Элирм IV

— Так ты можешь летать?! — простонал Мозес.

— Нет, парить. Это воздушная подушка. ОСТОРОЖНЕЕ!

Вел резко дернулся влево, отчего генерал заморозил участок земли в форме полумесяца.

В то самое место, где только что находился автомобиль, воткнулся манипулятор. Следом еще один. И еще. В небо взвились облака пыли, и по корпусу ударили каменные осколки.

Словно гигантский спрут, Стальная Вопленица пыталась выбраться из каньона, яростно цепляясь за скалы.

Вскоре из-за края уступа показалась капитанская рубка. В ней мы увидели улыбающегося Сакуал Хана, Фройлина и Троценко младшего. Последние держали в руках снайперские винтовки. Те самые, что Белар использовал против нас в Натолисе.

Бум!

Еще один манипулятор уцепился за скалу в метре от нас. ШлюХана поднялась выше, показав бронированное брюхо. Из пробитой криолитовым колом цистерны вытекали потоки горючего, однако взрыва так и не произошло. Что, впрочем, неудивительно. Оружие генерала замораживало, но никак не поджигало. Более того, я увидел, что под толстым слоем брони мерцал дополнительный магический щит. А значит, обычное заклинание или коктейль Молотова тут не помогут.

— Эо! Бомбарда! — проорал Ар-Хакон — Сбей её нахрен!

Орк будто бы прочитал мои мысли. Я уже готовил виртуальную проекцию, наплевав на отсутствие креплений и балок. Некогда. Придется просить Германа подержать для меня ствол, как бы двусмысленно это не звучало.

С глухим стуком орудие вернулось в проявленную реальность, но выстрелить у нас так и не получилось. Преследователи атаковали чуточку раньше. Не успел я повернуть рукоять затвора и ухватиться за спусковой рычаг, как целая серия пушечных залпов обрушилась на корпус «Пыхтящего Адмирала».

Лишенного брони «старичка» разорвало на части, половина из которых проскользнула по льду и рухнула в глубокую трещину. Туда же отправился и паровой котел.

По счастливой случайности меня и Готэна выбросило на улицу и впечатало спинами в скалы. Герману и Ар-Хакону повезло меньше. Они оба свалились вниз, но при этом на поверхности остался адамантиевый крюк. И судя по тому, что цепь была в напряжении, я сделал вывод, что танк всё-таки сумел зацепиться.

— КАКОЙ ЧУДЕСНЫЙ ДЕНЬ! КАКОЙ ПРЕКРАСНЫЙ ДЕНЬ! ДЕСАНТНИКИ, К БОЮ!

Послышались частые щелчки, и катапульты Вопленицы начали стрелять по нам живыми «людьми», коих были десятки. Кто-то приземлялся на камень, выпрямлялся и тотчас же бросался в атаку, но подавляющее большинство падали вниз. Чистое безумие, как по мне. Хотя чему тут удивляться? Еще на «Атоме» я понял, что Сакуал Хан — самый отбитый психопат из всех, что я видел. В чем прямо сейчас я убедился повторно. Глядя на нас из окна своей рубки, тот почему-то выхватил нож и отрезал себе ухо.

Посадив гнома на спину, я увидел, что прямо на нас летел один из бандитов. Но делать ничего не стал. Лишь шагнул в сторону, от чего враг пронесся мимо и врезался лицом с острый камень.

— Герман, вы целы?

— Почти.

Из трещины показалась голова танка.

— У нас тут компания!

— Ну и отлично — напарник тяжело крякнул и подтянул к краю уступа раненого орка — Всё-таки добрая поножовщина лучше, чем всё это дерьмо с гонками и бензиновыми шлюхами.

— Согласен.

— Внимание! Активирую «Раскаты Ярости» и «Шок и Трепет». Господин Гундахар, вам лучше покинуть капот.

— Проклятье.

Генерал выскользнул из страховочных ремней и бросился в нашу сторону, попутно убивая каждого подвернувшегося. Замораживать трещины смысла не было. Как не грустно это признавать, но Самоходная Мортира отжила свой век.

— Господин Эо, сзади!

Я резко обернулся.

На нас с Готэном неслась тройка мусорщиков, грациозно перепрыгивая частые щели. Прямо-таки цирк Дю Солей, не иначе. Еще штук семь подобных прыжков и они нас настигнут.

Шесть. Пять. Четыре.

— ГОСПОДИН ЭО!

— Спокойно.

Троица бандитов высоко подпрыгнула, а затем с дикими воплями рухнула в пропасть. Всего-то понадобилось создать иллюзию скалы там, где её не было. Даже двухсот единиц маны не потратил.

Честно говоря, глядя на это, я сразу же понял, что «Акульи Жабры» — идеальная для меня территория. Любой неосторожный шаг и потеря равновесия — ты труп. А выводить из равновесия я умею. Как и пудрить мозги.

Пользуясь случаем, я начал колдовать массированную иллюзию по области, полностью перемешав скалы и трещины. Что не могло не сработать.

Как я и предполагал, враги начали оступаться и падать, однако радовались мы не долго. То ли Белар подсказал, то ли Сакуал Хан смекнул, что к чему, определив для себя приоритетную цель.

С пронзительным скрежетом орудия ШлюХаны начали поворачиваться в мою сторону.

— Эо, бомбарда… — прорычал окровавленный орк.

Он попытался встать, но, к сожалению, ему это сделать не дали. За мгновение до того, как по барабанным перепонкам ударил громкий хлопок, я увидел, как кусочек его куртки вздернулся колом, а затем начал медленно опускаться, напитываясь кровью.

Белар выстрелил ему в спину, попав в один из жизненно важных органов. И, как и в прошлый раз, это была пуля из божественной стали. Я это понял по тому, что татуировка с уровнем Ар-Хакона вдруг посерела и сменила цифру сорок девять на ноль.

Это означало одно — капитан «Пыхтящего Адмирала» погиб навсегда.

— Ар-Хакон!!!

Из стремительно электризующегося Атласа выпрыгнули Назу и Стигга. Они всё видели и попросту не могли бросить своего главаря.

— НЕТ! ВЕРНИТЕСЬ В МАШИНУ, ТУПИЦЫ! НЕЛЬЗЯ!

Гундахар бросился им наперерез, но не успел. Всего одно биение сердца и голова Назу разлетелась на куски.

— НАЗУ!

Стигга рухнул перед товарищем на колени и задрал тому рукав куртки. Как и в случае с Ар-Хаконом цифра уровня сменилась на ноль.

— Черт, черт, черт… — орк судорожно попытался сгрести кровавую кашу. Затем остановился, сунул руку в карман и достал единственный предмет, что остался у него при себе — Держись дружище. Тут господин Эо подарил мне Монсальват. Камень воскрешения! Уверен, он сработает. Должен сработать!

— Не получится — прошептал за моей спиной дворф — Слишком поздно.

— Знаю.

Хлоп!

Орк покачнулся, кое-как сохранив равновесие. После чего медленно встал и задумчиво ощупал свою куртку. В области сердца на ней появилась небольшая дырочка со стремительно расползающимся красным пятном.

— За что? — успел удивиться Стигга, взглянув на свою татуировку — Я же ничего не сделал…

С гулким стуком его тело упало рядом с товарищем.

— Мразь…

В отличие от всех остальных, я смотрел не в сторону Кумбхи, а немного левее. На небольшой автомобиль по ту сторону каньона. В какой-то момент я увидел стрелявшего. И это был не Белар и не Стас, как можно бы было подумать, а мой одноклассник и давний друг — Игорь. Он лежал на капоте машины и смотрел в нашу сторону через многократный оптический прицел. А увидев меня, приветственно покачал ладонью из стороны в сторону и показал мне большой палец. Подлый предатель.