Эксперт № 25 (2014)

При этом заказчик может менять комплектацию поезда в зависимости от целей его использования. Так, технические характеристики «Ласточки» позволяют эксплуатировать состав не только для внутрирегиональных перевозок, но и для межрегиональных и даже для перевозок дальнего следования (до 1 тыс. километров) с установкой спальных мест в вагонах.

В ближайшие несколько лет «Уральские локомотивы» будут поставлять «Ласточки» только РЖД. Тем не менее группа «Синара» параллельно ведет переговоры и с другими потенциальными покупателями нового подвижного состава. В первую очередь это страны с таким же размером железнодорожной колеи, как и в России, то есть преимущественно страны СНГ. «Мы видим определенные перспективы для нашей продукции в Казахстане и Белоруссии. Сейчас уже начаты переговоры о возможной поставке электровозов, которые мы выпускаем на “Уральских локомотивах”. По пассажирским электропоездам, я думаю, нам надо серьезно поработать с Узбекистаном — это страна с большим населением и востребованностью пассажирских перевозок», — считает Дмитрий Пумпянский.

В самой компании РЖД тоже не сомневаются в будущей популярности «Ласточек». «На этих поездах использованы самые передовые технологии. Это серьезный прорыв в российском транспортном машиностроении», — уверен Валентин Гапанович. В Siemens подчеркивают конкурентоспособность своих электричек. «Что касается электровозов и электропоездов, то мы видим себя впереди рынка по качеству и эффективности. Но конкуренты не спят, у них есть интересные решения, за которыми мы внимательно следим. Если на какое-то время остановить процесс по обновлению производства и внедрению инноваций, то совершенно понятно, что позиции на рынке будут потеряны», — уверен Дитрих Мёллер.

Между конкуренцией и монополией Ирик Имамутдинов

Инициированная Минэнерго реформа рынка тепловой энергии создаст в отрасли по-настоящему конкурентную среду и приведет к системному энерго- и ресурсосберегающему эффекту, измеряемому в масштабах страны триллионами рублей, убежден генеральный директор компании «КЭС Холдинг» Борис Вайнзихер

section class="box-today"

Сюжеты

Инвестиции:

Миноритарии «Транснефти» пожаловались Медведеву на низкие дивиденды

Капитал на ремонт

Пятый раньше четвертого

/section section class="tags"

Теги

Тепловая энергетика

Русский бизнес

Экономика

Инвестиции

Бизнес и власть

/section

На днях Министерство энергетики РФ представит в правительство дорожную карту «Внедрение целевой модели рынка тепловой энергии». Карта формулирует последовательность действий федеральных министерств и региональных ведомств для поддержки инвестиционной и технологической составляющих централизованного теплоснабжения.

Последующая реформа должна кардинально изменить ситуацию в отрасли, оборот которой превышает 1,5 трлн рублей (что сопоставимо с 2,5% ВВП страны) и которая при этом находится в бедственном положении. У огромного рынка, который, казалось бы, должен быть средоточием предпринимательской пассионарности, до сих пор нет своего субъекта реформирования.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

План Минэнерго составлен в виде дорожной карты, разделенной на пять разделов и включающей в себя 40 мероприятий. Переходный период для внедрения новой модели рынка теплоснабжения должен завершиться к 2020 году. Центральная идея Минэнерго — стимулирование большего использования технологий когенерации в производстве тепла как более технологически и экономически эффективных. Документ определяет последовательность действий, необходимых для повышения эффективности Единых теплоснабжающих организаций (ЕТО). Задачей ЕТО станет обеспечение подконтрольных технологических зон теплом по тарифам не выше цен так называемой альтернативной котельной — наилучшего из возможных для определенного региона технологических решений, не включенного в систему когенерации. По замыслу авторов реформы, она позволит решить проблему инвестирования в систему централизованного теплоснабжения, попутно остановив бездумную «котельнизацию» страны.

Первоначально планировалось, что новая модель рынка тепла будет запущена 1 июля 2014 года. Однако власти не спешили с принятием политического решения о запуске реформы, так как она затрагивает интересы фактически всего населения России, на которое приходится три четверти потребления тепла в стране. Были и сомнения, подогреваемые различными заинтересованными группами. Не говоря уже о разногласиях между частными крупными генераторами, поддерживающими реформу, и их оппонентами — владельцами котельных, участков сети, а также муниципальными предприятиями. Не было согласия даже между государственными ведомствами, например, Минэнерго и Минэкономики, с одной стороны, и Минрегионом и ФАС — с другой.

О том, почему необходимо было принятие предложенной модели реформы рынка, о системах централизованного теплоснабжения (СЦТ) в целом, о ключевых действиях по наведению порядка в сфере теплоснабжения мы говорим с Борисом Вайнзихером , генеральным директором КЭС Холдинга — крупнейшей частной генерирующей компании страны, в состав которой входят пять ТГК, работающих в 16 регионах и консолидируемых сейчас в единую компанию. Борис Вайнзихер — один из главных застрельщиков и идеологов предложенного Минэнерго образца реформы. Технократ постсоветской волны, он окончил энергомашиностроительный факультет Ленинградского политеха по специальности «турбиностроение», работал инженером, занимал топ-менеджерские позиции в «Ленэнерго», на крупнейшей на Северо-Западе Киришской ГРЭС. В 2005 году Вайнзихер был приглашен Анатолием Чубайсом на пост технического директора РАО ЕЭС, какое-то время совмещал эту должность с выполнением обязанностей гендиректора «Силовых машин», затем руководил ТГК-1.

— Борис Феликсович, разговоры о бедственном положении систем теплоснабжения, поисках путей их модернизации и реформирования, признаться, уже порядком набили оскомину. Давайте до обсуждения реформенных проблем поговорим о технологических преимуществах СЦТ, которые считаются одним из главных технологических достижений Советского Союза.

— Вообще-то в России первая такая система появилась в Санкт-Петербурге еще в 1903 году. С ее помощью тепловая энергия отработавшего на электростанции пара обогревала десяток корпусов детской больницы Раухфуса. Но, конечно, значительно большее распространение централизованное теплоснабжение получило именно в советское время, и к началу войны во многих больших городах, особенно в Москве и Ленинграде, такие системы занимали уже значительное место. У нас есть шикарный альбом, просто произведение искусства, — годовой отчет за 1933 год о работе Самарской ГРЭС, с которой начиналась теплофикация города. В издании приводится такой пример: эффект от перевода на централизованное теплоснабжение домов в предыдущем 1932 году сопоставим с несжиганием объема дров, который можно было бы получить от вырубки всего центрального городского парка. Очень доходчиво, гражданам понятно, чего желать: когда тепло придет в их дом, дрова станут не нужны. До войны в Ленинграде, кажется, почти половину объема трамвайных перевозок составляла транспортировка дров и угля для предприятий и населения, поэтому в городе существовала такая развитая трамвайная сеть. То, что происходило в сфере теплоснабжения позднее, в 50–60-х годы прошлого века, вообще не имеет мировых аналогов и является одним из громаднейших достижений Советского Союза. С развитием СЦТ в эти годы я могу сравнить, без всякого преувеличения, разве что реализацию космического и атомного проектов, создание Единой энергетической системы СССР — настолько это развитие было масштабно и всепроникающе, оно подняло промышленность и действительно привело в свое время к совершенно другому уровню качество жизни людей.

— У технологий когенерации или теплофикации (одновременной выработки тепла и электричества на ТЭЦ), которые используются в СЦТ, высокий КПД. В предлагаемой модели реформирования рынка тепла ставка по-прежнему делается на поддержку когенерации?

— Безусловно. Ведь известно, что один человек, который пользуется теплом и горячей водой ТЭЦ, способствует экономному производству электроэнергии для себя и еще трех-семи человек — это число зависит от типа оборудования, — и для 18 человек, если работа этой ТЭЦ базируется на парогазовых установках (ПГУ). При раздельном производстве тепла в котельной и электричества на конденсационной электростанции, даже на ПГУ, их совокупный КПД редко превышает 70 процентов, а на современных ТЭЦ этот показатель достигает 90 процентов. Причем эффективность когенерации зависит от масштаба использования. Поэтому Скандинавские страны, которые мы любим ставить себе в пример, после нефтяных кризисов 70-х годов, оглядываясь на опыт нашей страны, двинулись в сторону развития СЦТ с безусловной поддержкой когенерации. И если в Дании в 1977 году доля централизованного теплоснабжения составляла всего 16 процентов, то сейчас — 99 процентов, похожая картина в Швеции и Финляндии. В Швеции этот процесс происходил большей частью за счет частной и муниципальной инициатив. А вот в Дании действовала жесткая государственная установка: там, в частности, вообще введен запрет на строительство отдельных котельных и подключение к ним, даже если бы они обходились дешевле, но ставилась главная цель — системное энергосбережение, и ради ее достижения на первоначальные расходы не скупились. В пользу централизованного теплоснабжения и когенерации говорит еще один важный аргумент — экология. На снимках Стокгольма 70-х годов прошлого века, как и наших городов 50–60-х годов — сплошные дымящиеся трубы работающих на мазуте и угле котельных. Сейчас этого нет. Да и самих котельных мало осталось.

— Получается, что наша страна отстала от своих учеников.  

— Даже сейчас мы пытаемся поддерживать централизованное теплоснабжение в том виде, в каком оно было в СССР, — я говорю о системных вещах, а не о технических новациях. Технически, конечно, система сильно изменилась. Первых потребителей тепла снабжали паром. Потом перешли на носитель, нагретый до 150 градусов, когда за счет высокой температуры можно передать больше тепла в дома с высокими энергопотерями — это как раз то, во что мы до сих пор упираемся. Здания становились все более энергоэффективными, появились сети до 120 градусов, с таких сразу начинались CЦТ в Копенгагене, Хельсинки и Стокгольме. При таком температурном режиме многие материалы, используемые в теплоснабжении, ведут себя совершенно по-другому: металл легче защищать от коррозии, освоены пластиковые трубы диаметром до 200 миллиметров и так далее. По трубам следующего поколения сетей течет вода уже в 90 градусов. А температура в самых современных сетях теплоснабжения вообще всего 60 градусов.

— Понятно, что сами сети лучше сохраняются при более низкой температуре идущего по ним теплоносителя, соответственно, меньше и потери.

— Причем не только за счет сохранности труб, ведь потери в сетях напрямую зависят от градиента температур и площади поверхности. Одно дело, когда на улице минус десять градусов, а внутри труб — плюс сто пятьдесят. И совсем другое, если у вас минус десять и плюс шестьдесят при площади поверхности труб в тысячи квадратных метров. При той же теплоизоляции можно добиваться минимальных потерь, а сама изоляция обходится гораздо дешевле. В чем еще прелесть низкотемпературных сетей — они намного безопаснее. Помимо высокотемпературных сетей нам от СССР осталось в наследство еще и несколько технологически связанных с ними анахронизмов. Строились СЦТ в советское время быстро и дешево. Соответственно, использовались очень простые методы обустройства систем теплоснабжения, в частности так называемый качественный метод регулирования по зависимой схеме, когда температуру в любой квартирной батарее фактически напрямую регулируют на ТЭЦ. То есть станция продает не только энергию, но еще и циркуляцию теплоносителя в каждой батарее. Дешево, никаких дополнительных устройств у потребителя ни в доме, ни в квартире нет. В придачу к этому придумали еще и открытый водоразбор — это когда воду для горячего водоснабжения тоже готовят на ТЭЦ. Нигде в мире этого больше вообще нет. Но в свое время данная технология казалась уж больно заманчивой — настолько все дешево, просто и доступно. Ленинградские ученые за ее разработку даже госпремию получили. В 50–60-е годы то, как быстро миллионы советских граждан получили очень высокую степень комфорта, прощало любые издержки, связанные с такой технологической «простотой»: и грязную горячую воду, и неравномерность отопления квартир, и отключения. Те страны, которые стали развивать централизованное теплоснабжение, учась у нас, тем не менее сразу же пошли иным путем, развивая только так называемые независимые схемы СЦТ, когда теплоноситель контура у потребителя отделен от контура той же ТЭЦ.