Эксперт № 32 (2013)

Очевидно, что сегодня путь к стабилизации отношений между Тбилиси и Сухуми с Цхинвали лежит через Москву, через нормализацию российско-грузинских отношений — нормализацию, которая выгодна не только Тбилиси, но и Москве («ноль проблем с соседями» всегда является необходимым элементом любой эффективной стратегии регионального лидерства). Однако, несмотря на то что правительство Бидзины Иванишвили заявило о намерении мириться с Москвой и сама Москва вроде как не против, диалог продвигается крайне сложно. У каждой из сторон есть свои страхи, в каждой из стран — свои противники стабилизации отношений.

Так, в России алармисты не устают повторять, что Грузия ведет двойную игру и готовит новое вторжение. В качестве доказательств приводят отказ Тбилиси подписать соглашение о неприменении силы в отношении обеих республик. Однако тут дело не в том, что Грузия жаждет реванша за 2008 год — просто подписывать эти документы не с кем. Сам факт подписания такого документа с Абхазией и Южной Осетией будет автоматически означать их признание со стороны Грузии. В Тбилиси говорят, что готовы подписать документ с Москвой, однако Россия справедливо утверждает, что она признала Абхазию и Южную Осетию независимыми государствами и не может от их имени подписывать подобного рода международные документы.

В свою очередь, в грузинской правящей коалиции нет единого мнения относительно отношений с Россией — слишком сильны еще фантомные боли и опасения за собственный электоральный рейтинг. Так, некоторые предлагают просто сесть за стол и начать разговор. «Если диалог не будет открыт, мы не сможем основательно обсуждать ни один вопрос, в том числе и восстановление территориальной целостности. Поэтому дипломатические отношения должны быть восстановлены без каких-либо предусловий, уговоров и взаимных обещаний», — считает министр юстиции Грузии Тея Цулукиани . И в то же время грузинские власти говорят, что никакого восстановления дипломатических отношений быть не должно до тех пор, пока Россия сохраняет дипломатические отношения с Южной Осетией и Абхазией. Между тем для всех очевидно, что отказа от признания не будет. И не потому, что мы радеем за осетин и абхазцев, просто Россия не банановая республика, которая может признавать и отзывать признание.

Для стабилизации отношений нам нужно не только оставить позади события 2008 года как полностью отыгранные, но и научиться уважать позиции и риторику друг друга. Мы должны понять, что ни один грузинский политик публично не откажется от планов по реинтеграции Южной Осетии и Абхазии. Мы должны забыть и об имперской риторике, о заявлениях типа «политически Грузия может состояться только в стратегическом союзе с Россией, которой грузинские государство и народ обязаны своим существованием» (это мнение начальника сектора кавказских исследований РИСИ Яны Амелиной разделяют и другие политологи, считающие себя патриотами). И дело тут даже не в том, что никакого стратегического союза с Москвой после отторжения Южной Осетии и Абхазии не предвидится. Никто не оспаривает тот факт, что Грузия находится в нашей сфере влияния, однако она является независимым государством. И вольна выбирать между политическими проектами, которые ей предлагают. Если российский проект — прежде всего из-за нашей риторики — видится грузинам менее привлекательным, чем западный (даже при всех минусах и иллюзорности последнего), то выбор будет явно не в пользу «стратегического союза» с Россией. Благо альтернативы есть.

В свою очередь, грузинские лидеры должны признавать сложившуюся реальность, баланс сил, трезво оценивать свои возможности, а также с пониманием относиться к позиции Москвы относительно планов Грузии по вступлению в НАТО. Тем более что эта позиция абсолютно логична и прагматична. «Это (вступление в НАТО. — “Эксперт” ) ничего не добавит Грузии как суверенному, хорошо развивающемуся государству, но в то же время создаст долгосрочный, долговременный источник напряженности между нашими странами… Вы станете участником крупного военно-политического альянса, который — еще раз повторяю, это не мы придумали, это до нас все сделали — является… так называемым вероятным противником при возникновении определенных ситуаций», — поясняет грузинским тележурналистам Дмитрий Медведев.

Карта

Война 2008 года привела к окончательной независимости Южной Осетии и Абхазии

Демобилизирующий канцлер

Сергей Сумленный

За шесть недель до парламентских выборов в Германии немцы уже знают, кто будет новым канцлером. Все остальное пока неясно

Личный рейтинг Ангелы Меркель среди всех избирателей составляет 67%, а среди сторонников ХДС — 97%

Фото: AP

«Результат выборов? Я готов определенно сказать лишь то, что одна из партий, формирующих правительство, будет “черной”, это будут консерваторы», — политический обозреватель немецкого телеканала Phoenix предпочитает ответить на вопрос о предстоящих выборах шуткой. И хотя парламентские выборы пройдут в Германии только 22 сентября, через полтора месяца, уже сегодня все говорит о том, что на них гарантированно победит партия Ангелы Меркель , Христианско-демократический союз (ХДС).

Показатели и лично Ангелы Меркель, и возглавляемой ею партии действительно поражают. Личный рейтинг Меркель среди всех избирателей составляет 67%, а среди сторонников ХДС — 97%. Согласно последним данным социологических опросов, за ХДС на прошлой неделе проголосовал бы 41% избирателей, а за их ближайших соперников из СДПГ — всего 26%. Это самый большой разрыв между двумя партиями за последние восемь лет, и это самый высокий рейтинг ХДС. Ранее партии Меркель удавалось выигрывать выборы, даже получая 35,2% голосов (в 2005 году) и 33,8% (в 2009 году).

Потому победа Меркель кажется сама собой разумеющейся. Букмекерские конторы принимают ставки на победу ХДС с коэффициентом 1,1, в то время как ставки на победу второй крупнейшей партии страны СДПГ берутся уже с коэффициентом 6, а на три оставшиеся парламентские партии («Зеленые» «Левые» и СвДП) — под сказочные коэффициенты 150 и даже 300.

Консервативный социализм

Бывшая восточногерманская комсомолка, физик по образованию, Ангела Меркель готовится в третий раз стать канцлером Германии. (В отличие от многих президентских республик, в Германии срок работы канцлером не ограничен, и два самых известных германских канцлера, Конрад Аденауэр и Гельмут Коль, избирались на этот пост по четыре раза подряд.) Скорее всего, это удастся ей без особых проблем.

Секрет успеха Меркель — в выбранной ею стратегии «асимметричной демобилизации электората», считает Ральф Тильс , эксперт центра политических исследований университета Люнебурга. «В лагере христианских демократов этот термин почти табуизирован, и ему пытаются найти более приятно звучащий аналог, однако в последние годы именно эта тактика составляет политический фундамент ХДС под руководством Меркель. Главная идея стратегии проста — это ослабление противника за счет демобилизации его электората. Своего главного противника, социал-демократов, Меркель ослабляет за счет смещения центра ХДС влево. Кстати, это еще и следствие личного опыта Меркель. На выборах 2005 года она получила меньше голосов, чем рассчитывала, из-за излишне консервативной риторики. Так вот, теперь она атакует СДПГ за счет того, что “ворует” их темы, от введения минимальной зарплаты до пособий родителям. Таким образом, у сторонников социал-демократов нет больше повода идти на выборы. Зачем голосовать, если ХДС и так проводит социал-демократическую политику?» — говорит Тильс.

На руку Меркель и то, что социал-демократы так и не смогли предложить избирателям хоть сколько-нибудь харизматичного лидера. Официальным кандидатом от СДПГ стал Пеер Штайнбрюк , бывший министр финансов в правительстве «большой коалиции» ХДС и СДПГ, существовавшем с 2005-го по 2009 год. Уже один факт работы под руководством Меркель является сильным аргументом против Штайнбрюка в глазах избирателей — ведь кандидат от СДПГ не может всерьез критиковать решения правительства, в котором он сам был министром. Однако главная проблема Штайнбрюка — в его недружелюбном и снобистском имидже.