«Если», 2004 № 06

Подруга смягчилась ровно настолько, чтобы позволить ему наскоро принять душ и позавтракать.

Керив была в магазинчике. Стирала пыль с товара и с присущей ей аккуратностью раскладывала новые образцы.

— Доброе утро, Люк. Хорошо спал?

Полушутливая улыбка. Она всегда говорила так, когда знала, что ночь он провел не один. И если даже и ревновала, то очень умело это скрывала.

— Доброе утро. Мне нужно поговорить с тобой.

Керив чутко уловила его тон. Поджатые губы, вскинутые брови, задумчивый кивок. Кажется, она уже знала, о чем пойдет речь. Поэтому спокойно отложила метелку и составила вместе два стула, что, по ее суждению, обеспечивало нужную степень близости.

— Ладно, выкладывай.

Люк был полон решимости не мямлить и не увиливать. Прежде всего он не желал выслушивать очередную нотацию от Элуин. Но понимал также, что некрасиво водить Керив за нос.

— Я.люблю тебя, Керив. Но жениться не хочу.

Пауза.

— Честно говоря, вряд ли сейчас из меня выйдет достойный муж для кого бы то ни было… но я постараюсь исправиться.

Снова холодный кивок.

— Спасибо, Люк. Я тоже тебя люблю. И должна признать, давно уже ожидала услышать нечто в этом роде. Ничего, все в порядке.

Она похлопала его по коленке.

— Знаешь, я действительно рада, что у вас с Элуин все получилось. Она действительно нуждается в тебе.

Голова Люка пошла кругом. Неужели все, буквально все знают о его жизни больше, чем он сам?

— Не уверен, что у нас так уж все получилось. Она продолжает объяснять мне все мои недостатки.

Небрежный взмах рукой:

— Кто лучше ее может это сделать?

Керив глянула ему в глаза. Строго. Хотя губы улыбались.

— И насколько она точна?

Люк, в свою очередь, улыбнулся и отвел взгляд.

— Должен признать, почти всегда попадает в яблочко. Похоже, весь вчерашний день я постоянно получал уроки скромности, причем из различных источников.

Он попытался не думать о Лаки.

— Скромность полезна для души. Постарайся к этому привыкнуть.

Улыбка не дрогнула, но словно немного ужесточилась.

«Ладно, я этого ожидал».

— Мне просто хочется, чтобы ты знала: мы расстаемся не из-за Элуин. И сказал тебе чистую правду: не думаю, что стану хорошим мужем и для нее!

— Ну так стань хорошим.

Теперь раздражение ощущалось еще отчетливее. Люк изумленно уставился на девушку. Керив взяла его руку, чтобы смягчить удар.

— Люк, ты чудесный парень. Но не всегда будешь оставаться центром Вселенной.

Для пущей убедительности она встряхнула его руку.

— Элуин любит тебя, Люк, всегда любила. Похоже, это знают все, кроме тебя. И теперь она нуждается в тебе или, по крайней мере, в том человеке, которым ты можешь стать.

Люк кивнул. Снова кивнул. Ему пора повзрослеть. И больше тут сказать нечего.

Керив подошла к нему и обняла, сначала нежно, потом почти свирепо. Он ответил тем же. Она прижалась к нему щекой. Мокрой щекой.

— Ты, конечно, уже решил идти к отцу, но дай мне поговорить с ним первой.

Щекой она ощутила его кивок.

Снег хлестал в окна: очевидно, ветер усиливался. Может, стоит поискать Элуин?

Достаточно ли тепло она одета?

Из раздумья его вывел голос Кериса:

— Заходи, сынок.

Несмотря на уже поседевшие виски, он все еще полон энергии.

Керис похлопал по стулу, стоявшему рядом с конторкой, на кото-, рой уже ожидали небольшая стопка счетных книг и заполненный цифрами листок бумаги.

— Простите за Керив, сэр, — пробормотал он, садясь.

— Не стоит волноваться, — отмахнулся Керис. — Поверь, она скоро утешится.

И, подавшись вперед, заговорщически подмигнул:

— Между нами говоря, я насчитал не меньше троих, которые ждут не дождутся, пока ты уберешься с их дороги. Ей понравится стать королевой бала, хоть и ненадолго. К сожалению, я примерно знаю, кто станет моим будущим зятем. Редкостный зануда, хуже чирья в заднице, но Керив скоро сделает из него человека, не сомневайся.

Люк и не думал сомневаться. Керису можно доверять. Он прекрасный знаток человеческой натуры. Не говоря уже о том, что еще и любящий отец. На душе стало полегче.

— Ты пришел вовремя. Твоя мать просила меня поговорить с тобой в двадцать первый день твоего рождения, который, как я припоминаю, будет завтра.

Керис принялся перечислять имущество, которое сохранял для Люка все эти годы. Прежде всего деньги. Мать оставила изрядную сумму, несмотря на низкие доходы Целителей. Все записано в самой маленькой счетной книге. Его ученическое жалованье, тщательно подытоженное в другой книге, положено в банк. Чуть большее жалованье, которое он стал получать с восемнадцати лет, скрупулезно занесено в ту же самую книгу. Доля прибыли от новых изделий, предложенных Люком, также старательно отражена в третьей книге. С каждой новой строчкой Люк ощущал, как растет его состояние. Общий итог ошеломлял. Бережливый человек мог прожить на такие деньги десяток лет, не ударив пальцем о палец.

— Сэр, вы ничего мне не должны. В конце концов, я был всего лишь подмастерьем.

— И чертовски хорошим, я бы сказал, — благожелательно улыбнулся Керис.

— Но вы взяли меня к себе и воспитывали как собственного сына. И я наверняка должен вам что-то за еду, одежду и кров.

— Ты делал свою долю работы, и нужно заметить, немалую. Ты был хорошим мальчиком и прекрасным компаньоном. Вполне достаточная плата.

Снова благожелательная улыбка. Керис, очевидно, был очень доволен собой.

Люк поколебался. Но мысль об очередной нотации Элуин перевесила.

— Я искренне ценю ваше великодушие, сэр. Трудно высказать, как я вам благодарен. Знаю, вы ожидаете, что я стану вашим партнером. И поэтому на душе моей тяжело. Но я должен сказать правду.

Керис ответил ободряющим взглядом.

— Сэр, я чувствую, что нуждаюсь в чем-то вроде отпуска, перед тем как приняться за дело. Я хочу путешествовать. Очень хочу. Не знаю зачем. Может, для того, чтобы немного повзрослеть. Не могу представить никого другого, с кем хотел бы работать все последующие годы, но просто не готов начать прямо сейчас.

— У-у-ф! — с преувеличенной досадой выдохнул Керис. — И это все? Я уж боялся, что ты собираешься податься в конкуренты и открыть магазин на другой стороне улицы!

Похоже, он и в самом деле почувствовал облегчение!

— Впрочем, даже если и так, вряд ли я имею право тебя осуждать. Ты бы в два счета заткнул меня за пояс. — И, хлопнув Люка по плечу, добавил: — Хочешь погулять? Можешь начинать прямо с завтрашнего дня. Ты и раньше в свой день рождения уходил в горы. Черт, да иди прямо сейчас. Товара у нас хоть отбавляй, к тому же я и сам подумывал закрыть мастерскую на праздники зимнего равноденствия.