"Фантастика 2025-29". Компиляция. Книги 1-21
Шрифт:
Пульс Ричарда на секунду перестал биться, и он вздрогнул так сильно, что едва не потерял равновесие. Сердце Зверя! Конечно! Легендарный камень, найденный на исходе существования Золотой Анаксии! Необычная алая ройя, подаренная анаксом Анэсти своему младшему брату Ринальди и сгинувшая вместе с ним в Лабиринте! Не удивительно, что он не признал её сразу… Она стала почти мифом.
Тёмно-алый камень, от которого Дик так и не смог оторвать взгляд, словно полыхнул огнём прямо в лицо юноше. Теперь стало совершенно ясно, что он заключен в массивную золотую оправу кольца, надетого на изящный длинный палец. Бледную кисть руки почти полностью скрывали широкие рукава. Боковым зрением
— А вот и наш заказ! С пылу, с жару, прямёхонько с огня, а пахнет так, что и мёртвый поднимется! Славный у нас будет ужин, вашмилость! Чего изволите скушать: баранье жаркое или кусок каплуна?
Гилл, появившийся как нельзя более некстати, полностью загородил и окно и незнакомца. Ричард чуть не взвыл от злости.
— Вина! — рявкнул он: в руках у телохранителя не было ни одной бутылки. Гилл слегка опешил, но тут же понятливо кивнул и, сгрузив на стол тяжёлый поднос, нырнул обратно к хозяйской конторке.
Действовать приходилось быстро: Гиллалун не любил, когда Дик вызывал Рамиро. Хотя месяц назад именно литтэн привёл телохранителя к молодому господину, умиравшему на пороге Северной башни, огромная гончая всё равно вызывала у слуги нервную дрожь.
Дик осторожно свесил руку: густая тень, падающая от угла массивного дубового стола, лежала прямо у ножек его табурета. Юноша слегка прищёлкнул пальцами, и тень чуть заметно ожила, вопросительно приподняв длинное ухо. Рамиро желал знать, зачем его побеспокоили. Воровато оглянувшись, Ричард ткнул пальцем в сторону таинственного оконного проёма. Понятливый литтэн, даже не потрудившись перейти в трёхмерную форму, скользнул под ноги шумной компании игроков и на несколько долгих минут слился с другими тенями.
— Давай-давай-бросай! Покажи-ка, на чьей стороне удача!
— Эх, ставлю на кон всё!..
Ричард до рези в глазах всматривался в сумрачный угол у окна: его по-прежнему освещал только крупный камень, вспыхивающий тревожным тёмно-красным огнём. От навернувшихся слёз картина поплыла, и Дику почудилось, что сумрачный незнакомец глядит прямо на него с лёгким любопытством, но закутанная в плащ фигура расплывалась тем больше, чем жаднее хотелось её рассмотреть.
— А в здешнем погребе, оказывается, водится белое вино, вашмилость! «Сиротская слеза», каково? И что за дуралей измышляет все эти названия? Но хозяин божится, что винцо недурное.
Гилл принялся сноровисто откупоривать принесённые бутылки. Ричард уставился в свою тарелку, до боли прикусив язык, чтобы не послать верного телохранителя прямиком в Закат.
— Вина и каплунью ножку, вашмилость?
— Нет, жаркого и хлеба. Хотя постой. Пожалуй, сначала мне стоит пойти немного проветриться. Я выйду, а ты приступай.
Ричард лениво поднялся из-за стола, выпрямляя спину, но, бросив взгляд в сторону заветного окна, едва не вскрикнул. Рамиро, уже в своей трёхмерной форме, стоял у самого локтя незнакомца, и Ричард впервые увидел того совершенно отчётливо — так, будто с глаз спала пелена. Одетый в поношенный дорожный плащ с капюшоном, тот сидел у маленького столика и неспешно тянул что-то из кружки — воду? Вино? Кровь невинноубиенных младенцев?
Рамиро повёл себя странно: пристально посмотрев человеку в глаза, он доверчиво улёгся длинной мордой ему на колени. Вот ведь
предатель! Незнакомец, спокойно выпростав из широкого рукава кисть левой руки, принялся поглаживать голову гончей лёгкими касаниями пальцев.Сжав кулаки, Ричард ужом проскользнул к окну мимо игроков в кости. Не будь он Окделл, если не выяснит, что за всем этим кроется! При его приближении незнакомец поднял голову. На красивом, известном всякому эсператисту лице играла тонкая улыбка, а зелёные глаза взглянули на Дика пронзительно и насмешливо. Отставив кружку в сторону, он коротким движением снял капюшон, высвобождая длинные золотистые локоны. Сердце Зверя горело на его безымянном пальце, как отблеск самого Закатного пламени.
Лишившись дара речи, замерев как кролик перед удавом, Дик только и смог, что поднести пальцы левой руки к губам, но слова спасительной молитвы вылетели у него из памяти. Несколько минут он и Леворукий молча созерцали друг друга. Наконец, Враг рода человеческого слегка склонил голову, словно в знак приветствия, и спросил, причём в его ленивом голосе прозвучали удивительно знакомые и почти родные для Ричарда интонации:
— Вы хотите послать мне воздушный поцелуй, юноша?
Глава 1, вступительная. Незнакомец. 2
2
— Вы… — слабо выговорил Ричард севшим голосом, так и не отведя пальцы от губ, — вы… — Его взгляд заметался между красивым лицом в обрамлении золотых кудрей и горящим, как раскалённый уголь, Сердцем Зверя. Как такое возможно? Как могло это кольцо оказаться на пальце у Леворукого? Оно же сгинуло в Лабиринте четыре круга назад!
Леворукий спокойно ждал продолжения, рассматривая своего визави яркими кошачьими глазами. Рамиро, блаженно щурившийся у него на коленях, внезапно приоткрыл веки и пронзил своего Повелителя острым синим взглядом. В голове у Дика что-то дрогнуло и сдвинулось, как некогда дрогнули и сдвинулись скалы, взорванные эром Рокэ у Барсового Ока.
— Вы Ринальди Ракан, — тупо закончил Дик с чувством невесть откуда взявшейся уверенности в собственной правоте.
Незнакомец до боли знакомым движением приподнял брови.
— Кто такой Ринальди Ракан? — осведомился он с искренним любопытством.
— Ринальди Ракан… это вы, — беспомощно объяснил Дик, сам понимая, как нелепо это звучит.
— Гм. Похоже, что вы, юноша, любитель ходить кругами, — резюмировал незнакомец, слегка пожав плечами. — Что ж, будем считать, что вам известно, кто я. А как насчёт вас?
— Я Ричард. Ричард Окделл, — пробормотал Дик, внутренне ужасаясь самому себе.
— Ричард? — снова приподнял брови незнакомец. — Занятное совпадение. Вы любите кошек, Ричард?
— Я люблю собак. Этот перстень у вас на руке… Откуда он у вас?
— Как и следовало ожидать, — вполголоса произнёс незнакомец, обращаясь к самому себе, — Окделл сразу же обратил внимание на камень. Он всегда был у меня, Ричард, но, правду сказать, я и сам не знаю, откуда он взялся. Может быть, когда-то я был человеком, как вы, и приобрёл его в те времена, однако я уже не помню об этом.
Дик осторожно опустился на лавку напротив незнакомца: у него ощутимо дрожали колени.
— Я… Я недавно был в Агарисе, — зачем-то объяснил он.
— Поздравляю вас.
— Я… видел капеллу «Ожерелье миров». Там есть картина… Её писал Диамни Коро. «Суд над Ринальди Раканом». У вас его лицо. Вы Леворукий?
— Я правша, юноша, — усмехнулся Псевдолеворукий, словно бы Ричард спрашивал именно об этом, и будто в доказательство своих слов снова взялся правой рукой за кружку. — Я – Одинокий, одинокий путешественник, вот и всё.