Ельцин

Ельцин проявлял любовь и заглаживал вину романтическими подарками и праздниками. Наина, писал он, «любит мои сюрпризы». Когда в 1957 году родилась Елена, Борис послал жене в роддом букетик цветов и записку со стихами (Елена родилась в Березниках, где свекровь могла помочь ей с пеленками). С удовольствием он вспоминает, как девочки «визжали от радости», когда он заехал за ними в 11 часов вечера, чтобы отправиться на день рождения к другу [246] . Домашним хотелось бы видеть мужа и отца дома почаще. Когда Елена и Татьяна были маленькими, супруги проводили летний отпуск на одном из курортов на Кавказе, а девочки оставались с родителями Ельцина в Бутке. С 1930-х годов деревня стала больше и солиднее, хотя в 1962 году и потеряла статус районного центра, уступив его Талице. В 1950-х годах здесь открылась ковровая мастерская, маслобойня и производство крахмала. В колхозе разводили свиней. Возвращаясь за детьми, Борис и Наина зачастую проводили в Бутке целую неделю, косили сено и собирали грибы и ягоды [247] .

246

Ельцин Б. Записки президента. С. 251.

247

Альберт Циома, житель Бутки, интервью с автором, 11 сентября 2005. В 1970-х годах население Бутки выросло до 3500 человек, а сегодня составляет около 4000. В Басманове живет меньше 2000 человек.

Более масштабный резонанс в жизни Ельцина вызвало другое событие. В марте 1960 года он подал заявление и был принят кандидатом в члены КПСС. Членом партии он стал 17 марта 1961 года, когда ему выдали партбилет за номером 03823301. В хрущевскую оттепель родственникам бывших политзаключенных и ссыльных было позволено вступать в партию, следовать партийной дисциплине и считаться образцовыми гражданами. В 1990 году Ельцин написал в автобиографии, что «искренне верил в идеалы справедливости, которые несет партия, так же искренне вступал в партию». Эта фраза подчеркивает верность долгу и идеалам и, главным образом, тому идеалу, который он, как политик, провозгласил в 1980-х годах — справедливость для всех и отказ от привилегий. В мемуарах Ельцин попытался показать, что даже в то время не все коммунисты были такими же искренними, как и он. На партсобрании, где его принимали в партию в 1961 году, главный бухгалтер СУ-13, с которым у Бориса были разногласия по работе, задал ему лицемерный вопрос о том, в каком томе и на какой странице «Капитала» Маркса говорится о товарно-денежных отношениях. Ельцин назвал первую пришедшую ему в голову цифру, и она была принята благосклонно. Он намекал на то, что партийная доктрина уже была извращена в корыстных целях [248] .

248

Ельцин Б. Исповедь. С. 40–41.

Впрочем, в интервью со мной в 2002 году Борис Николаевич говорил, что решение вступить в партию было не до конца искренним. Идеалы в нем сыграли второстепенную роль, и все дело было в карьерном росте:

«Не один раз уговаривали [вступить в партию]. Работал я неплохо, поэтому, конечно, вокруг меня все время так ходили. Но я все время сдерживался, я не хотел себя связывать с партией. Не хотел. Знаете, какое-то было внутреннее такое чувство определенное. Но когда я уже зашел в тупик, я вынужден был вступить в партию, чтобы стать начальником строительного управления. Мне было поставлено просто условие. Хочешь? Выдвинем. Еще главным инженером я мог быть беспартийным… Но начальником строительного управления и не коммунистом я быть не мог» [249] .

249

Б. Ельцин, второе интервью с автором, 9 февраля 2002.

Именно эти слова, а не мемуары согласуются с тем фактом, что, хотя Ельцин в молодости и впитывал основные советские ценности, он никогда не трудился во благо партии как организации. В отличие от Наины, отец и многие оренбургские родственники которой были коммунистами, у Бориса никто из близких в партии не состоял. Партбилет Ельцин получил лишь в 30 лет, то есть он был заметно старше среднего возраста, в котором обычно происходил этот «обряд посвящения». В последние десятилетия советского периода членами КПСС было около 10 % взрослого населения страны, но среди мужчин с высшим образованием их число составляло 50 %. Те, кто собирался работать в государственном или партийном управлении, обычно вступали в партию ближе к 25–26 годам, а Горбачев стал коммунистом в 21 год, будучи еще студентом [250] . Рассказ Ельцина о его дистанцировании от партии и о продиктованном здравым смыслом решении все же вступить в нее вполне согласуется с хронологией. Он подал заявление через два месяца после утверждения на должности главного инженера СУ-13; через 11 месяцев после вступления его выдвинули на должность директора. В отличие от Горбачева, который был делегатом XXII съезда КПСС в Москве в 1961 году (Ельцин до 1981 года не был ни на одном партийном съезде), Ельцин не упоминает ни о каких политических событиях 1950–1960-х годов: ни о смерти Сталина в 1953 году, ни о разоблачении культа личности на ХХ съезде КПСС, ни о свержении Хрущева Брежневым в 1964 году. Окончив в 1955 году УПИ, он не принимал участия в студенческих волнениях, произошедших в Свердловске и других советских городах в 1956 году после ХХ съезда [251] . Интересно, что брат Бориса, Михаил, строительный рабочий, которого отчислили из УПИ, никогда не состоял в партии и высказал мнение, что люди вступают в КПСС исключительно по эгоистичным соображениям. Андрей Горюн, познакомившийся с Михаилом в 1991 году, писал, что тот «не скрывает своего критического отношения к коммунистам и утверждает, что большинство известных ему членов партии используют свою принадлежность к КПСС преимущественно в корыстных целях. По его собственному признанию, он никогда не обсуждал эти проблемы с Борисом. Братья вообще старались избегать бесед на щекотливые политические темы, полагая, очевидно, что их взгляды слишком различны» [252] . Если бы они говорили о политике на более глубоком уровне, то, по сути, могли бы кое в чем и согласиться. Наина Ельцина вступила в партию только в 1972 году в возрасте 40 лет по тем же причинам, какие в 1960–1961 годах подтолкнули к этому решению Бориса. На своем предприятии она была секретарем партбюро. Она говорила мне, что это была скучнейшая работа.

250

Хорошей контрольной группой можно считать 115 региональных руководителей аппарата КПСС. которые вместе с Ельциным в 1981 году были избраны членами и кандидатами в члены ЦК. Средний возраст вступления в партию составлял 24,5 года. Специалисты по идеологической и кадровой работе вступали раньше (в среднем в 22,5 года), но даже среди тех, кто работал в сфере экономики, как Ельцин, средний возраст составлял 25,6 года. Только четверо из 115 человек вступили в партию позже Ельцина — двоим было по 31 году, а двоим по 32 года. Информация по биографиям из Большой советской энциклопедии.

251

«В 1956 году партийные власти были потрясены смелыми выступлениями студентов ряда вузов г. Свердловска, требовавших „свободы критики“, „свободы слова“, демократии. Против них были приняты жесткие меры». Несколько человек пошли под суд и были сосланы в трудовые лагеря или помещены в психиатрические лечебницы. Свердловскую группу, которая призывала к антикоммунистической революции, возглавлял инженер Л. Г. Шефер. Группа была разогнана в апреле 1963 года. См.: Кириллов А. Д., Попов Н. Н. Урал: Век двадцатый. Екатеринбург: Уральский рабочий, 2000. С. 175–176; cм. также Надзорные производства Прокуратуры СССР: Аннотированный каталог / Под ред. В. А. Козлова, С. В. Мироненко. Ст. 58. Ч. 10. С. 41, 631.

252

Горюн А. Борис Ельцин. Т. 1. С. 6.

Партия стремилась принять Ельцина в свои ряды не случайно, а из-за его достижений на работе. Вспоминая о годах в строительной индустрии, он относит их за счет изнурительного графика и жесткой организационной дисциплины. Он был «требовательным» руководителем: «Я требовал от людей четкой дисциплины и выполнения данного слова. Поскольку… бранные слова нигде не употреблял и свой громкий и зычный голос тоже старался на людей не повышать, моими главными аргументами в борьбе за дисциплину были собственная полнейшая отдача работе, постоянная требовательность и контроль и плюс вера людей в справедливость моих действий. Кто лучше работает, тот лучше живет, больше ценится» [253] . Это самоуверенное заявление содержит долю правды. Очевидцы подтверждают, что Ельцин работал, как марафонец, шесть дней в неделю, отличался прекрасной организованностью и никогда не пользовался матерным языком, на котором в строительстве многие просто разговаривают. Он был чрезвычайно пунктуален и штрафовал за прогулы и неисполнение служебных обязанностей. Он принимал критику, если замечания высказывали ему в лицо, и ценил хорошую работу. На утренних пятиминутках Ельцин всегда отмечал тех, кто работал хорошо, выбивал для них ежегодную премию. Став в 1965 году директором домостроительного комбината, он заказал для рабочих специальную форму с вышитыми буквами «ДСК» [254] . На комбинате, где ввиду его значимости работали опытные инженеры и мастера более старшего возраста, «никто поначалу не воспринял Б. Н. Ельцина всерьез — „мальчишка“. Но своей компетентностью он очень скоро заставил считаться с собой. К его мнению начали прислушиваться все чаще и чаще» [255] . Точно так же относились к нему и простые рабочие: «Да, его боялись, но и уважали за справедливое и внимательное отношение к людям. Он знал всех бригадиров в лицо, по именам. Он требовал дисциплинированности от всех, он заставлял каждого работать с полной отдачей, он и сам трудился, себя не жалея» [256] .

253

Ельцин Б. Исповедь. С. 43.

254

Леон Арон, беседовавший с некоторыми его коллегами, описывает такую практику во второй главе своей книги. См. также: Stewart G. E. SIC TRANSIT. P. 87–95.

255

Горюн А. Борис Ельцин. Т. 1. С. 11.

256

Слова Светланы Зиновьевой приводятся в книге: Липатников В. Борис Ельцин и ДС. // http://www.ural-yeltsin.ru/knigi/knigi_elcina/document639.

Возвышение Ельцина было исключительно его заслугой. В карьерном росте он не мог рассчитывать ни на родителей, ни на жену, ни на друзей. Мерой заслуг была эффективность работы в рамках советской командно-административной системы. Девизом всех советских хозяйственников было выполнение плана любой ценой. Выполнение плана оценивалось по жестким физическим показателям: в жилищном строительстве таким показателем были квадратные метры, в то время как качество, прочность и финансовые затраты являлись показателем вторичным. Те, кто план выполнял, получали поощрения и повышения, отстающих же наказывали и увольняли. В строительстве сочетание наглядности конечного продукта с непредсказуемостью погодных условий и наплевательским отношением к делу рабочей силы способствовали формированию духа пресловутой кампанейщины. Два слова из советского жаргона характеризуют господствовавшую тогда в отрасли традицию наиболее ярко — это «штурмовщина» и «аврал». В Свердловске удавалось выполнить 30–40 % годового плана по жилищному строительству в декабре.

Учитывая то, что мы знаем о поведении Ельцина как студента и спортсмена, можно сказать, что по характеру он идеально подходил для советской строительной промышленности, в которой требовалось умение работать исступленно. Как-то, в 1959 году, в последний момент перед подписанием акта приемки в эксплуатацию камвольного комбината Ельцин обнаружил, что СУ-13 не построило 50-метровый туннель между двумя корпусами: у них просто потерялся чертеж. К 6 часам утра следующего дня чертежи были восстановлены, туннель прорыт, и асфальт снова уложен на место. В 1962–1963 годах Ельцин создал у себя образцовую бригаду, в которую входила десятая часть персонала СУ-13. Он лично следил за доставкой стройматериалов, благодаря чему бригада смогла установить рекорд Советского Союза по скорости строительства, и это стало еще одной заслугой Ельцина. Помимо всего прочего, успех принес ему и всей бригаде восхваление в свердловской прессе [257] .

257

Об образцовой бригаде см.: Горюн А. Борис Ельцин. Т. 1. С. 11; Ельцин Б. Исповедь. С. 42–43; Зенькович Н. Борис Ельцин. Т. 1. С. 40. В книге Арона (Aron L. Yeltsin. P. 36–37) этот случай описывается более благожелательно.

Такая обстановка сохранялась на ДСК с 1963 по 1968 год. Ельцин сам пишет о бешеной гонке ради выполнения плана, во время которой он чувствовал себя как рыба в воде: «Тяжело давалось жилье в конце года, в конце квартала, когда приходилось практически круглосуточно работать. Часто именно в ночные смены я посещал строительные бригады, особенно женские» [258] . Без лишней застенчивости он рассказывает о том, как, будучи главным инженером, инициировал успешный «эксперимент» по возведению пятиэтажного жилого дома за пять дней. На строительной площадке установили три крана, проложили рельсы между домами, завезли заранее подготовленные стройматериалы. Это был «промышленный вариант уличного театра» [259] . В марте 1966 года, первого года его директорства, пятиэтажный дом, поспешно построенный ДСК на Московской улице, рухнул. Недобросовестный субподрядчик неправильно рассчитал время, необходимое для усадки фундамента в зимнее время. Было уголовное дело, но обвинений никто не выдвинул, и на Ельцина не возлагали ответственности. Однако план вручить ему орден Ленина за работу не осуществился, а в апреле Свердловский обком КПСС вынес Ельцину выговор. Строители разобрали развалины и построили дом заново. С тех пор он получил прозвище «десятиэтажка» [260] .

258

Ельцин Б. Исповедь. С. 43.

259

Aron L. Yeltsin. P. 40.

260

Наиболее полная информация содержится в книге воспоминаний: Рябов Я. Мой ХХ век: записки бывшего секретаря ЦК КПСС. М.: Русский биографический институт, 2000. С. 33. Подлинник выговора находится в ЦДООСО, фонд 161, опись 39, дело 9, с. 22–24.

Развивающиеся отношения с партийной номенклатурой послесталинской советской системы одновременно и приносили Ельцину пользу, и делали его уязвимым. Не тратя времени даром, он научился использовать поощрительные стимулы и манипулировать ими. На Якова Рябова, первого секретаря горкома партии с 1963 года, произвело глубокое впечатление то, как Ельцин искусно надавливал на директоров свердловских заводов, чтобы они каждый год присылали на его комбинат сотни рабочих, помогавших выполнять план по строительству жилья. По советским правилам жилье, не достроенное к 31 декабря, исключалось из плана наступающего года. Ельцину удалось убедить директоров, что им будет лучше присылать рабочих и в обмен получать жилье. Заводам доставались квартиры, а Ельцин и его комбинат выполняли план и получали премии [261] .

261

Рябов Я. Мой ХХ век. С. 32.

В то же время Ельцин часто лез на рожон. Он непрестанно спорил со своим начальником по СУ-13 Николаем Ситниковым, который в 1960 году приказал ему бросить тренерскую работу. Конфликт между ними продолжался и после того, как Ситников был повышен, а Ельцин занял его кресло. Рябов и его второй секретарь, Федор Морщаков, партаппаратчик, стоявший за созданием ДСК, относились к Ельцину с теплом и считали его «жемчужиной в навозной куче». Они не стали снимать его, когда в 1966 году ему вынесли партийный выговор. Рябов проследил за тем, чтобы Ельцина включили в список на орден «Знак Почета». Это была его первая государственная награда.

Ельцину был нужен наставник и патрон. Он отлично ладил с заведующим отделом строительства горкома Борисом Киселевым, которого знал еще по УПИ. Киселев понимал, что Ельцин подает надежды, и познакомил его с людьми из партийных органов [262] . Но главным покровителем Ельцина стал Рябов. Яков Петрович Рябов родился в 1928 году в Пензенской области, работал на Уральском турбинном заводе, который производил дизельные двигатели для танков, и заочно окончил УПИ по специальности «инженер-механик». Невысокий и жилистый, он обладал той же хваткой, что и Ельцин, но отличался неотесанностью. Татьяна Ельцина, будучи школьницей, считала его одним из самых неприятных знакомцев отца и даже слегка побаивалась [263] . На работу в аппарат КПСС Рябова в 1960 году привлек Андрей Кириленко, выходец из украинской партийной организации, который с 1955 года был первым секретарем Свердловского обкома. Кириленко удостоился похвалы от самого Никиты Хрущева за то, что резко повысил поставки мяса по приказу центральных властей. Чтобы выполнить план, он велел забить телят, ягнят и поросят, что привело к падению производства мяса в области на целое десятилетие. Позже Ельцин называл поведение Кириленко в этой ситуации позорным. «И до сих пор — сколько лет прошло — Кириленко это помнят. Что-то хорошее, что он сделал [в Свердловске], может быть, и позабыли. А это не забывается. Ни за что» [264] .

262

См.: Горюн А. Борис Ельцин. Т. 1. С. 11.

263

Третье интервью Юмашевой. Надо заметить, что на протяжении жизни Ельцина находились люди, которые воспринимали его так же.

264

Караулов А. Вокруг Кремля: книга политических диалогов. М.: Новости, 1990. С. 98.