Экс-Бугимен

Она подумала, могла бы она присоединиться к веселью, либо же она все испортит своими попытками. Она вовсе была не старой дамой, но она была довольно зрелой, и это было достаточно "взрослой" для народа, возрастом до двадцати пяти, кем было большинство здесь. Может быть она рассказала бы им о своем статусе "королевы крика"...

Приближаясь к поляне, она почувствовала запах открытого пива и марихуаны, которые усилили ностальгию, которую испытывала Лола с того момента, когда прибыла в Клир-Ривер. Но, как только она увидела толпу подростков поближе, она вспомнила, насколько давно прошли ее подростковые годы. Лоле эти люди казались даже моложе, чем они были на самом деле. В каком-то смысле, двадцатилетки стали выглядеть для нее, как двенадцатилетки. Как только ты минуешь сорок лет, любой, кто был младше тридцати - для тебя был практически ребенком, а тот факт, что у тебя у самой были дети-подростки, только усиливал это чувство. Один из мальчишек был опасно близок к огню, и у Лолы появилось желание сказать ему, чтобы тот отошел от огня. Близняшки по-прежнему были в своих откровенных бикини, и им она хотела сказать, чтобы они приоделись. Материнские инстинкты возобладали над желанием пригубить пивка. Не важно, насколько она об этом соскучилась, она просто была здесь лишней.

Она решила заканчивать ночь, также она решила заканчивать и с "Безумным" тоже, но пока она добиралась до хижины, к ней приблизилась девочка. Этой реально было двенадцать – светлое личико, косички, улыбка со скобами. В руках у нее был сборник сочинений.

– Извините, – проговорила девочка.
– Но это вы играли Молли Гаррисон.

Смущенная девочка отвела взгляд. Лола заметила, что рядом с ней была девушка постарше, и сопоставив одно с другим, Лола решила, что они сестры. Когда старшая приблизилась, скромность младшей испарилась.

– Извините, - сказала она Лоле.
– У меня все имена спутались. Я еще не видела "Безумного", но действительно хочу посмотреть. Мои новые друзья Зэд и Бриана сказали, что это лучший страшный фильм на свете.

– Ну, с их стороны это было мило.

– А Бриана сказала, что вы тоже были самой крутой героиней на свете! Я думаю, это реально круто, так что я подумала, могу я получить ваш автограф?

У девочки явно голова шла кругом, она подпрыгивала и покусывала губы. Лола не думала ее заворачивать. Она не будет просить у нее плату, как она делала это на конвентах. Иногда простая встреча с поклонниками, не важно, с молодыми или в возрасте, было всем, что ей нужно. Девочка попросила подписать как "для Элли", и Лола добавила "девчонки тоже крутые!", добавляя небольшое сердечко внизу, на букве Г, в фамилии Лэнг. Элли показала автограф сестре Рэйчел так, как будто она в лотерею выиграла.

– Спасибо большое, - сказала Элли Лоле.
– Я хочу быть такой как вы, когда-нибудь.

– Актрисой?

– Нет. Крутой героиней, которая останавливает злодеев.

– Ну, - Лола усмехнулась.
– Ты уже, как по мне, кажешься довольно крутой.

– Спасибо. Я работаю над своей храбростью. Я иногда... стесняюсь.

– Ну... то, что некоторые зовут "стеснительностью", на самом деле - "вежливость". Это редкая черта в наши дни, да и для твоего возраста. Не волнуйся. Выйдешь ты из своей раковины довольно скоро, - oна подмигнула.
– Я понимаю, что передо мной коллега-героиня, когда ее вижу.

* * *

Это был не настоящий оксикодон^[17]. Но ни Фиби, ни Вивии знать это было не обязательно. Не то, чтобы Чувачелло не хотел, чтобы близняшки не платили за таблетки - во всяком случае, он не хотел, чтобы они платили налом. Да и вреда особого от этих таблеток не было. Что было вредного в том, чтобы предотвратить изжогу лекарством из-под полы? Они конечно не забалдеют, как от реальных опиоидов, но может им зайдет эффект плацебо. Как бы там ни было... К моменту, когда они начнут интересоваться, что они приняли, Чувачелло вероятно получит то, чего хочет. Ну, может не все, чего он хочет. Он хотел трахнуть этих крошек, либо по крайней мере одну из них. Ему было все равно какую, он все равно их не различал. Но становилось все более очевидным, что ни одна из близняшек не достанутся ему так же просто, как эти таблетки от изжоги. Скорее всего, ему придется прибегнуть к более простым острым ощущениям.

– Я просто хочу увидеть их, - проговорил он.

Чувачелло привел близняшек в свою хижину под предлогом, что он угостит их болеутоляющими. Он едва мог поверить, что остался с ними наедине. Oбе красотки стояли перед ним, в своих скандальных бикини, их аппетитные дойки фактически вываливались из лифчиков, а разрез между ягодицами манил выглядывая из трусиков.

– Да ладно, Чувачелло, - сказала Фиби.
– Ты ничего не говорил, про стриптиз, когда звал нас сюда.

– Точно, - поддакнула Вивия.
– Ты сказал, что у тебя есть "oкси".

– У меня есть, - он достал пластиковый пакетик из сумки.
– Но я вам уже и так дал тонну бесплатной травки. Вы не хотите дать старине Чувачелло что-нибудь взамен?

Близняшки переглянулись. Тот факт, что они не сразу же ему отказали, дал ему надежду, что у него что-то выгорит.

– Вы и так уже почти голые, - продолжил Чувачелло.
– Эти бикини буквально зубная нить и повязка на глаза.

– Заткнись, ботан, - усмехнулась Фиби.

– Я просто хочу посмотреть на эти ваши сочные дыньки. Сиськи у вас просто разъеб.

Он достал "косяк" из кармана и подкруил его. Близняшки улыбнулись, Вивия укусила себя за нижнюю губу, а Фиби подняла бровь, как бы приглашая его флиртом. Когда она потянулась за "косяком", Чувачелло потихонечку отвел "косяк" от ее руки.

– Ты первая, - сказал он.
– Или зассала.

– Ой-ой-ой, - задразнила она.
– Ты меня на понт берешь. Что ж, я просто обязана теперь это сделать.

– Ага, Чувачелло, – усмехнулась Вивия.
– Тебе что, десять лет?

– Думаю, я - ребенок в душе, - сказал он.

– С детским хером.

Сестры обе засмеялись. Чувачеллу это конечно задело, но он не подал виду. Неужели близняшки видели очертания его пениса через мокрые плавки сегодня днем? Девочки же знают, как у парней сморщивается в холодной воде, верно?

– У меня три таблетки "oкси", - продолжил Чувачелло, держа "косяк" в зубах, при этом копаясь в своей сумке.
– Если хотите, вы знаете, что должны сделать.

– Откуда мы знаем, что это не наркота? – снова усмехаясь сказала Вивия.

– Ага, - добавила сестра.
– Откуда мы знаем, что ты не хочешь нас раздеть и обдолбать наркотиками?

– Все просто, - ответил Чувачелло.
– Я приму одну. А вы можете даже выбрать какую я приму. Они все одинаковые.

Это было близко к истине.

– Ну ладно, - наконец сказала Фиби.
– Думаю, ты заслужил небольшое подглядывание.

Чресла Чувачелло взбеленились как яма со змеями.

– Но, не больше, - добавила Вивия.
– Не трогать. А если ты что-нибудь попробуешь, мы тебе жопу надерем. Наш папа занимается Муай-Тай, он учил нас пинаться.

– Никаких проблем, - Чувачелло развел руки.

– И вначале мы хотим таблетки.

После того, как они все приняли свои дозы, близняшки по-очереди пропустили "косяк", затем настала очередь снимать лифчики, предлагая Чувачелло стриптиз, который мог заставить мужчину, покинуть свою семью. Груди обеих девушек были полным отражением друг друга, каждый дюйм одной, был полной копией другой. Казалось, что они даже раздеваются синхронно, как будто для этого момента они репетировали. Чувачелло сел на кровать с распахнутым ртом. Близняшки повернулись и наклонились, спуская трусики бикини наполовину, но достаточно для того, чтобы он застонал. Близняшки захихикали.