"Фантастика 2024-195". Компиляция. Книги 1-33
Шрифт:
Сам вход во дворец был обрамлен колоннами, поддерживающими две маленькие арки по краям стены и главную арку входа, побольше. Дворец был выстроен из кирпича и на мой взгляд, его не мешало бы сделать более светлым, сейчас он представлял из себя мрачное серое сооружение, напоминающее поздние средневековые европейские замки. Живя в таком, конечно же, трудно оставаться жизнерадостным и оптимистично настроенным человеком, твердо уверенным в том, что удастся возродить империю.
Внутри тоже царил полумрак. Всюду горели светильники, но из-за высоких потолков, окутанных мраком, тусклое их мерцание
Наша свита чуточку отстала, рядом со мной шла только мать и чуть поодаль — мои новоприобретенные братья и сестры.
Я с нежностью поглядел на женщину рядом с собой и поблагодарил богов, которые снова сделали меня любящим сыном. Клянусь, что я больше никогда не заставлю ее плакать. Клянусь, что…
— Где ты шлялся, мерзкий бездельник, гуляка и вертопрах? — визгливым голосом спросила мать. Ее звали, кстати, Флавия Серена, это я помнил точно. — Хорошо, что не надо больше притворяться перед людьми, как же я устала от этого… Что за непонятные слухи о тебе гуляют по городу? И зачем ты притащил сюда полудохлого раба? Почему не бросил подыхать там, где его ранили? Что за вонючие морды ты привел с собой?
Я остановился с открытым ртом и уставился на нее. Шедшие сзади малыши натолкнулись на меня и недовольно заворчали:
— Ну, чего встал на дороге, как пень? Шевелись, давай.
Строго говоря, это были уже подростки, возрастом младше меня от одного года до трех лет. Это я так, воспринимая их как младших родичей, назвал малышней. На самом деле вполне себе уже взрослые дылды, очень похожие, кстати, на меня внешностью. Черноволосые, белокожие, с яркими большими глазами и худощавым телосложением.
— Что ты уставился? — спросила мать, оглянувшись. — Язык проглотил? Где ты был, я спрашиваю? Зачем ты вообще отправился к этой скотине, к живодеру Северу?
Да уж, вам не кажется, что я чуток поторопился с выводами в отношении пламенной материнской любви? Однако ругаться с родительницей прилюдно я не стал, оставим на потом. Она в шоке или это всегдашняя ее манера разговаривать со мной? Если верно второе, то придется работать не только над укреплением своего положения в обществе, но и внутри семьи. Что же за тряпка был этот Ромул, раз позволял с собой так обходиться?
Моя любящая семья обошла меня, так и застывшего на месте. Мать не дождалась ответа и сердито прошипев ругательство, быстро отправилась дальше по коридору. Как я заметил, по натуре моя дражайшая матушка была энергичной и стремительной в поступках и в мыслях. Нелегко, ох нелегко будет укротить такую.
Оглянувшись, я заметил слуг, стоящих в отдалении. Приближаться без разрешения они не смели. Свита, окружавшая мать на площади и потом зашедшая вместе с нами во дворец, быстро куда-то рассосалась, а жаль, среди них я заметил несколько весьма привлекательных девушек, с которыми пожелал бы свести знакомство поближе.
Я подозвал одного из слуг и спросил:
— Где мои покои? Отведите, а то я плохо себя чувствую. Но сначала давайте посмотрим, как там люди, что пришли со мной.
Слуга был молодой парень, загорелый и с кудрявыми волосами. Он проводил
меня в пиршественное место, где вокруг обеденного стола стояли скамейки. Разбойники уже с удовольствием расположились на них.Я ожидал увидеть триклиний, гостиную, где гости располагались вокруг стола, полулежа на кушетках, но нет, видимо, эта привилегия была для пришельцев рангом повыше. Стол, во всяком случае, им накрыли сытный: жареное мясо барашков и уток, сыр, оливки, хлеб и вино, много вина.
Заметив, что я смотрю на них, я сказал бандитам:
— Друзья! Сегодня отдыхайте, а завтра начнем тренировки. Из вас будут делать воинов. А сейчас я хочу поговорить с Лакомой.
Предводитель разбойников, то есть, уже новоявленный командир моих гвардейцев, поднялся из-за стола и направился ко мне. Интересно, насколько искренне его послушание? Будет ли этот человек верно служить мне или просто-напросто переметнется к врагам, как только те предложат большую плату?
Чужая душа потемки, пока что, подходя ко мне, рыжебородый главарь прятал улыбку в густой бороде.
— У тебя должна быть веская причина, для того, чтобы ты поднял меня с такого вкусного пиршества, — сказал он.
— Ты забыл добавить «мой император», — напомнил я, пристально глядя ему в лицо.
Теперь, при щедром сиянии светильников, я видел, что у Лакомы лукавые зеленые глаза и масса веснушек на носу, щеках и лбу. Телосложением он был худощав, скорее, даже жилист. Наверняка, очень вынослив и опасен в бою.
— Ах да, верно, мой император, — с легкой насмешкой добавил он и глубоко поклонился. Разбойники за столом засмеялись.
— Пойдем, ты перекусишь вместе со мной, — сказал я и тоже добавил погромче: — Родерик и Марикк, а вы что сидите? Разве ваша обязанность не находиться рядом со мной?
Огромные воины тут же встали из-за стола и направились к нам. Когда они приблизились, у меня создалось ощущение, будто я нахожусь рядом с двумя гранитными глыбами. Марикк держал в руке недоеденную баранью ногу.
Мы отправились в мои покои, куда по дороге я приказал слуге привести магистр оффиций, начальника имперской канцелярии, отвечающего в том числе и за охрану императора.
Я хотел спать, глаза слипались, но я знал, что когда усну, все равно окунусь в ночные кошмары, поэтому не торопился почивать. Тем более, что у меня была масса неотложных дел.
— Как тебя зовут? — спросил я на ходу у слуги, молодого парнишки, вечно старающегося смотреть в пол. — Я частью потерял память после стычки, поэтому мне нужно напоминать о многом в этом дворце.
— Я понял, доминус, — едва слышно ответил парнишка. — Мое имя Герений. Будут еще какие-нибудь распоряжения, доминус?
По дороге нам встретилась девушка, которую я видел до этого среди придворных на площади перед дворцом. Среднего роста, но изумительно сложенная, шатенка с выразительными глазами и пухлыми губами. Волосы у нее были уложены в замысловатую прическу, туника расписана затейливыми рисунками из золотых нитей. Лакома одобрительно заворчал при виде ее.
— Принеси нам еды и вина, — приказал я Герению. — И как только придет магистр оффиций, проведи его ко мне. А также скажи, как зовут эту красавицу, что только что прошла мимо нас?