Две свадьбы

Ланс рассмеялся и чмокнул тетушку в щеку, совершенно неожиданно для нее. Хотя она многие годы заменяла ему и отца, и мать, но внешнего проявления чувств Ланс никогда себе не позволял.

Чувствуется влияние женщины, подумала Бесс.

— Хорошо бы все мои проблемы были такого сорта, — сказал Ланс, глядя, как Мелани завершает торт. Лизнув в последний раз опустевшую миску, он поставил ее в посудомоечную машину.

Бесс покачала головой.

— Глядя, как вы двое переглядываетесь да те друг с друга глаз не сводят, — она кивнула в сторону гостиной, — я начинаю думать, что мне стоило привести с собой хоть кого-нибудь, чтобы было с кем поговорить.

Под пристальным взором Бесс Мелани смутилась.

— Вы тоже это чувствуете? Связь отца и мамы? — спросил Ланс.

Бесс хохотнула.

— Надо быть глухой и слепой, чтобы не заметить. Тут что-то крупное намечается.

Ланс чуть не выронил тарелки, которые он собирал на поднос.

— Ты хочешь сказать, что они, возможно, поженятся?

Такого он не предполагал. Его отец, делающий предложение Марго... Как тогда ее называть? Мачеха, совмещенная с тещей? Есть ли для такого родства специальное название?

Бесс знала, что растормошить Брюса не так-то просто. Она покачала головой.

— Этого не скажу, но напряжение в их отношениях очевидно. Удивляюсь, почему мои волосы дыбом не встали, как у Кристофера Ллойда в фильме «Назад в будущее», в сцене с башенными часами.

Она подмигнула Мелани. Страсть к фильмам, старым и новым, была у обеих одинаково сильна.

— Но я имею в виду поведение не только ваших родителей.

Бесс обвела обоих внимательным взглядом.

— Вы плохо меня знаете, если думаете, что я могу поверить, будто этот обед — чистый экспромт. Ну, что еще произошло?

— Может, и произошло, — уклончиво отозвалась Мелани, сияя глазами. Боясь, что, задержись она на секунду, секрет вырвется наружу, она отвернулась и подхватила торт, собираясь нести его в гостиную.

Бесс улыбнулась. Ей все стало окончательно ясно.

— Не волнуйся, Ланс, запас прочности у них большой.

— У них? — Ланс в недоумении взглянул на тетушку.

— У женщин в положении Мелани, — терпеливо объяснила Бесс. — По большей части беременные женщины способны вынести куда большую нагрузку, чем думают многие мужчины.

У Ланса отвисла челюсть.

— Беременные? Но как ты... я хотел сказать...

Как будто он в состоянии утаить от нее такой секрет. Все в поведении этих двоих просто кричит об этом. Бесс направила его к выходу.

— Иди и скажи им, пока я сама не разболтала.

Бесс рассмеялась, похлопав Мелани по плечу. Как приятно будет снова услышать детскую возню! Рано овдовев, не успев завести собственных детей, она заранее радовалась ребенку племянника.

Войдя в гостиную, Ланс заметил, что отец и Марго, склонившись друг к другу, увлеченно беседуют. Голоса их звучали приглушенно, интимно. Тетушка права, происходит что-то серьезное. Идея о Марго как о мачехе начала ему нравиться. Пора его отцу получить свою порцию счастья.

Брюс выпрямился.

— Выглядит исключительно аппетитно. Возможно, для торта место все же осталось, — сказал он.

Ланс дождался, пока все займут свои места.

— Раньше, чем будет разрезан пирог, мы с Мелани хотим вам кое-что сообщить.

Марго не могла больше сдерживаться.

— Ты беременна. — Она быстро поднялась и обняла Мелани.

У ее крошки будет крошка собственная. Комок подкатил к горлу, грозя задушить.

Сникнув, Ланс переводил взгляд с одного лица на другое.

— Кто-нибудь позволит мне об этом сообщить?

Он думал, что хоть отца удивит, но казалось, что и тот осведомлен.

— Да как вы узнали? — с раздражением спросил Ланс.

Он точно знал, что Мелани никому не говорила. Они сами узнали только вчера и провели весь вечер, обсуждая, как сообщить новость трем самым важным людям в их жизни. Видимо, разговоры о телепатии обоснованны. Так что они могли не беспокоиться.

Брюс потрепал сына по плечу, стараясь умерить его разочарование. Взрослые мужчины должны уметь сдерживаться.

— Парень, ты весь вечер нынче скачешь, как козел, будто ты первый будешь иметь ребенка.

— Какой романтический и очаровательный образ, — прокомментировала подошедшая Марго. — Прошу вас, переведите свои слова на итальянский.

С великим самодовольством Брюс перевел. На идеальный итальянский, совершенно без акцента.

Марго зааплодировала, на ее лице удивление сменилось радостью. Похоже, ее работа подходит к концу. Он выучился даже быстрее, чем она предсказывала. Брюс стал одним из лучших учеников, что у нее были.

Во многих смыслах, кстати. Обучение почти закончено.

Грусть охватила ее. Собравшись с силами, она улыбнулась.

— Догадываюсь, что к Италии вы готовы.

С каждым днем Брюс обнаруживал, что нежелание ехать растет и растет.

— Да, но готова ли Италия?

Он сильно изменился, стал куда раскованнее того симпатичного мужчины, что встретился ей на ступеньках церкви месяц назад. Марго посмотрела на Ланса.

— Твой отец — очаровательный человек, если его немного раскачать. Разгона ему немного не хватает. — Она поманила зятя к себе. — Вижу, кому он передал это свойство.

Рассмеявшись, Ланс оказался в объятиях Марго.

Радость и печаль перемешались на ее лице.

— Славная работа, Ланс. — Она поцеловала его в щеку.

Мелани весело фыркнула.

— Зря ты так радуешься, мамочка.

Марго удивленно оглянулась на нее.

— Ты ведь понимаешь, что это значит? — Мелани с трудом сдерживала смех. — Он сделал тебя бабушкой.

Марго пожала плечами. У нее никогда не было бабушки, поэтому термин для нее оставался абстрактным. Она взглянула на дочь.

— Сколько у меня месяцев до того, как ты поставишь меня перед фактом?

Мелани угнездилась около Ланса.

— Восемь.

Это значит, что ребенок был зачат во время их медового месяца. Марго хмыкнула.

— Молодцы, шустрые ребята!

У его внука будет бабушка, как бы она себя ни называла, подумал Брюс.

— Должно же быть подходящее название для бабушки во всех этих языках, которое вас устроит, — ляпнул Брюс.

Бабушка — она на всех языках бабушка, подумала Марго. А это значит, что она становится старше. Не то чтобы она возражала против самого процесса, просто старится она в одиночку. Никогда не будет с ней рядом человека, готового делить радости и невзгоды, понимающего ее в полном смысле слова, так, как когда-то виделось ей в мечтах.