Две свадьбы

— Надеюсь, что так всегда и будет.

— Я бы подняла тост, чтобы подкрепить это пожелание, — сказала Марго.

Он поглядел на нее, не уверенный, правильно ли ее понял. Годы прошли с тех пор, когда ему приходилось ловить подобные намеки.

— Это предложение?

— А что, вы не хотите отправиться куда-нибудь выпить?

Может быть, лучше было бы не соглашаться. Но ему не хотелось выглядеть грубым. Она приложила столько усилий, чтобы сделать приятное и ему, и его сыну. И надо признать, ему приятна ее компания, даже если он теряет при этом твердую почву под ногами.

— Нет, если вы не хотите.

Этак они всю ночь будут бродить вокруг да около.

Прищурившись, Марго внимательно всмотрелась в Брюса. Может, все упростится, если она прояснит ситуацию.

— Я вас смущаю, Брюс?

Он хотел было соврать, но подумал, что она все равно видит его насквозь.

— Да.

Собственно, не она его смущала, а те чувства и мысли, которые ее присутствие ему внушало.

— Очень жаль, потому что я делаю все возможное, чтобы вы чувствовали себя свободно.

Она уже решила, что они станут друзьями. Что бы ни случилось, но их дружеские отношения должны только упрочиться. Счастье Ланса и Мелани для нее чрезвычайно важно, а Брюс — составная часть этого счастья. Она приняла решение не отступать.

— Допустим, что брак наших детей просуществует достаточно долго. Я вижу, что так и будет. Поэтому нам придется часто встречаться в ближайшие сорок лет. Мне будет очень неприятно, если вы будете трепетать каждый раз, рассматривая грядущую встречу со мной, как очередной поход к стоматологу.

Наверное, не следовало бы признаваться, что ему неловко в ее присутствии. Со временем эта неловкость постепенно прошла бы или уменьшилась. Ему необходимо время, чтобы привыкнуть к ней. Сколько потребуется времени на это, вряд ли кто знает.

— Я не могу сопоставлять встречу с вами с визитом к дантисту.

Марго усмехнулась.

— Продолжайте, у меня слабость к лести.

Брюс улыбнулся. Некоторая доля напряжения спала, он почувствовал, что постепенно успокаивается.

— Я не должен был говорить, что вы меня смущаете. Правильнее сказать, что я смущаю сам себя.

— Вы ведь не оставите меня без добавочных пояснений, верно? — предположила она.

— Просто я совсем не ожидал, что когда-нибудь еще взгляну в сторону другой женщины.

Говоря «взгляну», он, по-видимому, имел в виду «заинтересуюсь». Эти слова взволновали Марго. Почему? Наверное, ее физически влечет к нему. А какая женщина устояла бы перед ним?

Тот поцелуй, надо сознаться, не оставил ее равнодушной.

Насколько же сильнее он должен был потрясти человека, давно уже похоронившего свое сердце?

Напряжение в салоне автомобиля стало нарастать. Марго опустила стекло со своей стороны. Ей недоставало воздуха. Она постаралась говорить ровным голосом:

— Мы получили удовольствие от общения. Это не преступление, тем более что мы взрослые и одинокие люди. — Она чуть не добавила «стремящиеся к одному и тому же», но это не было бы до конца правдой. Он еще упирался, что делало ситуацию даже привлекательнее.

Ее доводы были разумными.

— Вы, должно быть, думаете, что я веду себя как полный идиот.

Марго поспешила опровергнуть его слова.

— Да нет же, вы мягкий, приятный человек.

Она помолчала.

— К слову сказать, если вы опасаетесь попасть в западню, то напрасно. Я здесь временно, надолго не задержусь.

Уличный фонарь, стоявший рядом с машиной, ярко освещал салон, и она увидела, как брови Брюса насмешливо поползли вверх.

— Фирма, которая посылала меня в Грецию, закрыла зарубежный филиал, поэтому временно я без работы. Но обязательно появится другая, на мою специальность большой спрос, — пояснила Марго, чтобы он не подумал, будто бы у нее неприятности. — А до тех пор почему бы нам не позволить событиям идти своим чередом?

Несколько минут назад он именно этого и боялся. И вдруг теперь что-то неуловимо переменилось.

— Звучит недурно.

И ее устраивает. Выяснив окончательно все, что желала знать, Марго посмотрела на часы, повернув их так, чтобы свет упал на циферблат. Они сидят тут целых десять минут.

— Замечательно, тогда я предлагаю либо завести мотор, либо начать обниматься, потому что за мою жизнь мне еще не приходилось сидеть в машине так долго, не делая ни того, ни другого.

Все это время Брюс крутил ключи в руках. Вставив их в замок, он явственно услышал, как она щелкнула пальцами.

— Я верно предполагала, что вы поступите именно так.

Он взглянул на нее, потом указал на двух любопытствующих бабуль, с интересом наблюдавших за ними из соседнего окна.

— Если обниматься, то не перед аудиторией.

Марго горестно вздохнула.

— Вам никогда не сделать карьеру актера, Брюс.

Он усмехнулся.

— Предполагаю, что мне придется примириться с тем, что гильдия актеров с презрением меня отвергнет.

Похоже, скованность Брюса понемногу проходила. Марго не знала, почему ей это так приятно, просто наслаждалась своей радостью.

— Видимо, так, — звонко рассмеялась она.

Ее смех еще продолжал звучать в машине, когда он вырулил со стоянки и свернул на дорогу к ее дому. Ради хорошей компании почему не сделать лишний крюк?

ГЛАВА ШЕСТАЯ

— Брюс, старина, как у тебя в настоящее время с итальянским?

Брюс оторвался от отчета, чтобы взглянуть на Пола Джордано. Идея разрабатываемого проекта некогда принадлежала ему, но в настоящее время была в руках команды проектировщиков и разработчиков. Пятнадцать человек крутили и вертели программу, отлаживая и настраивая, ту самую программу, которая стоила ему и полумесяца бессонных ночей. Ему недоставало его детища, хотелось принимать участие в его реализации и на последнем этапе.

Со вздохом он закрыл доклад и посмотрел внимательно на своего лучшего друга. В последнее время он мало уделял ему внимания. Его мысли были заняты другим человеком.