Дыра
Шрифт:
Люди с зонтами столпились и ждали его. Когда он вышел, они облепили его со всех сторон и что-то кричали.
– Эй, тихо всем! Если есть вопросы – зайдите и по очереди! У Арона заколотилось сердце.
– Что здесь, блять, происходит? – подумал он.
Стив встретил его у входа.
– Что происходит? – спросил Арон у Стива, – кто все эти люди в выходной день?
– Пройдем в кабинет, Арон, – сказал Стив и взял его под руку. Помощник шерифа проводил его в кабинет, Арон растерянно осматривал людей в участке и затем прикрыл жалюзи.
– Ну, ты мне расскажешь или нет? Это
– Все намного хуже, – Стив замолчал и вопросительно посмотрел на Арона.
– Говори, – Арон достал сигарету и нервно закурил, затем Стив медленно и протяжно достал свою и прикурил от сигареты Арона, комнату медленно наполнял дым.
– Спасибо, – произнес Стив сухим голосом, выпуская дым,– когда-нибудь курение меня погубит, – он опустил глаза и задумался.
Арон молчал.
– Пока только девяносто заявлений о пропаже, – выпалил через силу Стив, – а люди все идут и идут.
– Не понял, какие пропажи? – уставился на него Арон.
– Людей, Арон, людей! И все в одну ночь! – Стив повысил голос.
– Этого не может быть! Они, наверное, свихнулись все! – Арон покачал головой.
– Если бы так! Я ждал тебя, чтобы посоветоваться, надо бы сообщить мэру о происходящем, лучше сообщить сейчас, чем ему сообщат слухи, тогда у него возникнут вопросы, о том, что мы скрываем, а мы и сами ничего не знаем!
– Давай без этого, пока не разберемся, мне что-то не верится нихера! – Арон заволновался, он не хотел беспокоить мэра и если бы это оказалась просто массовая истерия, ему бы влетело по полной, и возможно, его бы сняли с должности, но мэр, тот еще говнюк, покрывал в городе всех девочек, и Арон был в доле, и копы были в доле. Но политика… политика бы дала пинка под зад шерифу на счет три.
– Есть идея, – сказал тихо Стив, – если не хочешь звонить мэру, – помощник стряхнул пепел в пепельницу и сморщил лицо, – надо позвонить в ФБР, и вызвать сюда спецов.
– Нахера, Стив? Мы что сами все не уладим? – возмутился Арон.
– А если нет? А если все серьезно? А если мы сейчас начнем находить трупы десятками? А если это массовое самоубийство? Что скажут тогда журналисты и сам мэр? Надо умыть руки, Арон, пусть сраные федералы возятся во всем этом дерьме! А мы останемся ни при чем, просто будем делать свою работу.
Арон немного подумал.
Полицейские какое-то еще время сидели молча. Стив погладил свою бородку, и затушил сигарету, а Арон встал и прошелся по комнате, дымя остатками, затем отодвинул жалюзи и посмотрел в окно.
– Что за чертовщина, – едва уловимо промолвил он.
Людей в участке становилось все больше, тогда шериф подошел к телефону, приложил к уху трубку, и набрал номер, который достал из записной книжки в столе.
– Алло…
Глава 17
Молли все еще валялась в постели в то утро. Эта сука была очень ленивая, на все что ее хватало – это сварить какую-нибудь стряпню и постирать вещи, чтобы сохранить хоть какую-нибудь чистоплотность.
Мальчики любят
чистоплотных. Сейчас она придерживала коней и трахалась только с Ароном, иногда к ней иногда липли симпатичные парнишки и она могла бы дать им за пару десятков баксов, но ломалась изо всех сил.Однажды у нее был секс с тремя парнями и она изрядно нанюхалась, ее все места просто горели после той ночи, поэтому Молли придерживала коней, но Арон особо не жаловался на то, что она шлюха, ему было плевать кого трахать – работа нервная, жена фригидная стерва.
Отец Молли умер в прошлом году, оставив ей ущербный домик. Старик был алкоголиком и ему было плевать на дочь, и взрослого сына, который еще подростком слинял в другой штат и хорошо там устроился, стараясь не вспоминать Липтикут, как страшный сон. Он поклялся, что только на собственные похороны вернется туда и то вряд ли.
Волосы ее были растрепаны, во рту уже не чувствовался вкус спермы, он смешался со вкусом сигарет, но она всё же решила встать и сварить что-нибудь пожрать, ей не хотелось тащить свой зад ни в какую рыгаловку за гамбургерами в такую погоду.
Она думала о разной фигне, об отбеливателе, о том, чем занять себя в этот день, об Ароне и его члене, о членах других мужиков и т.п. Голова ее была тяжелая и головная боль подступала к вискам из-за погоды все сильнее.
В подвале что-то громко бухнуло.
Молли прислушалась, но шум затих. Девушка открыла холодильник и не устояла перед пивом, сорвала крышку и отпила.
Погода все еще была ужасной.
В подвале вновь что-то бухнуло и зашуршало. Она подошла к двери и прислушалась.
За дверью послышался мужской знакомый голос, но она не могла разобрать слов, только шум и бас Арона. Арона ли? Голос был очень похож.
– Арон? – спросила она, ты не ушел? – Молли включила свет в подвале, но открыв дверь, убедилась, что свет не работает. Она щелкнула еще раз, но свет не загорелся. Электричество вновь пропало. Еще бы, ведь свет в холодильнике давно сломан и никто не менял лампочку.
– Арон, это ты? – крикнула она.
– Помоги, Молли, – послышался знакомый шепот, и вновь непонятная, но знакомая речь, ругань, рычание.
– Что ты там делаешь, сраный говнюк? Что ты делаешь в подвале? Ты упал? Я сейчас! – она отлучилась за фонариком и подумала, – наверное, старый козел хотел стащить что-нибудь, говнюк хотел найти виски или самогон, – она проверила фонарик и стала осторожно спускаться.
В подвале пахло сыростью и еще чем-то незнакомым и смрадным. Похоже подвал немного протек и затух. Молли посветила по сторонам.
– Где ты, Арон? Говнюк, только попробуй меня напугать! – она улыбнулась, ей стало страшно. Но она наверняка думала, что это Арон там прячется. Если даже он выскочит и напугает ее, то она все равно обосрется от страха.
В дальнем углу стоял человек, лицом к стене, за полками.
– Да что с тобой? Ты что там блюешь, говнюк? – и тут человек повернулся.
Салли выронила фонарик и упала, споткнувшись обо что-то.
Фонарик покатился под полку, воцарился полумрак, девушка закричала и человек тронулся с места, тогда она увидела его глаза, и голову, и зубы… а затем кривой рот.