Эмилер

– Теперь, как сын своего отца, помоги матери пережить эту потерю.

– Иди к своему клыкастому и поучай его! – окрысился мальчишка.

– Я… я тоже никак не осмыслю это… – Лея развернулась и ушла к сестре, недоумевая, откуда они могли узнать о Райне. Она совершенно не представляла, как помочь сестре.

Лея, хорошо знавшая Майта, сама проплакала весь день и, понимая, что это надо пережить, решила забрать детей и уйти. Но Крим взял у нее малыша и вручил его очнувшейся матери со словами:

– Он полный сирота, а у тебя есть мы! Все мы.

Атем, проглотив боль, выдохнула:

– У них тоже есть все мы…

Лея прижала к себе расплакавшуюся сестру и принялась успокаивать, хотя понимала, что это ничего не даст…

Райн тоже никак не мог справиться с нахлынувшими на него чувствами. Как узнать о детях? Как предупредить женщин о деревьях-убийцах, не указывая на Лею? Нет, с этим он справится, скажет, подсмотрел, и все, а вот как жить дальше, когда все мысли предательски повернулись к врагу?

Когда совсем стемнело, он отправился к Лее. Надо было уточнить, что с малышами Дирка, сказать, что брат заберет их попозже.

Как ему хотелось не прятаться, а войти открыто! Абсурд, который не пришел бы ему в голову еще пару месяцев назад! Но как его напрягли слова Леи, что на нее кто-то претендует! Тот, кто устраивает гарем! И убивает безобидных лэри и детей… И как он не расспросил ее вчера? Райн заскрипел зубами от гнева. Она не назвала имя, но, судя по всему, это их правитель.

Вернувшись накануне вечером, он застал старейшину Стила с бойцами за столом в Судебном доме. Они праздновали победу над отрядом врагов, которых скинули в пропасть с Вечной вершины – горы настолько высокой, что и стазис не спасал. Хотя, может, Лее и помог бы, она ведь смогла остановить лавину, но точно неизвестно. И не приведи Создатель проверить!

Райн тяжело вздохнул. От своих он знал, что сегодня утром отряды эмирими ушли за останками бойцов. Их было больше трех десятков, поэтому лэры не стали предпринимать лобовую атаку. Им пришлось бы собрать почти все мужское население, чтобы нанести магам ощутимый урон. Их племя стремительно убывает! Еще к прошлому времени Льда их было больше трех сотен лэров и лэри, а сейчас и двух не осталось.

Да и эмирими этого так не оставят, начнут сводить счеты, и племя вновь сильно сократится после нового витка мести. Даже без войны на Эмилере с его суровой жизнью лэры погибают во множестве, а война отбирает последнюю надежду.

Райну не верилось, что, когда он родился, в племени было полторы тысячи лэров, а в их доме крутилось не меньше пяти разновозрастных лэри, которые готовили, убирали, рассказывали малышам сказки, учили их рисовать. Все вместе и дружно, чтобы вечером осталось время заняться тем, что по душе. Кто-то рисовал, кто-то делал съестные заготовки для праздников, кто-то собирал травы и варил сборы. И все это они делали ради удовольствия. Бабушка Райна, например, вырезала фигурки из дерева. У него так и стоят они на полке около кровати, раскрашенные травой и соком веселящих ягод. Самую любимую игрушку, танцующего марока, он нес в кармане для Леи.

Ночь, лютуя, выжигала холодом все открытые участки кожи, на клыках повисли сосульки. Время Льда, короткое затишье… Мягко скрипел снежный наст под тяжелыми шагами. Где-то ревели голодные синие кошки. Вот напасть! Они давно не подходили так близко к поселкам! Короткое время Запасов сказывается, животные давно голодают, вот и идут туда, где можно чем-то поживиться.

Райн напрягся: а вдруг им кто попадется? От многочисленной стаи не отбиться и отряду. Сидеть дома не выход, умрешь с голода или от холода.

Тем временем небо покрылось тучами. Пошел снег. Райн тяжело вздохнул и обошел то место, откуда раздавался голодный рык.

Эмирими с болью попрощались с погибшими воинами и предали их земле среди деревьев, дарующих покой. Это был небольшой лес за поселком. Древние деревья, росшие в нем, помнили всю историю эмирими и приняли к себе почти всех их детей. Когда к ним прикасались с помощью магии, они открывали корни, образуя в земле пространство, похожее на шкатулку, в нее и укладывали погибшего. Корни нежно оборачивали дар и уводили погибшего за грань.

Сестру Лея упросила остаться дома. Атем не выдержать этого, пусть лучше Майт навсегда останется в ее памяти живым и здоровым. Если бы Лея смогла, она бы оставила дома и Крима с Тремом. Мальчишки враз потеряли детскую жизнерадостность и мгновенно повзрослели.

Трем ее просто возненавидел, словно она лично предала отца. Лея все понимала даже лучше его самого, но что она могла изменить? Трема она не осуждала и не обижалась на него. Как объяснить ему все произошедшее, если она и сама не понимает, что делать?

Уговорить сестру остаться дома Лее удалось только благодаря деткам. Ну куда их девать? Вдруг кто узнает! Хотя в племени сейчас такой разброд, что сейчас не до того…

Правитель вчера передал послание, в котором пообещал выгнать Лею из племени, если она не станет подчиняться его приказам. Она равнодушно выслушала угрозу, переданную его верными вассалами из числа старых эмирими – их правитель почему-то не включил в отряд Майта! Он и отряд-то создал, рассчитывая на верную гибель тех, кто, объединившись, смог ему хоть как-то противостоять! Покорных оставил при себе! Хотя Лее эти типы с самого детства были так же противны, как и клыкастые. Они их не замечала, а они боялись ее трогать сначала из-за отца, а после из-за того, что она и сама стала сильным бойцом.

Так они и жили, ненавидя друг друга, но не трогая и стараясь не соприкасаться. До случая с Майтом Лея не могла сказать, что имеет против них что-то кроме того, что они не входят в военный отряд, ссылаясь на обязанности помощников и глашатаев правителя. Но после того как Махуд отправил настоящих воинов на смерть, ее мнение изменилось. Это вершина подлости – воевать руками лэров против своих!

Все впереди! Смерть Майта только слегка отсрочила планы, но не повлияла на ее намерение разобраться с правителем.

Это гибель – жить ради войны, а они живут именно так! Их уже сотня со всеми детьми не наберется! Племя эмирими уменьшается с кошмарной скоростью. Чем их меньше, тем тяжелее охотиться, опасней ходить за Заслон. Вроде и запасов надо меньше, а добывать их стало куда сложнее!

Лея вошла к себе. Она так и не смогла спросить, как к Атем попали малыши.

Как все-таки странно устроена жизнь! Дети-лэры у эмирими… Потрясающе! Она покачала головой, закрывая за собой дверь. Но дома ей не сиделось. Промаявшись с полчаса в пустом жилище, она ушла из поселка. Сегодня был редкий день. Одиночество как никогда отчаянно давило, изгоняя из привычных мест и заставляя идти неизвестно куда, лишь бы не останавливаться. И даже самая середина времени Льда с суровыми морозами была не помеха. Лея дошла почти до ущелья, когда услышала шум.