Единственный

Глава 61

Артур

Я дергаю на себя рукоятку тренажера, проверяя, исправен ли трос. Наш с Рафой зал в двести пятьдесят квадратов постепенно становится похожим на склад — приехала первая партия оборудования. Уже два часа я занят его распаковкой и расстановкой по схеме вместе с тренерами.

Я успел вспотеть, потому что двигаюсь быстро и обращаюсь с креплениями без деликатности. Подтягиваю их на автопилоте, стопроцентно отключив голову.

— Давай я здесь закончу, — обращается ко мне один из наших тренеров, тезка Артур. — Там просят подписи поставить, — указывает на стойку ресепшен.

Уступив ему свое место, иду через зал к мужику из доставки. Сегодня помещение превратилось в муравейник, работа кипит, а я чуть не проспал.

Подняв руку, смотрю на часы.

Точно знаю — за работой время бежит быстро, поэтому не удивляюсь, что уже полчаса прошло с тех пор, как в последний раз проверял который час часы.

Это то, что мне нужно, — чтобы время двигалось.

Предполагаю, что девушка, которую я люблю, спит. Это немудрено, но уже почти полдень, а она все еще не перезвонила.

Опять сбежала.

Предложенной мне ручкой подписываю товарные накладные и хоть делаю это резко, внутри я полон гребаной концентрации. Меня не тянет творить дичь, единственное, чего хочу, чтобы Яна взяла долбаную трубку.

Я принял свои чувства. Сросся с ними.

Даже если она выберет не меня, я смогу это принять. Такое со мной уже случалось, но в этот раз я максимально взвешен, потому что свои чувства принял на каком-то ином уровне. Наверное, потому что никогда не любил девушку так, как люблю сейчас.

Даже понимая, что буду выть в потолок от желания чувствовать ее рядом, не стану останавливать.

Я не могу ее останавливать. Не могу за нее решать, как ей жить. Решить это она должна сама, а я…

Возможно, мне придется пересмотреть свои планы на жизнь и надеяться, что в этой болтанке между городами Яну Волгину я не потеряю.

К двум часам мое терпение трещит по швам. Я продолжаю тусоваться в зале, потому что перспектива слоняться по квартире, где даже простыни Яной пропахли, вызывает стойкий протест в моей башке.

Я звоню ей снова. Третий раз за этот день, и окончательно теряю терпение, когда трубку снова никто не берет. Набираю ее брата, номер которого благоразумно записал, пацан отвечает сразу:

— Привет, — говорит пугливо.

— Привет, — отвечаю, обтирая футболкой мокрый лоб. — Я ищу Яну. Где она?

— Не знаю… она не дома. Ушла… утром… часов в восемь…

— Куда?

— В ТЦ…

Пять часов гулять по ТЦ — даже для нее слишком, но с учетом того, что часов с десяти льет дождь, возможно все.

— Ты ей звонил? — спрашиваю.

— Нет…

Я понимаю, что ему пятнадцать или около того и что его похуистическое отношение к данному вопросу вполне оправдано, но все равно на пацана злюсь. Прикинув, что жертвой ее игнора могу быть исключительно я один, прошу:

— Позвони. Уточни, где она находится. И перезвони мне.

Теперь и двести пятьдесят квадратов для меня тесноваты. Присев на пол у стены, стучу телефоном по ладони. Нетерпеливо смотрю на трубку, пока бьющий на меня воздух из кондиционера продувает влажную футболку.

Никита Волгин перезванивает через минуту и сообщает, что он тоже в игноре. Как и их с Яной мать. Это выводит мою концентрацию из состояния равновесия и, подумав, я набираю Яне сообщение:

«Я надеюсь, ты не уедешь, не попрощавшись».

Я почти не жду ответа, но он прилетает через минуту, когда я почти затолкал телефон в карман.

«Не уеду», — пишет Яна.

Изучив короткий ответ, печатаю:

«Где ты?»

«Гуляю», — отвечает.

«По-моему, для прогулок неподходящая погода».

«А мне нравится».

«Ты не думаешь, что о тебе могут волноваться?»

«Я сегодня эгоистка. Извини, но хочу побыть одна. Я позвоню завтра. П.С. Со мной все хорошо».

Прикончить меня обстоятельствами сильнее, чем уже сделала, она вряд ли сможет. По крайней мере в ближайшие дни, поэтому, с горечью усмехнувшись, печатаю короткое: «Окей». В конце концов, она знает, где меня искать, и понимает — будь у меня выбор, я бы не расставался с ней ни на одну гребаную минуту, тем более в ближайшие дни.

Глава 62

Примерно в пять вечера в боксе автосервиса я принимаю работу над многострадальной “Веспой”. Присев на корточки, провожу пальцами по корпусу, на котором больше ни одной царапины.

Хорошая работа. С зеркалами тоже полный порядок. Не знаю, как они это сделали, но апгрейд выглядит родным.

— Забираешь? — спрашивает стоящий надо мной спец.

Кивнув, я встаю.

Смысла обвязывать мопед красной ленточкой нет, уверен, подобные выебоны Яна не оценит, поэтому просто выдаю парням адрес и номер телефона ее брата, прося сегодня отвести аппарат туда, откуда его забрали. Для меня эта доставка будет бесплатной, потому что с этими парнями я знаком миллион лет, и однажды немного поучаствовал в спонсорстве их команды по мотокроссу.

Они были новичками зелеными, а теперь призеры, так что та сотня тысяч, которую я им подарил, стала памятной. Плюс ко всему, мы с Астаховым можем рассчитывать на мощную рекламу в их социальных сетях.

Дождь лупит по крыше бокса. Лупит по капюшону моей олимпийки, когда возвращаюсь в машину. Наблюдая через лобовое за тем, как “Веспу” грузят в пикап, с кривой ухмылкой вспоминаю тот день, когда слегка подвинул ее на парковке “Четырех сезонов”.

С учетом веса моей машины, сделать это аккуратно было не так уж просто. Не уравнение математической физики конечно, но поднапрячься пришлось.

Я кружу по городу немногим больше часа, чтобы убить время. Сегодня оно убивается особенно быстро, но вместо удовлетворения чувствую тупую пустоту.

Заняв место на стоянке железнодорожного вокзала, откидываю спинку кресла и, натянув на глаза капюшон, пытаюсь вздремнуть. Когда батя стучит в окно со стороны пассажирской двери, меня не подбрасывает и не вышвыривает из волшебных снов, потому что поспать не удалось.

Тряхнув головой, я снимаю с дверей блокировку, и он садится в машину. Стряхивает с рубашки дождевые капли, говоря: