Еретик

— Фисали, записывай все, что увидишь. Кто как действовал, как шагнул — все это потом пригодится. И от меня ни на шаг!

— Да, мой господин.

Я яростно строчил карандашом в блокноте, записывая происходящее. Надо — значит, надо.

Джейк подошел к открытой двери и вежливо в нее постучал. Это даже несколько выбило меня из колеи, но я продолжил записывать.

— Хален Йод и Гаред Домра! Вы обвиняетесь в пособничестве дьяволу, и согласно ордеру его святейшества, должны быть арестованы! Выйдите из здания, подняв руки!

Тишина в ответ. Джейк вздохнул.

— Никогда не выходят. Тогда придется использовать ордер на штурм… Третий взвод, контролировать периметр! Первый и второй взвод — перерыть здание!

Джейк отошел, пропуская солдат внутрь. Изнутри раздалось множественное шебуршение… и вдруг — хлопок выстрела. А спустя секунду — громовые раскаты автоматной очереди. А из другого конца дома раздался мат и явно что-то происходило. Вскоре солдаты вынесли труп девушки с кучей пулевых ранений, и связанного мужчину. Обоих кинули на землю, а один из солдат достал из сумки белую ткань и неспешно перевязывал себе плечо. Джейк подошел к мужчин и присел на корточки.

— Гаред Домра, в возрасте тридцати семи лет?

— Иди нахер…

— Зря-зря-зря. Я же пытаюсь спасти ваши души от ереси. И тела от костра. Вы же не хотите гореть? Хотя пепел из трупов хорошее удобрение. М-м-м, Фисали, что скажешь?

— Эм… ну… да, цветы прекрасно растут на трупах.

Гаред внезапно выгнулся дугой, закатил глаза и потерял сознание. Джейк хмыкнул.

— Мда, хрупкая психика у паренька была… Ну, кто же знал? Грузите его и его женку.

— А она ему жена?

— Нет. Но умрут они, возможно, в один день.

Тела погрузили в автобусы, и мы двинулись в обратный путь. В отделении еретиков разделили — умершую девушку отвезли в местный морг, а мужичка кинули в небольшую клетку, даже меньше, чем моя келья. Впрочем, долго он там не засиделся. Как только он проснулся, его тут же потащили в пыточную.

Пыточная была тоже небольшой — трем людям там было довольно тесно. Еще часть пространства забирали шкафы с самой разной кучей инструментов. А дополнял картину странный, тяжелый запах. Мозг отказывается воспринимать этот запах иначе как «страдания». Хотя нет, рядом с креслом есть еще и что-то, вроде как… удовольствие? Хм.

Сейчас на кресле, хорошо привязанный… даже не так. Еретика замотали так, что руки, ноги, торс почти скрылись за веревками. В памяти всплывает фраза «Хххорррошшшо зззафффиксирррованный пациент в анессстезззии не нужжждаетссся». Странно, почему эта фраза такая, будто её произнесла змея?

Джейк, беззаботно посвистывая, готовил инструменты. Прочищал их, снимал ржавчину… а я напрягался с каждой минутой все больше и больше. Мне казалось, что по полу стелется едва заметный туман, в котором шкрябают когтями сотни маленьких существ. И будто кого-то ищут. Здесь явно что-то есть. Вдруг я услышал смешок Джейка.

— Что, в первый раз? Ничего, я аккуратный. На тебя и капля крови не попадет! А ну ка…

Поверх своей мантии Джейк одел черный плащ, а на лицо одел тряпичную маску, после чего взял обычную плетку.

— Ну, у меня хорошее настроение, так что начнем с чего-то полегче…

/Эм… Страшный момент пыток! Если вы чувствительная натура, пролистывайте! /

Джейк встал напротив лица еретика.

— Итак, что скажешь?

— Ха-тьфу!

Плевок еретика стек по маске вниз. Джейк вздохнул, и хлестнул жертву по лицу. На коже остались хорошо заметные красные полосы.

— Плохой мальчик. Начнем по-другому. Как тебя зовут?

— Ты и так это знаешь… Ай!

— Ай-яй-яй, не правильно.

Джейк странно скрутил плеть, и ударил по ребрам. Еретик поморщился. Видимо, веревки смягчили удар.

— Как тебя зовут?

— Нахер… Ай!

— Как тебя зовут?

— Пошел… Ай!

— Как тебя зовут?

— Блять, ты… Ай!

— Как тебя зовут?

Джейк спрашивал его с пугающим спокойствием. Даже мне показалось, что он может задавать один и тот же вопрос с одной и той же интонацией хоть год.

— Я… Гаред Домра.

— Молодец. Держи конфетку.

Я в полном шоке (да и еретик тоже) смотрел на небольшой кусок карамели. Или это очевидная обманка, или… альтернативный метод допроса? Типа, кнут и пряник, в его прямом проявлении?

— Там яд?

— Нет. Просто кусок сахара. Вон там, видишь горелку, мешок с сахаром? Больше никаких склянок нет?

— Гм…

— Ну, не хочешь как хочешь.

Джейк закинул конфетку себе в рот и продолжил.

— Итак, сколько тебе лет?

— Хм…

— Не молчи, я этого не люблю.

Щелчок плетью был… мягче, чем в прошлые разы. Как будто предупреждал.

— Тридцать семь!

— Молодец. Конфетку?

— Гм… хер с тобой.

— А-ам! Молодец. Так. И где ты живешь?

— Улица Гарлом, дом семнадцать.

— Хорошо, держи. И что ты там делал?

— Я… Ну…

— Не бойся, никто не узнает!

Я говорил, что Джейк меня пугает? Если нет, то говорю сейчас. Это… прямо какое-то безумие. Мы в пыточной, а он кормит заключенного конфетами. Пиздец.

— Я не могу сказать.

— Почему? Твой рот пока что свободен и хорошо функционирует.

— Я дал клятву.

— Кому?

— С…

— Дай угадаю. Клятву Свободы?

— Д-да…

— Хм… И как она звучит?

— Не могу сказать.

— Кажется, орешек чуть тверже, чем я рассчитывал. Ладно, пора поменять инструмент.

Джейк взял небольшую коробочку с иголками.

— Итак, что ты делал в том доме?

— Не могу… А-а-а-а!

Джейк довольно быстро вонзил иглу под ноготь большого пальца правой руки.

— Ай-яй-яй… Как неаккуратно. Ноготь не болит? Ну так что там ты делал?

— Я ничего не зна… А-а-а!!!

— Ой, у тебя кровь! Какая жалость.

Он долбанутый, я отвечаю! Его точно по голове чем-то били!

— Ну так, что же ты делал в том доме?

— Пощадит… А-а-а-а!!!

— Ты же знаешь, что сделать, чтобы я тебя пощадил. Просто ответь на вопрос. Что ты делал в том доме?

— Я… готовил подкоп.

— Молодец. Держи конфетку. Ага, не торопись… И зачем вам нужен подкоп?