Эреш. Книга огня

Относительно новое постановление, согласно которому претенденты контролируются напрямую Верховным советом и вправе не подчиняться общим законам, если того требуют интересы Эреша, с одной стороны, давало кандидатам практически неограниченную свободу действий, с другой – держало их в узде: ни у одного из них и мысли бы не возникло воспользоваться этим постановлением без острой необходимости. Но у Эмбер не было выхода. Ведьма ни за что не стала бы лгать стражам завесы в лицо, если бы не слова Тобиршасс, произнесенные в ту страшную ночь в Пустоши.

«Эмбер, я надеялась, что не придется сообщать тебе вот так, но ни времени, ни выбора не осталось. Ты не просто претендентка на титул Энси, ты – дитя из пророчества. И я верю, что если кто-то и может справиться с такой ношей, то это ты. Мы отдадим свои жизни для того, чтобы ты могла спасти целый мир. Ты Избранная, надежда и свет Эреша. Помни об этом, что бы ни случилось и что бы ты ни услышала. Помни, но никому не раскрывай своей тайны. Отыщи книгу предсказаний Мары, она укажет тебе путь. А теперь беги! Беги так быстро, как только сможешь, и ни за что не останавливайся! Помни, время на исходе! Ну же! Уходи! Мы все слуги Эреша, Эмбер. Исполни свой долг! Беги!»

Слова, которые нельзя забыть. Слова, перечеркнувшие жизнь Эмбер и лишившие ее последней свободы. Слова, выжженные на сердце мириадами кровавых шрамов. Странное предсказание Мары гласило, что судьба Эмбер связана с Лисом. И если для сохранения его свободы сейчас требуется солгать, то так тому и быть. Долг важнее чести. Это пришлось усвоить еще в Пустоши.

Страж молча смотрел на ведьму. Он был, по-видимому, слишком удивлен, чтобы произнести хоть слово. В его взгляде угадывался целый коктейль эмоций: недоверие, недоумение и – неожиданно – радость.

– Я Фарах Шэрзи, глава стражи портала. И я полагал, что надежды не осталось. Думал, что все претенденты погибли в Пустоши. Рад, что ошибался. – Скупая улыбка тронула его лицо.

– Не все. Только самые достойные из нас, – отозвалась Эмбер, и голос ее прозвучал глухо.

– Тот, кто выжил в Пустоши, по определению достоин уважения. Но я не могу задерживаться и оставлять свой пост. Как не могу и отпустить вас, не выяснив все детали. Нам нужно вернуться к порталу. Следуйте за мной.

Эмбер возразила:

– Как претендентка, я не подчиняюсь общим законам и вправе не выполнять приказ.

– Это не приказ. Лишь просьба. У портала происходит что-то странное, к тому же только что произошел прорыв завесы. Я не прошу вас отправиться на защиту завесы, жизнь претендентки слишком ценна, чтобы она оборвалась во время простого прорыва. Но помощь с охраной портала до тех пор, пока не вернутся остальные стражи, – об этом, полагаю, просить я могу.

– Это не ловушка? – прищурилась Эмбер.

– Слово стража завесы.

Эмбер кивнула, принимая его ответ.

– Но до тех пор ответственность за контрабандиста и за последствия его деяний лежит на тебе. – Фарах покосился на заскучавшего Лиса.

– Разумеется. Слово претендентки.

– Тебе крупно повезло, – процедил туат с блестящими черными глазами, который за все это время не проронил ни слова. Просто молча испепелял Лиса взглядом.

– Как и всегда, – пробормотал контрабандист достаточно громко для того, чтобы его реплика достигла ушей взбешенного туата.

– Заткнись, – буркнула Эмбер и сначала ткнула Лиса в бок, а потом снова мертвой хваткой вцепилась в многострадальное плечо.

Черноглазый дернулся, но командир стражи придержал его и отдал тихий приказ, после чего оба двинулись к порталу.

Эмбер последовала за ними. Она тащила Лиса за собой, не разжимая хватки.

– Почему именно плечо? Других привлекательных мест у меня нет?

– Пошли.

– Пошли-то, конечно, пошли. Прогулки полезны для здоровья. Но вообще я не думал, что ты такая легковерная. Если страж нарушит слово…

– А о том, что меня интересует твое мнение, значит, думал?

– Я, между прочим, ценитель искусства. Тонкая душа. Могу и обидеться. Останешься тут одна – будешь меня молить о прощении и случайно упустишь то, зачем тебя послала Мара.

Эмбер хмыкнула.

– Догадался, значит?

– Это было несложно. Особенно учитывая тот факт, что явился я с весьма пестрой компанией.

Ответить ведьма не успела.

– Портал, – прогремел Фарах, – кто-то еще только что прошел!

– Я помогу! – крикнула Эмбер и бросилась бежать.

– Думаю, мои умения тоже пригодятся… – подал голос контрабандист и припустил следом.

– Ладно, – на ходу бросил Фарах, – сейчас каждая пара рук на счету. Даже нечистых.

– А я говорил, что тебе пора помыться. Вон даже стражник заметил.

– Это он о тебе! – возмутилась ведьма.

– Уверена?

Эмбер успела лишь мельком подумать о том, что Лис выглядит подозрительно спокойным для того, кто готовиться встретиться с гостями из другого мира. Если только он с ними не знаком. Но на расспросы времени не осталось – они выбежали из джунглей и обнаружили, что портал вновь засиял, пропуская очередного иномирного гостя. Или гостей…

Глава 2 Кася

– Именем Хранительницы Эреша, Повелительницы стихий, великой Энси Дионы, требую подчиниться стражам завесы и немедленно доложить, кто вы! – Низкий мужской голос вывел меня из тупого оцепенения.

«Я поняла каждое слово», – мелькнула отстраненная мысль, а следом пришло осознание, что этому я обязана артефакту в виде небольшой черной клипсы, которую Вивиан прикрепила мне на ухо незадолго до появления стражей.

Я подняла глаза и столкнулась взглядом с высоким светловолосым воином. На его плече гордо восседала ящерица. «Туат», – догадалась я. Кустистые брови мужчины были нахмурены, лицо выражало тревогу и недовольство. В черных глазах его напарника, стоявшего с оружием на изготовку, читалось подозрение и готовность без колебаний пронзить меня стрелой. За спинами стражей, слегка в отдалении, я заметила Лиса в компании темнокожей, воинственного вида девушки. Высокая, мускулистая, с собранными в высокий хвост волосами, она казалась возмездием во плоти. Ведьма, вероятно. Лис тоже меня заметил и подмигнул, будто заверяя: «Выкрутимся! Не из таких передряг выбирались». Однако привычная расслабленная полуулыбка сползла с лица контрабандиста, как только он заметил распластавшегося на земле бледного Кева.

Мой взгляд вновь метнулся на красную, пропитавшуюся кровью шерсть Дхария, а потом и на осунувшееся лицо лучшего друга. Я судорожно сжимала руку Кева и молилась о чуде. Слезы катились по щекам, но я раз за разом смахивала их, отказываясь верить в худшее. Пока они оба дышат, шанс еще есть. Только упрямая, безосновательная надежда давала мне силы на борьбу с подступавшей истерикой. «Хватит! – одернула я себя. – Права на слабость у меня больше нет!» Кончилось. Еще на Земле.

Это из-за меня, из-за моей нерешительности Кевин и Дхарий сейчас при смерти. Мой лучший друг, не раздумывая, рискнул жизнью ради незнакомого ему мальчика. Просто потому, что такова суть Кева. Добрый, искренний, бескорыстный. Я же была готова наплевать на целый мир из-за собственной трусости. Горло сдавило.