Это только сон

После его слов женщина едва заметно кивнула.

– Мы только что узнали о Вашей болезни. Зря вы не обратились к магу, потому что обсидиановые раны они обязаны лечить за счёт казны - это распоряжение Повелителя.
– Продолжил Ригги.
– Но я не об этом, в любом случае я сейчас Вас подпитаю, а затем мы дополнительно попробуем ещё один способ. Позвольте я вас осмотрю.

Мияна тотчас же наклонилась к матери и отбросила лёгкое покрывало, начала расстёгивать пуговки на лифе и освобождать шею матери. Нам открылась ужасная картина: слева, где бьётся жилка, чернела старая рана. Выглядела она безобразно, да и запах был ужасный, похожий на сырую и затхлую плесень. Вся шея до груди была покрыта чёрной сеточкой, похоже, сосуды и капилляры умирали. Мияна, зажав рот рукой, смотрела на мать расширившимися глазами, полными слёз. Я оглянулась, вторая дочь, подсматривающая из-за двери, точно так же отреагировала.

Ригги, наоборот встрепенулся и просил нас отойти. Он взял небольшой кристалл, размером с фундук и положил больной в центр груди. Сначала ничего не происходило, потом камешек едва заметно засветился голубоватым светом. Ничего заметного не происходило, но Ригги ждал.

Мияна с такой надеждой смотрела на кристалл, что я подумала, как она могла столько времени улыбаться мне, если знала и переживала за мать. А то, что она не была равнодушной, я была уверена. Их семья - бедная, с окраин Леса, и поэтому они ничего не знают про распоряжение Элоэна. Ведь могли уже давно получить помощь и не доводить до такого ужасного состояния мать семейства. Рана была как раз в том месте, где приставляют нож к горлу. Пока девушка была молодой, и жизненных сил было в избытке, рана почти не менялась, едва заметно ухудшаясь, но супруги справлялись травами. Едва эльфийка начала стареть или, может, заболела, обсидиановое проклятие проснулось и начало пожирать женщину.

Очень хотелось спросить об этом Элоэна, но вспомнив про смерть его жены, я в корне задавила это желание. Наверное, он так любил свою жену, что до сих пор - один, я не слышала, что у него есть связи на стороне. Создавалось впечатление, что он или слаб в мужском понятии, или просто монашествует. Скорее, второе, конечно.

Я очнулась от мыслей и посмотрела на кристалл - камешек угасал, и наконец, стал просто серым. Ригги убрал его, и мы увидели, черная сетка стала чуть бледнее и отступила немного, совсем чуть, на пару сантиметров.

– К сожалению, Вы сильно запустили процесс, - покачал головой мой спутник.
– Теперь остается надеяться на второй способ.

Он опустил руку в неизвестно откуда взявшуюся поясную сумку и достал нечто, завернутое в шёлковый платок. Мы с любопытством наблюдали за ним. У него в руке осталась сизая масса, по виду мягкая и пластичная, но держащая форму.

– Принеси что-нибудь, чтобы закрепить повязку!
– Распорядился Ригги.

Мияна опрометью выбежала и комнаты, а маг начал отщипывать кусочки и покрывать ими рану.

Буквально через пару секунд, необходимых, чтобы паста вступила в реакцию с телом, раздалось слабое шипение, шорох - это пузырилось ставшее жидким средство Ригги. Комната наполнилась удушающим серозным с примесью нечистот запахом. Я бросилась к окну и открыла его, сразу стало свежее. Мать Мияны, что было поразительно, терпеливо наблюдала за происходящим, ни разу не дёрнувшись или шевельнувшись. Через минуту реакция прекратилась, и Ригги стал накладывать второй слой, подоспевшая Мияна протянула свернутый белый платок и узкий рулончик ткани. Вот и бинт увидела эльфийский, отметила я. В это время Ригги ловко прибинтовал платок с пастой эльфийке, Мияна помогала магу, приподнимала мать.

Когда они закончили и прикрыли больную покрывалом, женщина расслабилась и стала засыпать. Её глаза закрылись. Ригги кивком велел уйти, и мы с Мияной на цыпочках вышли вон, сам маг тоже не остался там и закрыл за собой дверь.

Мы прошли в комнату, оказавшуюся гостиной. Скромные голубые с жёлтыми цветочками занавески на двух окнах, деревянные чистые полы, как в обычном деревенском доме, а стены - оштукатуренные, глиной, наверное, и окрашенные бледно зелёным цветом. Видавший виды диван с выцветшей серо-зелёной обивкой и соответствующие ему три кресла, грубоватые по дизайну, жёсткие. Бюро около окна, потершееся потемневшее дерево, сразу видно, что кто-то в семье проводил очень много времени за ним, небольшая тумба около другого окна, выполнявшая роль столика, на котором красовалась простая, но стильная ваза из молочного стекла с сиренью, аромат которой изысканно ласкал присутствующих. Здесь было небогато, но аккуратно.

Две сестры и брат Мияны уже были в гостиной. Парнишка с ногами забрался в кресло и тревожно заглядывал всем в глаза, пытаясь узнать о происходящем. Младшая сестра присела на подлокотник, прислонившись боком к брату, средняя - оперлась о подоконник рядом. Они все, такие юные, веснушчатые, зеленоглазые, молча ждали пояснений.

Мияна направилась к окну, по пути рукой пригладив такие же ржаные локоны, как у неё, брата и бледно соломенные - младшей сестры, и уселась на подоконник рядом.

– Где Ваш отец?
– Спросил Ригги, присев в кресло рядом с диваном, я же расположилась на нём, удивившись, что все проигнорировали его.

– Скоро будет, он пошёл продавать травы, которые мы смогли здесь заготовить, - ответил младший.

Я улыбнулась, растёт мужчина!

– Мияна, познакомь нас, - попросила я служанку.

– Это Санривий, - указала она на брата, мальчик вскочил и поклонился.

– Риэманэль,- показала она на младшую, которая тоже встала и сделала неловкий книксен.

– Виэйлинэль - наша средняя сестра, - закончила представление Мияна.

– Это лиор Риггионель ди Каавэир, - представила она мага, и потом меня. Ребята с любопытством начали сверлить меня глазами.

– Что здесь происходит?
– Загрохотал густой басовитый мужской голос, и мы увидели высокого крепкого эльфа с копной непослушных рыжих волос, прихваченных кожаным шнурком.

Одет он был просто, если не сказать бедно, в болотного цвета штаны и рубашку, прихваченную матерчатым поясом.

– Папа!
– Метнулась к нему Мияна и сразу стало заметно, насколько она похожа на отца, её волосы и цвет глаз, высокие скулы.

Мияна негромко зашептала на ухо.

– Приветствую Вас в моём доме и благодарю за помощь!
– Прервал он дочь, отодвинул её и достойно поклонился.
– Рагоррий йор Лурионьен к Вашим услугам.

– Рагоррий, где мы сможем с Вами переговорить, - обратился к хозяину Ригги и они ушли в одну из комнат.

Мияна подкралась ко мне и начала шептать:

– Госпожа, пожалуйста, сделайте так же, как и мне, им, - она кивнула на младших и состроила жалобное лицо.
– У нас даже друзей нет, все сторонятся нас. Пожалуйста...

– Я посмотрела на них.

– Мияна, нужно спросить твоих родителей, они ещё малы принимать такие решения.

– Вы не понимаете, это проклятие нашей семьи, мы и жили на окраине поэтому, там много таких, и эльфы терпимее, потому что полукровок и их потомков много, но ради мамы приехали сюда.
– Горячо выпалила Мияна.