Джунгли

– Пришли его сюда, и спасибо.

– Нет. Спасибо тебе.

Через минуту на мостик вошел Лоулесс, заправляя чистую майку в форменные брюки.

– Мало платите вы своей красавице, – улыбнулся он.

– У нее выходной с две тысячи второго года, – бесстрастно отозвался Кабрильо. – Так вот: док говорит, ты здоров, и я ей верю. Что скажешь?

– Буду честен с вами, председатель Кабрильо, – ответил Макд. – Вы говорите, что гребете деньги лопатой, но меня жизнь на такой посудине не привлекает.

– А если я скажу, что под этой ржавчиной и грязью кроется судно роскошнее лучших яхт, какие ты видел?

– Мне нужны доказательства.

– Хуан? – предупреждающе воскликнул Макс.

– Ничего, – кивнул Кабрильо. – Дам общее представление. И только.

Кабрильо жестом велел Лоулессу следовать за ним. Они спустились по пролету внутреннего трапа, миновали несколько тусклых коридоров и вошли в столовую без окон. К матово-серым стенам были приклеены старые афиши бюро путешествий. За небольшим коридором находился камбуз, при виде которого санитарного инспектора вырвало бы. С вытяжного зонта над плитой с шестью горелками свисали сталактиты застывшего жира, над раковиной, полной грязной посуды, жужжали тучи мух.

Хуан подошел к одной из афиш на стене напротив входа: изображенная на ней красивая таитянка в бикини стояла на пляже перед пальмовой рощей, – нагнулся и, казалось, заглянул ей в пупок.

Со щелчком отошла секция стены. Дверь была так искусно скрыта, что Лоулесс ничего не видел.

Кабрильо выпрямился.

– Сканнер, реагирующий на сетчатку глаза, – объяснил он и распахнул дверь.

У Лоулесса отвисла челюсть. Бордовый ковер на полу был таким толстым, что, казалось, в нем может скрыться притаившийся лев. Стены украшали панели из красного дерева. Над ними был какой-то материал, напоминающий шитрок, но этого не могло быть, потому что судно в море сильно вибрирует. Он был светло-серым, с розовато-лиловым оттенком – очень расслабляющим, успокаивающим. Освещали помещение либо красивые бра на стенах, либо хрустальные люстры.

Лоулесс, хоть и не был знатоком живописи, сразу понял: картины в золоченых рамах – подлинники. Он даже узнал одну, хотя не смог бы назвать ее автора – Хомера Уинслоу.

Это был не переходный мостик старого грузового судна. Такому залу место в пятизвездном отеле – даже восьмизвездном, насколько он мог судить.

Лоулесс посмотрел на председателя смущенно.

Хуан стал отвечать на незаданные вопросы.

– То, что ты видел наверху, – уловка. Ржавчина, грязь, жалкое состояние оборудования. Это все устроено, чтобы «Орегон» выглядел как можно безобиднее. Важно не привлекать к себе внимания. Такое судно может войти в любой порт, не вызывая подозрений. Это как на автостраде. Ты замечаешь «Феррари» и «Порше», но не обратишь внимания на «Бьюик-Регал» девяностых годов. Главное, у нас есть средства и способы замаскировать силуэт судна и сменить его название примерно за двенадцать часов. От миссии к миссии оно никогда не бывает одним и тем же. Мы называем его «Орегон», но это слово редко бывает написано на его транце.

– Значит, остальная часть судна…

– Дело обстоит так. – Хуан указал в коридор. – У каждого члена команды отдельная каюта, и он получает деньги на ее интерьер. У нас есть спортзал, бассейн, додзё, сауна. Наш шеф-повар и его первый помощник обучались у лучших мастеров. Ты встречался с нашим врачом, и, как можешь представить, она требует и получает новейшее медицинское оборудование.

– А с оружием как?

– Полный арсенал: от пистолетов до ручных противотанковых ракет.

«Пока рано сообщать новичку, – решил Хуан, – что «Орегон» – это своеобразный плавучий арсенал, не уступающий крупным боевым кораблям. И что есть хитрости, которые останутся в тайне, пока Лоулесс не пройдет испытательный срок».

– Ну, что скажешь? – обернулся Хуан к Лоулессу.

Тот улыбнулся.

– Я позвоню в «Фортран», передам уведомление о прекращении контракта.

Из коридора донесся радостный возглас невидимой женщины. Голос принадлежал не Хакс и не Линде – значит, все уже знали о похожем на Адониса новичке.

– Это может занять какое-то время, – продолжал Макд, – и, наверное, мне придется вернуться в Кабул. Они наверняка расследуют мое похищение. Потом нужно забрать паспорт и личные вещи.

– Не проблема, – заверил Хуан. – Нам потребуется несколько дней, чтобы выйти на позицию для нового дела. Мы дадим тебе спутниковый телефон и контактный номер. Тебя придется вывозить оттуда воздушным путем. Кстати, находить следы ты умеешь?

– Я в душе сельский житель. Летние каникулы проводил на охоте в дельте. Отец хвастался, что собаки у него носят ружья, а я иду по следу.

Глава 6

В конце концов решение: отправлять заранее группу в Читтагонг, главный портовый город Бангладеш, или подождать и вести «Орегон» на большой скорости вокруг полуострова Индостан – оказалось простым. Поскольку судно никогда не бывало в Читтагонге и ни у кого не имелось в этом регионе надежного человека, а значит, не было гарантии получения нужных припасов и оборудования, отправлять туда группу не имело смысла.

Они потеряли пять дней на то, чтобы добраться туда. За пять дней можно хорошо замести следы. Хотя это мучило Кабрильо и всех членов команды, требование встречи лицом к лицу с Роланом Круассаром раздражало еще больше.

Когда Хуан отправил электронной почтой посреднику с ником L’Enfant свое согласие, ответ, как всегда, пришел незамедлительно. Условия финансиста были уже приняты, но Круассар добавил оговорку, что должен встретиться с Кабрильо. Хуан только что согласился встретиться с Гунаваном Бахаром, потому что этот человек вылетел в Мумбай, где «Орегон» как раз выгружал два контейнера южноафриканского проса, принайтованных на полубаке. Круассар в это время находился в Сингапуре и хотел, чтобы Кабрильо явился к нему.

Это означало, что Хуану нужно лететь вертолетом обратно в Карачи, оттуда на самолете в Сингапур, провести с этим человеком час-другой, потом направляться то ли в Ченнай, бывший Мадрас, то ли в Вишакхапатнам на восточном побережье Индии. Куда именно – зависело от продолжительности встречи и от скорости, какую «Орегон» мог сохранять. Там придется замедлить ход, чтобы Гомес Адамс мог прилететь в аэропорт и забрать Хуана.

Бюрократическая неразбериха могла задержать Хуана. Он ответил посреднику, выразив озабоченность, но тот сообщил, что клиент настаивает на встрече.

Беспокоил Кабрильо тот факт, что, пока не вернет Корпорации благосклонность американского правительства, он будет вынужден принимать такие задания. Как в любом деле, у них были накладные и текущие расходы, достигавшие двухсот тысяч долларов в день.

Уничтожать террористские ячейки, срывать значительные теракты до их начала – для этого он создавал Корпорацию. Потому главным образом и пошел на службу в ЦРУ.

Понимание, что в настоящее время он в известной степени маргинал, подсознательно мучило Кабрильо.

Он решил взять с собой Макса для компании во время долгих перелетов. Командовать судном оставалась Линда Росс. После ухода из военного флота Линда работала капитаном буровой платформы в Мексиканском заливе. Управлять судном она могла не хуже, чем пользоваться оружием.

Они приземлились в аэропорту Чанги, севернее футуристического города-государства Сингапур. Линию горизонта местами заслоняли здания одной из самых красивых архитектур мира, в том числе отель «Марина-Бей сэндс», место их назначения. Хенли очень огорчился, услышав от Хуана, что у них не будет времени зайти в казино.