Эхо в тумане

Ариана, возможно, и будет принадлежать Трентону по закону, но в душе она навсегда останется Колдуэлл. Бакстер может рассчитывать на это. Да, он вернет свои деньги… и Трентон Кингсли возместит ему убытки.

Подходящий финал столь непримиримой вражды.

Размышления Бакстера прервал тихий стук в дверь.

– Да.

Ариана открыла дверь и вошла.

– Бакстер… нам нужно поговорить.

Легкое ощущение вины возникло в его душе при виде ее влажных, слипшихся ресниц и пылающих щек. Но он отмел это чувство.

– Конечно, эльф. Входи.

Ариана пересекла комнату и остановилась перед братом, приподняв подбородок, чтобы видеть его лицо, и стала говорить, не смягчая слов.

– Расскажи мне еще раз о гибели Ванессы.

Темное облако пробежало по лицу Бакстера, он резко отвернулся.

– Пожалуйста, Бакстер… Мне необходимо знать.

– Ты уже все знаешь, – ответил он, опустив голову. – Я рассказывал об этом ужасном дне десятки раз. Мне нечего добавить.

– Я вынуждена выйти замуж за человека, который, как ты считаешь, убил нашу сестру! – взорвалась Ариана. – Несомненно, тебе есть что еще сказать!

Бакстер продолжал стоять к ней спиной.

– Доказательств вины Кингсли не было, – ровным голосом сказал он, внимательно разглядывая восточный ковер. – К тому же… несчастье с Ванессой произошло шесть лет назад. Оно никак не связано с твоим браком. Ты в полной безопасности, эльф, поверь мне.

Дрожащими пальцами Ариана перебирала и мяла складки платья.

– Ты действительно ничего не в состоянии сделать, чтобы предотвратить этот брак? Или просто ничего не хочешь предпринять?

Бакстер повернулся к ней лицом, брови его удивленно вздернулись дугой.

– Ты изменилась, малышка. Прежде ты никогда не была такой настойчивой.

– Мое будущее никогда раньше не ставилось на карту.

Он кивнул:

– Хорошо. И то и другое – я действительно ничего не могу сделать, а также ничего не хочу предпринимать. Королева всегда была неравнодушна к семье Кингсли. Бог знает почему.

Ариана глубоко вздохнула:

– Ее указ обязывает. Так же, как и брак, Бакстер. Но почему ты ничего не хочешь сделать?

Протянув руку, он потрогал один из спутанных локонов.

– У тебя будет все, что ты только пожелаешь, эльф. Все, чего я больше не могу тебе дать. – Увидев выражение ее глаз, он поспешно добавил: – Кроме, конечно, твоих романтических представлений о любви. Но так же сильно, как ты веришь в нее, у меня, наоборот, нет и тени надежды на то, что истинная любовь действительно существует. А этот брак предоставит тебе больше, чем любой другой, который я смог бы устроить.

– И что же именно он мне предоставит? – спросила она сдавленным голосом. – Самый отвратительный враг нашей семьи, возможно убийца, в роли моего мужа?

Бакстер стиснул зубы:

– Он не поднимет на тебя руку. Я ручаюсь. Он не посмеет… после того, что произошло с Ванессой. Помни, Ариана, вся Англия знает о сомнительных обстоятельствах смерти нашей сестры. В свете распространились слухи, обвиняющие Кингсли в убийстве. Такой грандиозный скандал может на время утихнуть, но о нем никогда не забудут. Стоит только Кингсли совершить еще какой-либо неблаговидный поступок, как честь столь дорогой его сердцу семьи будет окончательно погублена. Он скорее умрет, чем рискнет ее репутацией.

Ариана пристально всматривалась в его лицо.

– Ты, в самом деле, веришь в это, не так ли?

– Да, – не сомневаясь, ответил он. Она кивнула, уступая и испытывая некоторое облегчение.

– И на том спасибо. По крайней мере, я теперь знаю, что ты жертвуешь только моим счастьем ради денег. А не жизнью.

– О Боже, Ариана! – Пальцы Бакстера впились в ее руки, ему так хотелось, чтобы она все поняла. – Похоже, ты считаешь меня людоедом.

Она слабо улыбнулась:

– Я не считаю тебя людоедом, Бакстер. Возможно, я понимаю тебя даже лучше, чем ты сам себя знаешь.

Она высвободилась из его рук и медленно направилась к двери.

– Пойду готовиться к свадьбе. – Закрыв за собой дверь, Ариана прислонилась к стене, ее горло сжалось от одиночества. Хотелось бы ей знать, где она меньше значит – здесь или в Броддингтоне.

– Жена? Боже, Трентон, когда это произошло? – Дастин Кингсли вскочил и уставился на своего старшего брата, небрежно развалившегося в одном из глубоких стеганых библиотечных кресел Тирехэма. Библиотеку спроектировали сами братья. Трентон пожал плечами:

– Сегодня.

– Сегодня, – бессмысленно повторил Дастин. Привычным жестом он в волнении провел большим и указательным пальцами по сужающимся к концу усам, при этом пристально вглядываясь в лицо Трентона.

– Хорошо, братец. Ну а теперь расскажи мне остальную часть истории.

– Остальную часть истории? – Лицо Трентона выражало саму невинность.

Глаза Дастина, синие, словно полуночное небо, подозрительно прищурились.

– Ты говоришь со мной, Трентон. Никто не знает тебя лучше, чем я. Ты покинул Суссекс шесть лет назад. Внезапно, во время моего последнего визита в Спрэйстоун ты объявил, что возвращаешься с единственной целью – расстроить помолвку Бакстера Колдуэлла. Что ты и сделал. Но ты ни словом не упомянул о своей помолвке. А сейчас, как гром среди ясного неба, ты объявляешь, что женишься. Кто она и почему ты на ней женишься?

Трентон усмехнулся и, закинув ногу за ногу, с обманчивой небрежностью откинулся на спинку кресла.

– Ее зовут Ариана, я женюсь на ней потому, что она младшая сестра Бакстера Колдуэлла.

Дастин разинул рот от изумления:

– Ты что, рассудок потерял?

– Уже давно.

– Какого черта, Трентон, что ты делаешь?

– Хочу оплатить долг за нашего отца.

– Женившись на сестре Колдуэлла? Неужели случай с Ванессой тебя ничему не научил?

Гнев, казалось, углубил морщинки вокруг глаз Трентона, морщинки, которых до знакомства с Ванессой не было.

– Многому научил, Дастин. Слишком многому.

– И, тем не менее, ты упорно стремишься довести все до конца.

Дастин принялся расхаживать по комнате, качая головой.

– Почему ты считаешь, что Колдуэллы согласятся с твоими намерениями?

– О, они согласятся. Об этом позаботилась королева Виктория.

Дастин резко остановился:

– Объясни как следует.

Коротко и без промедления Трентон рассказал брату о событиях последних дней.

– Итак, ты насильно заставляешь молодую девушку выйти за тебя замуж?