Эмилер
Шрифт:
– Почему ты так считаешь?
– Что война набирает обороты? – спокойно уточнила Лея, напряженно наблюдая за его реакцией.
Райн, услышав ее слова, скривился – ведь она прекрасно поняла его вопрос, и резко ответил:
– Почему между нами ничего не может быть?!
– И как ты себе это представляешь? – Вопросом на вопрос – это старый аргумент, если нет ответа.
Тишина, повисшая между ними, резала их души острым ножом. Но ее нарушил далекий окрик, зовущий Райна по имени и весело разносимый эхом по склонам.
– Мне нужно идти домой, – скорее себе, чем
– Лея, иди по другому склону! – скрыв досаду, предупредил Райн.
– Ты серьезно считаешь, что меня кто-нибудь из них может достать? – вспыхнула гневом она, повернув к нему голову.
– Нет, я боюсь за них. – Он попытался улыбнуться.
– Это разумно. Плюс тебе, лэр, – холодно ответила Лея, не поддавшись теплу его голоса, и исчезла среди камней.
Они закончили разговор недовольные друг другом, расставшись с ущемленной гордостью и болью в душе. Райн машинально взял в руки снег, думая о том, какими глупыми могут быть вроде бы взрослые люди, слепил комок. Отбросил в сторону. Вынул ее клинок из ножен, сел на камень и замер, неподвижно глядя перед собой. Он страдал от того, что они так глупо поругались и он вновь ее потерял. Лэр окинул взглядом удаляющуюся фигурку Леи, и от этого у него пересохло во рту. Он сжал пальцы в кулаки и стиснул зубы, порезав клыком губу.
Они лишь месяц были вместе, а у него уже возникла привычка чувствовать ее рядом. Без этого он ощущал себя одиноким, покинутым и несчастным. Это он понял уже давно и первое время просто бесился от осознания этого. А потом… она так заботилась о нем, что он был даже немного благодарен тем серым кошкам…
Лея, шагая домой, отчетливо понимала, что банально струсила, чувствуя его нешуточное намерение сблизиться и серьезно изменить жизнь, что подло свела отношения на нет. Но сначала она самым безмозглым образом привязала себя к нему и сделала это даже раньше использования магии жизни! И последствия в виде вопроса: «Что делать дальше?» – не заставили себя ждать.
Вот уже четыре дня Райн находился в состоянии, которое можно было назвать близким к шоковому. Мало того что его раздирало надвое между Леей и племенем, долгом и привязанностью, так по возвращении домой его ждала ужасная новость: Бринни – жена Дирка, доведенная до отчаяния плачем голодных детей, родной дочери и сына погибшего брата, Тейна, ушла в лес за дровами и не вернулась.
Дирк также разрывался между крошечными детьми, которые только учились ходить и самостоятельно кушать, и необходимостью искать в горах пропавшую жену!
Ко всему оказалось, что исчезла не только Бринни, но и еще четыре женщины. У некоторых дома остались малыши, которых некому кормить, и они, вероятно, погибнут. Те, кто мог, забрали себе осиротевших детей. Но только тех, у кого не осталось ни папы, ни мамы. А Дирку поручить детей некому – у них в роду не осталось лэри.
За этот год они потеряли так много! Дома опустели. Несколько десятков жен и матерей за месяц – такую потерю племени никак не восполнить!
Райн, внимательно выслушав отчаявшегося Дирка, сказал:
– Ты
пока ничего не предпринимай! Я все узнаю и сообщу! – Но брат, упрямо выставив нижнюю челюсть, стиснул зубы и думал о чем-то своем. Казалось, он не услышал брата…Лея, вернувшись, обнаружила, что плохо не только ей одной. Атем как в лихорадке носилась по дому не в состоянии взяться за что-либо.
– Тем, что случилось? – встревожилась Лея.
– Пропали! Отряд под руководством Майта пропал!
– А куда они пошли? Я ведь предупредила правителя, что второй отряд оставила за собой.
– Ему все равно. Он сказал, что ему и три боевых отряда для охраны не лишние, а тебе лучше дать отряд подготовленных подростков.
– Безумец! У нас нет таких! – зашипела Лея, чувствуя себя виноватой: стоило ей отвлечься, попытаться разобраться в своей жизни, как все вокруг пошло кувырком.
– Да, я знаю… Но что можно сделать?! И Майт пропал…
Атем, едва сев за стол, уронила голову на руки.
– Я пойду его искать.
– Да… Искать… – эхом повторила Атем.
– Если живы, приволоку всех домой, а потом убью правителя!
Лея говорила это совершенно серьезно, хватит прятать голову от проблем. А эта проблема назрела давно: правитель распоясался, как не наказанный вовремя хулиган, и, ощущая неприкосновенность, начал творить непотребство.
Лея, оставив Атем, зашла домой за оружием и маскировочной одеждой. По дороге к себе она ежилась от холода. Ничто не могло противостоять снежной буре: потоки ледяного воздуха пронзали тело насквозь, будто кинжалы, ослепляли, заставляли хлопать полы обледенелого плаща, в который она тщетно пыталась закутаться. Если Майт и его бойцы останутся в горах на ночь, им не выжить на таком морозе!
Лея в одиночестве отправилась на поиски. До поздней ночи она обходила ничейные территории. А когда вернулась домой, не стала заглядывать к Атем и расстраивать ее неудачей. Но решила собрать отряд и возобновить поиски днем.
Дирк твердо решил добиться от врагов возвращения жены или поквитаться за Бринни. Детей, Криту и племянника Тейна, ему оставить было не с кем. Он накормил малышей и закрыл их в теплой безопасной комнате, приспособленной им с женой для игр Криты, – с мягкими шкурами и дополнительным камином. Подкинув в очаг последние дрова, Дирк тоскливо оглядел уютную благодаря стараниям Бринни комнату и вспомнил жену…
У них с Бринни были очень ровные отношения – исключительное сотрудничество для выживания семьи. Увы, друзьями они так и не стали, хотя в семьях у лэров это не редкость.
Дирк, исполняя приказание старейшин, женился на подходящей девушке и ни разу не пожалел. Она, как и он, выполняла свои обязанности со всей ответственностью. Ему было дома хорошо, она не знала нужды и голода. Но без нее все рушилось! Куда ему девать двух крошек? Он воин! Дирк на самом деле просто не знал, что делать с двумя плачущими карапузами. Он, конечно, любил свою дочь и племянника, да и как можно не любить малышей? Но что с ними делать?! Этого он не знал!