Фаворит

Наконец, добрался до гребня и повис на пальцах между зубцами. Сердце стучало, как бешеное, разгоняя кровь для рывка. Температура внутри комбинезона поднялась так высоко, что без помощи микроботов я бы уже потерял сознание. Дождавшись, пока в перемещениях стражи появится рассчитанное окно, я активировал маскировку и рывком вытянул себя на стену. Факелы здесь были расставлены чаще, в багровом свете я рассмотрел удаляющиеся спины. Отлично, меня не заметили. Вернув ночное зрение, я добрался до противоположного края и снова повис. Предстояло самое неприятное.

На этот раз спуск получился более удачным. Едва не сорвался я всего один раз, когда с самого верха мне на голову упал маленький камень. Прижавшись к стене, я вскинул голову и встретился глазами со стражником, пристально всматривающимся в темноту под ним. На долгую секунду меня парализовал ужас. Неужели что-то случилось с маскировочным модулем? Пальцы едва не разжались, но удержался на рефлексах. А потом стражник с безразличным видом поднялся, скрываясь за краем.

Кое-как отдышавшись, я продолжил спуск. Запоздало подумалось: он бы и не смог меня увидеть во мраке. Это для меня ночь раскрашена в зеленоватые тона, стража же не видит ничего за пределами стены, факелы помогают сторожить верх стены, но не стороны.

Наконец, оказался внизу. Просторный двор, уже даже не двор, а целая площадь, вымощенная камнем, без единого деревца, даже трава безжалостно выщипана из щелей между булыжником. Под защитой кольца стен — широкая башня в четыре этажа, но на каждом потолки метра в четыре, и это делает ее просто невероятно высокой. Вокруг — хозяйственные постройки, дом прислуги, размерами едва ли уступающий моему в Северном. Рядом— жмущийся к земле барак для стражи. Окна башни были темными, только на самом верху горел оранжевый прямоугольник: не иначе сам хозяин города не спит. Строит планы? Заранее отмечает победу?

Я еще постоял в темноте, прикидывая, как действовать дальше. Для начала, что вполне очевидно, следовало проникнуть в башню. Двери наверняка заперты. Придется снова лезть. Будет не очень приятно, если наверху окажется, что с крыши внутрь попасть нельзя.

Отключив маскировку, полностью положился на мрак. Двигаясь от тени к тени, надолго замирал, прислушиваясь к тишине, и шел дальше. В доме прислугиеще не спали. В окнах двигались тени, доносились приглушенные голоса, но слов было не разобрать. Я проскочил мимо и вскоре оказался у башни.

Здесь пришлось провести больше времени, чем хотелось бы. Тревожила высота, причем, не совсем безосновательно. Башня была в полторараза выше стены, к тому же с хаотично, на первый взгляд, разбросанными окнами. Это не монолитная на всю глубину кладка, стены хоть и толстые, но за ними — помещения, в которых может отыскаться совсем не любопытный, но очень ответственный человек. И стоит мне хоть одним звуком выдать свое присутствие…

Чем дольше я стоялвнизу, тем меньше во мне оставалось уверенности в том, что мой план вообще выполним. Промелькнула робкая мыслишка, что все решится как-то само собой, что нужно выбираться обратно в лагерь и положиться на Залтана и баронов… Я едва не зарычал от злости на самого себя. Соберись, тряпка! Поднялся, застегнув распущенный на всю длину застежки комбинезон, надел капюшон и маску. Ладно, зато проветрился.

Кончики пальцев саднили от долгой непривычной нагрузки, завтра они покроются гематомами, и я еще долго не смогу толком ничего делать руками. Но это завтра, а пока двигаемся. Материал комбинезона хороший, протереть его нереально, только проткнуть, и шершавый, «акулья кожа», позволяющий тратить меньше сил на то, чтобы держаться. Только благодаря ему я сумел подняться на самый верх. Думать о предстоящем спуске не хотелось вовсе. А о том, что придется уходить через две стены — тем более. На крышу выбрался совершенно разбитым, благо, стражи на ней н оказалось, и я сумел отдохнуть. Силы в тело возвращались быстро, хвала микроботам, но они же вытягивали на ремонт и перестройку последние калории, живот прилип к позвоночнику, а затянутые ремни доспеха теперь болтались. Не умереть бы с голоду. Вот будет смеху, когда люди барона найдут на крыше высушенное тело!

С такими невеселыми мыслями я поднялся и начал искать вход в башню. Крышу устилала солома, посеревшая и рассыпающаяся в пыль. Было ясно, что никто не поднимался сюда в последние… сколько? Месяцы? Год? Ветер смешал труху, и найти люк оказалось довольно трудно. Наконец, под ногами гулко стукнуло дерево. Опустившись на колени, я разгреб мусор, под которым оказалась потемневшая от времени и влаги крышка. Вот он.

Долго лежал, прижавшись ухом к дереву и пытался определить, есть ли кто по ту сторону. Наконец, плюнул и потянул за притопленное в доски кольцо: если там и была стража, то, услышав мои шаги и возню на крыше, теперь затаилась. Будем решать проблемы по мере поступления.

Давно не смазанныепетли заскрипели пронзительно, крышка поднималась с огромным трудом, старое дерево оказалось на удивление тяжелым. Навстречу потянуло разогретым воздухом, запахами немытых тел, железа, выделанных кож и почему-то ванили. Я улегся на живот и, свесившись внутрь, заглянул в зеленоватые сумерки. Никого. До пола всего пара метров, к тому же, к самому люку прислонена лестница. Встав на ступени, я осторожно притворил за собой крышку, которая снова завизжала петлями, и спустился вниз.

Помещение было завалено хламом. Это был чердак, и сюда стаскивали старую мебель, какие-то сундуки, тюки со старыми тряпками. Вниз вела узкая каменная лестница. Я осторожно выглянул и, никого не обнаружив, начал спускаться на верхний жилой этаж. Здесь должны были размещаться хозяйская спальня и детские. В широком коридоре на вбитых в стены крюках висели масляные светильники, под которыми расположилась стража. Двое широких мужиков в массивных доспехах дремали, сидя прямо на полу и почти полностью перегородив проход с этой стороны. Пройти можно, но лучше я сперва проверю, что делается на других этажах. Мало ли, что может случиться, не люблю неожиданностей.

В башне царила тишина, только где-то внизу раздавались приглушенные голоса. Я рискнул и дальше идти без маскировки, благо, в башне было темно, а светильники не столько разгоняли мрак, сколько сгущали его для обычного человека, у меня же в сумерках инфракрасного зрения были все преимущества.

Снова лестница, длинный пролет, внизу — никого. А вот голос стал заметно громче, и даже понятно теперь, откуда он доносится: вон из-за той двери, которую охраняютещедвое. Только эти не спят, стоя прямо под светильниками и напряженно всматриваясь в темноту.

Между мной и ими еще одна лампа на стене, незаметно не пройти, разве что в маскировке. А вон там, дальше, еще стража. Эти сидят по уму, за пределами светового пятна, если бы не ночное зрение, ни за что бы не заметил. Так что здесь путь закрыт. А жаль, очень хотелось бы послушать хозяина замка. Ну, нет, значит, нет.

Вернувшись на верхний этаж, надолго замер в темноте, прикидывая, как действовать дальше. Пока все по плану, и я не переставал ждать, в какой же момент все пойдет наперекосяк. Даже стража тутоказалась обычной, не усиленной. Правильно, зачем? Башня неприступна, охранять внутренние стены наверняка отправлены лучшие воины. Что может случиться?