Эволюционер

Сейчас 70 килограмм мечты прерывисто дышали над ее ухом, прижимая ее тело к кровати и убеждая в своей полной ощутимости. Куда уж более. И тем не менее, мечта эта была столь же ощутима, сколь и полностью нереальна. Поскольку, увы, как Велия отлично понимала, для Секста она была лишь постельным развлечением. Ни к чему хорошему это не могло привести и это надо было кончать. Не то, чтобы она не пыталась.

Когда уже через пару дней Секст опять позвал ее в свою каюту, она не решилась отказать на публике, тем более повторить свое недавнее выступление, так что пришлось идти. А войдя присесть за чашечку чая, и начать говорить на самые разные интересные темы, разговор о которых, ну, совершенно невозможно было прервать. И почему-то опять и опять разговор заканчивался вот в таком положении. Если бы на потолке каюты Секста была бы звездная карта, то сейчас Велия, наверное, уже смогла бы выполнять обязанности штурмана. Может посоветовать ему?

Уже после того как флот выполнил свою задачу и развернувшись пытался избежать встречи с преследующим их флотом Сергиев, Велия окончательно убедилась в полном совершенстве вицеконсула, который смог предсказать даже божественное вмешательство, несмотря на полное отсуствие в мире богов. По крайней мере до сих пор. А стало быть, и полную безнадежность сосуществования ее, внешне серой невзрачной мышки, рядом с таким небесным совершенством. И это надо было кончать.

Очередной раз присев за чашечкой кофе, Велия собрала свою волю в кулак и начала:

— Секст, не зови меня больше к себе.

— А что случилось?

— Ничего. Просто то, что у нас происходит, не может продолжаться вечно. И чем позже это кончится, тем больнее будет. Мне, — поправилась она, подумав, что ему-то вряд ли, — Поэтому, если ты хоть немного заботишься обо мне — отпусти. Так будет лучше.

— Понятно. До тебя добрались мои родители, и изложили, кто кому пара, а кому нет, — в голосе Секста появилось раздражение, — Кто, мать? Или может даже бабка?

— Я в жизни не видела ни твою мать, ни твою бабушку, — честно призналась Велия.

— И то правда. Бабка скорее попыталась бы тебя завербовать. Значит отец. Сколько им можно обьяснять, не соваться не в свое дело! — голос Секста уже стал не просто раздраженным, а откровенно злым.

— Не надо так, Секст. Он — твой отец, он о тебе беспокоится.

— Я и сам о себе могу побеспокоиться.

— Я тоже о тебе беспокоюсь!

— Тебе — можно. Но зачем они-то в это все лезут???

— Ну, на что я тебе такая сдалась? На корабле полно девушек-сервов, таких красивых, что в игре бы их в Мавританию или Сирию за золото в наложницы продавали бы. И которых, за право уйти в дорминаторы, ты себе в постель пучками можешь укладывать. Да еще и к их полному удовольствию. Ты все равно ничего не теряешь.

— Ты не понимаешь.

— Секст, ты думаешь только о себе. А подумай обо мне. Я — эквитка. Кроме профессиональных обязательств, я еще должна выйти замуж, быть хорошей верной женой, родить здоровых детей и вырастить их. Как ты думаешь, легко это сделать, если наши отношения затянутся?

— Вот как? Значит, Долг… — усмехнулся Секст, и это неприятно царапнуло ее, но он тут же добавил мягче, — Я понимаю. Извини. Правда ты забываешь, что любая проблема имеет более одного решения. Но я понимаю. В любом случае, твой будущий муж не будет возражать, если мы просто поговорим о разных делах под чашечку кофе?

Против дел и кофе муж, конечно, возражать вряд ли мог. А потом чашечка кофе и разговор закончились как обычно. Еще пару раз Велия пыталась начать тот же разговор с тем же результатом. Может все-таки прислать рабочих-сервов, чтобы наклеили на потолок звездную карту?

Секст расслабился и улегся рядом на спину, одной рукой все еще обнимая и поддерживая ее за плечи, а другую уверенно возложив ей на левую грудь. Велия тоже расслабилась закрыв глаза. Ей было тепло, спокойно, уютно. Хотелось, чтобы это мгновение продолжалось вечно. Но у нее был план, и его надо было претворять в жизнь.

— Секст? — окликнула она.

— Да?

— А у тебя была девушка в Игре?

— Ну, как сказать, — не сразу ответил он.

— Понятно. Она хоть знала, что она твоя девушка.

— Ты и правда очень умная, — меланхолично откликнулся он.

— А почему она не знала?

— Как-то не мог решиться. Красива, умна, решительна. Совсем как ты. Она была просто слишком хороша для меня.

— Для тебя-то? А что, такие бывают?

— Для меня. Бывают.

— А я? Сойду и так?

— Не надо. Раз уж у нас вечер воспоминаний, можно спросить о том же тебя?

— Да, был. Нет, не знал. Да, был слишком хорош для меня.

— А я, что, не слишком хорош?

— А ты меня спрашивал? И да, слишком хорош, потому у нас ничего и не выйдет. И, если тебя это интересует, то да, если бы Нейл обратил на меня внимание, я бы ему тоже отказать не смогла.

А-а, семь бед — один ответ, решила про себя Велия. Если он был один из тех неудачников, которые глотали слюни, когда она проходила мимо, то может просто бросит ее, узнав, что она была влюблена в Нейла, от одного вида которого те же неудачники пачкали штаны с перепугу. И тогда она сможет продожить жить своей жизнью, какая бы она ни была. Секст и правда дернулся, услышав имя:

— Нейл?

— Наш кланлидер. Темный паладин. Четырехсотый уровень.

«Моих непрошенных кавалеров намазывал на хлеб на завтрак,» — чуть не добавила она, но сдержалась. Странно, но ожидаемой реакции от Секста не последовало.

— Ты была в клане «Плохие парни»?

— Ну, была…

— Я могу узнать кем?

— Извини, но вот это я точно тебе не скажу, — ответила Велия. Ага, конечно, так я тебе и сказала! Особенно учитывая, что по утверждению Квинта, ты там в меня был влюблен.

— Могу я поинтересоваться, почему?

— Могу я узнать, кем ты был в Игре?

— Туше, — признал Секст, и вместо того, чтобы возмутиться ее бывшими пристрастиями, улыбнулся, по-хозяйски поцеловал ее в грудь, а потом расслабленно откинулся обратно на спину.

— А почему ты не обьяснился с ней? Ну, ладно, тогда понятно, а позже?

— А позже я ушел в реальность. А она осталась в Игре. И нам больше никогда не встретиться.

— Почему не встретиться? Вон у тебя капсула стоит. Адмиральскую каюту же неизвестно кто занимать будет, поэтому она всегда оборудована эквитской капсулой.

Настала пауза.

— А знаешь, я и правда не сообразил. Ведь когда я первый раз вылез, я думал, что это специальная Священная Реальность, этакая игровая локация для суперквестов. Потому и думал, что отсюда обратно ходу нет. А я ж просто из капсулы вылез. И так же могу и обратно зайти…

Секст задумался.

— Хотя нет, Игра флотилии — это лишь небольшой фрагмент, какие шансы, что она тут, а не осталась на планете?

— Ну, хотя бы расспросишь о ней. Могу я поинтересоваться именем твоей недосягаемой любви?