Два Меча Судьбы

Сюй Цин была ученицей Внешней Секты Небесного Огня уже несколько месяцев, но о Ла Раи ничего не слышала. Она уже было решила, что он погиб, но… вот он, стоит перед ней, в своем нежно-голубом халате, на поясе которого золотой нитью вышит цветущий лотос, и настороженно наблюдает за быстро сменяющимися на ее лице эмоциями. Он словно чего-то ожидал, и одновременно боялся этого чего-то.

Девушка, конечно, изменилась довольно сильно, однако Сюй Цин не была бы Сюй Цин, если бы не узнала своего лучшего и единственного друга в мире Практиков. Его красивое лицо буквально сияло благородством, но сейчас помимо него на нем отражалось некоторое смущение, недоумение и беспокойство. Безмятежности, которую он ощутил а мире души как небывало. Сейчас девушка могла с легкостью сказать, что с его появлением развеялся все ее страхи и опасения. Не только из-за того, что он был на пике восьмой ступени Конденсации Ци, это тут скорее и вовсе ни при чем. Сюй Цин просто ощутила странную близость к нему, словно в мире нет места безопаснее, чем рядом с ним. Но хоть Ла Раи и видел, что с ее лица и из взгляда исчез страх, его все равно сковывало некоторое беспокойство. Юноша никак не мог это объяснить, ему все никак не давало покоя то, что тот мужчина не солгал. Он действительно хотел просто занять у нее духовных камней, вот только… откуда у нее духовные камни в таких количествах?

На самом деле, ответ был довольно прост: у девушки не было духовных камней, иначе бы она их просто отдала, как делала это раньше, а не вжималась в угол, мечтая слиться с ним. Мужчина просто умело запугивал ее, но Ла Раи хватило и этого, чтобы обречь мужчину на смерть.

— Почему ты… — юноша хотел спросить, как она могла позволить ему так с собой обращаться, но осекся, заметив ее третью ступень Конденсации Ци. Она просто не могла дать отпор.

— Ты изменился, — не стала развивать тему девушка, — Повзрослел и… отрастил волосы…

Ей было неловко говорить с ним спустя столько времени. Казалось, у них не осталось общих тем для разговора. Так и было. Ла Раи разделил свою жизнь на «до» и «после», оставив Сюй Цин в прошлом. Девушка же, напротив, жила этим прошлым. Она не чувствовала в себе особых талантов в Культивации, первые два года она даже не могла приступить к практике… нет, она не «не могла», она не хотела. По ее мнению, жизнь полная опасностей, жизнь Практика не была ее стихией. Куда увереннее девушка чувствовала себя за изучением книг и свитков, она была скорее ученым, нежели Практиком.

— Ты тоже, — выдохнул Ла Раи, почувствовав разделяющую их преграду. Если он все расскажет девушке, это не изменит того факта, что они безнадежно отдалились друг от друга. Если она и поверит ему, не в ее возможностях будет ей помочь.

Повисшую в воздухе оглушительную тишину развеяло появления мужчины, находящегося на пике девятой ступени Конденсации Ци. Как только его ноги коснулись земли, Ла Раи захотелось инстинктивно втянуть голову в шею. Появившимся был никто иной как Лань Си Жень, Второй Ученик Внутренней Секты Небесного Огня.

— Что здесь происходит? — спросил он, уставившись на старых друзей немигающим взглядом, но, как только он сфокусировал взгляд на Ла Раи, его глаза опасно прищурились, — Снова ты…?

— Старший Брат Лань, — Ла Раи медленно кивнул и слегка поклонился стоящему перед ним мужчине, выражая почтение. Но, все же, теперь в его глазах стоял холод. Он указал кивком головы на распластанного у стены мертвого мужчину, — Этот ученик посмел напасть на девушку, сожалею, но я не смог удержать под контролем эмоции.

Разумеется, он не сожалел о содеянном. Впервые в жизни он не сожалел, когда убивал кого-то живого. По его мнению, демонические создания куда больше заслуживали жизни, чем это отродье.

— Секта Небесного Огня сейчас находится в невыгодном положении, в любой момент могут напасть три других Секты, а ты убиваешь ученика на шестой ступени Конденсации Ци из-за подобного пустяка!? — в мужчине все сильнее вспыхивал гнев и раздражение, — Неужто ты не читал наставление основателя!? Каждый должен уметь справляться со своими проблемами самостоятельно, иначе никогда не обретет силу!

— У меня своя голова на плечах имеется, — в небрежной, даже грубой манере отмахнулся Ла Раи, — Нет силы, если ты не постигаешь все в одиночку? Зачем тогда нужны Секты и Кланы? Проснись, Старший Брат, все это время ты успешно продвигался в Культивации лишь благодаря пилюлям Секты, какими бы бесполезными они ни были. Став Учеником Внутренней Секты, ты преодолевал барьеры лишь благодаря тому цветку. И ты еще говоришь о том, что истинный путь Практика — одиночество!?

— Это не отменяет плачевного положения Секты…!

— Если следуешь указанию из наставления, просто покинь Секту и стань вольны Практиком, Си Жень! — холодно перебил его юноша.

Лань Си Жень не набросился на него из-за неуважительного обращения, все-таки, он невольно восхищался Ла Раи и его способностями. Мужчина просто молча стоял, буравя юношу ничего не выражающим взглядом. Он не знал, что ответить этому, казалось бы, ничего несведущему в Культивации ребенку, ведь он был прав. С самого начала решение вспомнить о наставлении было ошибочным. Кто знает, может, Ла Раи достиг таких высот, потому что шел собственным путем?

Но только сам Ла Раи понимал, что Чжвэй Утун словно обращался к нему в своем наставлении. Именно его путь в основном пролегал в краях давно забытых и опустелых, именно ему предстояло пройти по дороге, на которой никогда не повстречаются настоящие сторонники и друзья. Ведь упомяни он хоть раз свое отношение к Великому Клану Ван, как все они не просто повернутся к нему спиной, но даже ополчатся.

Глаза Сюй Цин расширились одновременно от страх и удивления: Ла Раи грубил практику, что находится всего в одном шаге от стадии Возведения Основания! Вот только такая уверенность юноши в себе выглядела скорее как флажок с лозунгом: «Я хочу умереть от рук Старшего Брата Ланя!», даже ей, почти ничего не сведущей в Культивации, было это очевидно.

В конце концов, Лань Си Жень пришел к тому же выводу, что и она, он не смог сдержать презрительного смешка при взгляде на серьезное лицо Ла Раи. Этот мальчуган хочет умереть? В таком случае, он будет только рад исполнить его просьбу!

По переулку прокатилась волна силы пика девятой ступени Конденсации Ци, пальцы мужчины начали складываться в магические пассы, формируя магическую технику. Ла Раи тоже не отставал, он в мгновение вспомнил об одной интересной технике, которой все никак не находилось применение. Если в того мужчину он направил лишь две лепестка лотоса, то к Лань Си Женю устремился целый Золотой Лотос! Одновременно с лотосом к мужчине бросилась Золотая Нить Жизни. Нитка была совсем незаметной, острой и смертоносной. Не прошло и пары секунд, как техника Ла Раи с громким хлопком столкнулась с призрачным черным мечом Лань Си Женя, оба Практика ощутили нешуточное давление, исходящее из эпицентра столкновения. Спустя пол вдоха в переулке раздался оглушительный взрыв, заставив потрескаться, а кое-где даже разбиться, стены в радиусе сотни метров.

Лань Си Жень нахмурился, но ничего не сказал. Его порядком удивил золотой лотос Ла Раи, мужчина даже подумал, что если бы этот ребенок был с ним на одной ступени Культивации, его призрачный черный меч разбился вдребезги! И тогда лишь чудо бы спасло его от смерти.

Но в этот момент его глаза словно превратились в два круглых блюдца от удивления и страха! Мужчина хлопнул по бездонной сумке и на свет показался небольшой черный щит. Он не мог закрыть его полностью, но этого и не требовалось. С грохотом щит взорвался, оттолкнув Лань Си Женя к стене. Этот подвиг свершила Золотая Нить Жизни. Своими атаками Ла Раи не стремился убить мужчину, он лишь делал вся, чтобы не быть убитым и доказать свою силу. Это был своеобразный способ сказать: «Не смей не воспринимать меня всерьез!» —