Я постучал, но открыть не успел. Сам Натаныч выскочил мне навстречу. Его широкое лицо, обычно напоминающее кусок несвежего мяса, теперь стало пунцовым. Совсем как галстук. Маленькие маслянистые глаза буравили меня, всё равно что врага народа.

– Ветров! Явился! – он прошёл к столу, схватил пачку бумаг, – Это как понимать твою?

– Валерий Натанович. Если б я хоть знал, в чём дело…

– В чём дело? Я тебе сейчас объясню, в чём дело. Ты решил, что самый умный, вот в чём дело! Продался! Это как вообще? Это скандал!

– Кому продался? Когда? Это же глупость.

– Глупость? Конечно, глупость! Веркиолиса он спасает. Нашёл, главное, кого!

– В каком смысле спасаю? Я ему пулю в лоб пустил. Хорошенькое спасение.

– Да ну? А вот Центр по Контролю за Смертью другого мнения. Я тут, как дурак, рассказываю репортёрам об успехах, выставляю себя полным кретином, а упырь-то, оказывается, жив. И банда его тоже!

– Как жив? Я же… Можно посмотреть?

Я потянулся к бумагам в руках Натаныча.

– Это другое. Из ЦКС только звонили.

– И что они сказали?

– А ты как думаешь? Что заявленные души Калинов Мост не перешли. Каково, а? Что ж ты так банально? Восемнадцать лет работы. Честной работы. Ордена, медали, грамоты. Всё из-за упыря коту под смарку пустил?

– Натаныч, послушай меня. Мы знакомы с тобой не первый год. Даже если это правда, и Веркиолис не отправился на тот свет. Почему ты самое плохое сразу думаешь?

– А что мне ещё думать? Похоже, ты не понимаешь. Если бы не наша дружба, я бы уже утром отправил тебя за решётку. До выяснения.

– Ну, хоть на этом спасибо.

– «Спасибо», – передразнил полковник. – Я чувствую, меня следом за тобой под суд отдадут. За сокрытие.

– Да что ты скрываешь-то? Я убил его. Убил. Вот этим самым пальцем на спусковой крючок нажал, – я продемонстрировал указательный палец, будто это доказательство могло убедить. – Он не мог выжить. В пепел превратился. На моих глазах. А его бандитов разве не забрали? Или трупы теперь не доказывают смерть?

– Ведьмы умеют менять лица. Может, это бомжи какие. Или наркоманы.

– Может, и так. – согласился я. – Ну, а экспертиза что?

– Ветров! Ты говоришь со мной, как с зелёным салагой и при этом несёшь чушь. Что правдоподобнее? Данные ЦКС или мнение эксперта?

– Данные… – снова пришлось согласиться. – Слушай, Натаныч! Я не понимаю, что ты от меня хочешь? Если посадить, так сажай. А то я совсем запутался.

– Говорю ещё раз: хотел бы – посадил. Только не верится мне, что ты с нечистью шашни замутил. Не хочу я в это верить, понимаешь? Если я сейчас скажу то, что скажу, меня точно посадят вместе с тобой. Если ты виноват, конечно. И вот посмотри мне в глаза и скажи, продолжать мне или нет?

Он успокоился. Лицу вернулся привычный окрас. Я смотрел ему прямо в глаза, боясь даже моргнуть. Пытался увидеть там лукавую искринку, чтобы всё обернулось очень смешной и слишком жестокой шуткой. Но это осталось разбитой надеждой. Я видел дикую усталость и цепкость старого охотника. Натаныч изучал меня, препарировал и увидел мой ответ ещё до того, как я сам к нему пришёл.

– Я слушаю.

– У тебя есть три дня. Это максимальный срок, в который я могу ссылаться на служебное расследование. За это время ты должен выяснить, в чём здесь дело. Так как ты закрыл лицензию, я выдам новую. Это избавит от лишних подозрений и вопросов.

Серьезно, сухо, по делу. Валерий Натанович, как он есть. Никто бы никогда и не подумал, что за стеной спокойствия может бушевать ураган. Потому от неожиданности все и испугались.

– Что за лицензия?

– В пригороде есть детский лагерь. Тридцать лет как закрыт. Сегодня один искатель приключений на свою задницу явился с заявлением. Говорит, что заметил там привидение.

Самые простые лицензии – это охота на привидений. Те появляются недалеко от своих тел и обычно не представляют опасности. Требуется всего лишь сжечь труп, но для начала его надо ещё найти. Порой они оказывались в таких местах, что в жизни не додумаешься туда заглянуть.

– Если вопросы есть, задавай. У меня и другие дела имеются, – нетерпеливо спросил Натаныч.

Вопросов не было. Я вышел из кабинета и успел заметить, как сотрудники разбегаются от двери приёмной. Бездельники. Суют нос всюду, куда не просят. Одна только Вика сидела в операторской и перебирала бумаги. Искала то, что найти невозможно. Ответ на вопрос «Что будет дальше?». В поисках такого документа можно с ума сойти.

– Иван Петрович! Ну что?

Она с облегчением отложила папку.

– У нас новая лицензия. Посмотри, досье должно появиться.

– Сейчас. А что Валерий Натанович? Что произошло?

– Упырь решил отомстить. Не поверишь. Он не перешёл Калинов Мост. Надо будет заняться этим сразу после привидения.

– Как он…

– Вик, я и сам ничего толком не понимаю. Давай обо всём по порядку.

Вика мне не верила. Она промолчала, но я ощутил все вопросы, готовые сорваться с её губ. Ну и пусть. Я бы всё равно не ответил.

Глава 3. В подвальной темноте.

Адрес удивил водителя. Он привык ездить по заводским районам, по спальным. Там, где навигатор знал дорогу и голосом известного певца подсказывал повороты. Но сейчас путь лежал по островкам асфальта среди травы, между старыми деревьями густого леса, где звук мотора распугивал удивлённую живность.

– Иван Петрович, вы уверены, что мы правильно едем? – спрашивал он.

Плохо без машины. Давили ненужные обязательства. Я здесь и не был никогда, откуда мне знать? Куда приказали, туда и поехал, а насколько дорога верная, совсем неважно.

Несколько километров вглубь, и перед нами появились ржавые кованные ворота, зажатые тисками непроходимого леса. Открыть их не получилось, хотя ни замков, ни цепей не было. Петли от времени превратились в цельный кусок ржавого железа и двигаться не собирались. Пришлось перелезать, а машину оставить.

От мысли, что придётся сидеть в одиночестве, водитель поёжился, но на этом всё его возмущение закончилось. Он достал из бардачка пачку комиксов про каких-то мужиков в масках и так увлёкся, что сразу про меня забыл. Даже взглядом не проводил.