Эксперт № 25 (2014)

Но стимулирование компаний к повышению КИН потребует от государства более гибкой фискальной политики. Одной из стимулирующих мер для более глубокой выработки месторождений, а в перспективе и при разработке нетрадиционных ресурсов УВС эксперты называют переход от оборотных налогов на налогообложение прибыли или на налог на дополнительный доход (НДД). В Минэнерго их поддерживают, считая, что такой налог необходимо вводить, опробовав сначала его эффективность на нескольких пилотных проектах. В дальнейшем это позволит более корректно распределить налоговую нагрузку на нефтяную отрасль.

Низкий уровень конкуренции может существенно замедлить темпы разработки и внедрения технологий в этой области, и наоборот, считает генеральный директор Ассоциации малых и средних нефтегазодобывающих организаций «АссоНефть» Елена Корзун . Для создания конкурентной среды и развития сектора независимых нефтяных компаний (НКК) необходимо разработать механизм вычетов расходов на геологоразведочные работы из налога на добычу полезных ископаемых, ввести понижающие коэффициенты НДПИ для нефти, добываемой из мелких месторождений. Требуется и содействие властей в предоставлении недискриминационного доступа к направлениям экспорта, а также в использовании их в качестве полигонов для введения НДД — в НКК считают, что небольшие гибкие компании быстрее покажут эффект от применения этого налога, в том числе для государства.

Переход от оборотных налогов на налогообложение прибыли потребует от властей готовности отказаться от сиюминутного бюджетного подхода (а бюджет ощутимо потеряет при введении НДД) в пользу стратегического планирования своих доходов за счет системных выгод от повышения отраслевой эффективности. Необходимо тонкое администрирование, знание отраслевой специфики, чтобы не дать компаниям накручивать затраты, а значит, необходимо ведение отдельного учета для каждого проекта. По мнению президента Института энергетических исследований (ИНЭИ) РАН академика Алексея Макарова , именно такая политика сделает экономически привлекательным освоение нетрадиционных ресурсов: разработку тяжелой и вязкой нефти, нефтяных битумов, месторождений сланцевой нефти Баженовской свиты — и позволит совокупно увеличить ежегодную добычу сырья по сравнению с базовым сценарием развития отрасли, просчитанным ИНЭИ, еще на 30 млн тонн к 2040 году. Директор Энергетического центра московской школы управления «Сколково» Григорий Выгон считает, в частности, что до 2020 года основная неопределенность в добыче нефти связана прежде всего с налоговой политикой государства, а уже к 2035 году акцент с налогов сместится в сторону эффективности развития технологий и успешности геологоразведочных работ. По его мнению, в благоприятном сценарии добыча нефти, включая нетрадиционную, может достичь в России 572 млн тонн к 2035 году. Если же ничего не менять, утверждает министр энергетики Александр Новак , добыча нефти упадет и в течение 20–30 лет из имеющихся запасов будет добыто лишь 11 млрд тонн.

Автор благодарит научного сотрудника ВНИГРИ Алину Зафарову за помощь при подготовке статьи

Самураи скоро вернутся Геворг Мирзаян

Япония отказывается от пацифистской политики, которую проводила более полувека. Причина столь резкого поворота — дестабилизирующая регион экспансия Китая и ослабление Соединенных Штатов

section class="box-today"

Сюжеты

Вокруг идеологии:

ФНБ: деньги с возвратом

О войне за русский язык

Вертушки улетят в Пакистан

/section section class="tags"

Теги

Азия

Политика

Япония

Вокруг идеологии

Оборонный комплекс

/section

Премьер-министр Японии Синдзо Абэ сделал давно ожидаемый, но крайне рискованный шаг на пути к превращению Японии в полноценное государство. В конце мая — начале июня он де-факто заявил о пересмотре пацифистской конституции, написанной под диктовку оккупационной администрации после Второй мировой войны. По его словам, Токио отказывается от пассивной послевоенной дипломатии, будет проводить более активную и самостоятельную внешнюю политику и не намерен больше стопроцентно полагаться на американские гарантии в области безопасности.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Абэ не просто имел право, но даже обязан был сделать такое заявление. Пацифистская конституция, которую Японии навязали оккупационные власти, в частности ограничения на обладание собственными вооруженными силами, давно уже морально устарела. Страна является третьей экономикой мира, ответственным членом международного сообщества, поэтому имеет куда больше прав на полноценную армию и использование всех принятых дипломатических инструментов, чем та же КНДР или Украина. Решение Синдзо Абэ превратить Японию в «нормальное государство» назрело еще и потому, что Восточная Азия — один из лидеров по числу территориальных конфликтов. Между государствами региона масса экономических, политических, культурных и даже исторических противоречий. В такой ситуации Япония не может больше полностью делегировать свою оборону другой стране. Тем более Соединенным Штатам, чья политика в последние годы поставила под вопрос надежность их гарантий.

Однако, с другой стороны, превращение Японии в полноценное государство и выход ее из-под американской опеки грозит региону большими проблемами. В Восточной Азии существуют весьма хрупкий баланс сил и уникальная система управления конфликтами. По сути, все многочисленные конфликты замораживались, и гарантией их пребывания в таком состоянии являлось доминирование США, управлявших делами региона через свою систему союзов. Однако в последние годы это доминирование слабеет, и, как следствие, конфликты переходят в горячую стадию. Желание Токио поучаствовать в их разрешении в качестве независимого, а не подконтрольного Штатам игрока (учитывая специфику Японии и отношение к ней в регионе) может окончательно разрушить всю систему. Что в недалеком будущем чревато масштабной войной.

Китайские демонстрации

Довольно распространенное мнение: к нынешнему «активизму» Синдзо Абэ подтолкнул Пекин. Именно агрессивная внешняя политика Китая (завершившего период накопления сил и перешедшего к захвату пространства Южно-Китайского и Восточно-Китайского морей) отчасти и привела как к возвращению Абэ на пост премьера, так и к его майско-июньским заявлениям. Японцев абсолютно не устраивает линия лидера КНР Си Цзиньпина , который пытается скрытно продвигать восточноазиатский вариант «доктрины Монро».

Смысл китайского подхода в том, что страны региона должны решать свои проблемы сообща, без участия «внешних сил», под которыми китайцы, понятно, подразумевают Соединенные Штаты. «Нам нужно обновить наши взгляды на безопасность, создать новую региональную архитектуру в области безопасности, основанную на взаимном сотрудничестве, и совместно ее развивать в интересах всех стран-участниц», — заявил китайский лидер. При этом все понимают, что ни о каком равноправии в данной системе не может быть и речи: учитывая превосходство Китая над соседями, Пекин просто займет в ней место Вашингтона. Но при этом, по мнению японцев, будет исполнять роль регионального лидера в разы менее эффективно.

В попытке навязать региону свой подход китайцы уже предприняли ряд действий, которые серьезно подрывают региональную безопасность. Так, долгие годы Пекин целенаправленно трудился над тем, чтобы снизить уровень американского военно-политического присутствия в Восточной Азии. По словам заместителя главы Генштаба НОАК адмирала Сунь Цзяньго , система военных союзов Соединенных Штатов является реликтом холодной войны и должна быть заменена азиацентричной системой безопасности. Именно поэтому, в частности, китайцы так нервно реагируют на северокорейские провокации: агрессивная политика покойного Ким Чен Ира и нынешнего вождя КНДР, его сына Ким Чен Ына , наглядно доказывает необходимость присутствия вооруженных сил США в Южной Корее и Японии.

Кроме того, китайцы намеренно усиливают свое военно-политическое присутствие в регионе. Причем каждый свой шаг официальный Пекин обосновывает как защитную меру, реакцию на недружественные действия соседей. Так, формально расширение китайской опознавательной зоны ПВО в ноябре 2013 года на все пространство Восточно-Китайского моря стало ответом на изменение японскими властями статус-кво в вопросе спорных островов Сенкаку (Токио купил часть островов у частных владельцев, приобретя тем самым суверенитет над ними). При этом Китай уже не удовлетворяется формальным контролем — он требует фактического соблюдения своих условий. Так, в прошлом месяце китайские истребители пролетели в нескольких десятках метров от двух японских воздушных разведчиков, вошедших в «китайскую зону ПВО». США и Япония потребовали от китайцев прекратить подобные опасные маневры, однако Пекин ответил отказом. «У китайских самолетов есть право… принимать все необходимые меры для идентификации и недопущения проникновения иностранных воздушных судов в пространство китайской идентификационной зоны над Восточно-Китайским морем», — заявили в министерстве обороны Китая.