Фемоген

Намекнул на наш одинаковый возраст. Стереотипы, конечно, но что для мужчины детство — для женщины зрелость, и так далее.

— Ой всё, — сделала Лена картинный жест, прикрывая лицо рукой. Точно дочь копировала, — признаю. Rock’n’Roll жив!

Показала козу, и мы вдвоём засмеялись. Янка смотрела на нас с сомнением.

— Вы, ребята, до сих пор на одной волне, и чего только развелись. Так мне никто и не расскажет?

Лена молчала.

— Говорили уже, разошлись во взглядах, — вновь решил отмазаться.

— Ага, — кивнула дочь, — судя по твоему поведению, пап, это ты по сторонам заглядывался.

— Эх, — только вздохнул.

Не говорить же ей, что ситуация была противоположная. Не готовы мы перед дочерью такими вещами делиться, ограждаем.

— Мне надо ехать, — посмотрела на часы супруга, — Яну заберу через два дня. Каждый вечер в бар не ходите.

— У нас кооп ещё не пройден, — напомнил я о планах на вечер.

— Ага, — хитро прищурилась дочка.

Мы с женой оба поняли, чем именно будет занято наше чадо. Будет выпытывать из меня подробности моих похождений и требовать знакомства с моей новой подружкой. Ох, надеюсь она разыграется и остынет.

— Счастливо!

Лена поцеловала мелкую.

— Пока, Галактион. Рада была увидеться.

— Беги, хорошей дальше.

Улыбнулся.

— Дальше отсюда, да?

Она неожиданно рассмеялась и двинулась на выход.

— Мама, прямо, в настроении, — заметил вслух.

— Она всегда, когда тебя видит, веселее становится.

— Конечно, — хмыкнул с сомнением.

— Или у неё с исследованиями всё хорошо, — высказала догадку Яна.

— Хм.

Вот эта новость интересная. Надо будет разузнать. У нас очень схожие научные темы исследований, хотя механизмы разные. Моя основная область интереса сейчас завязана на биохимические основы эмоциональной привязанности в паре фемо-женщина и мужчина. Но изначально я делал упор на другом — на базовом механизме заражения клеток первичным фемо-вирусом и определением дальнейших структур вирусов фабрик, преобразователей хромосом. Это очень широкая картина для изучения.

С Леной мы начинали вместе, и она решила определить свою область исследований при расставании. Приняла решение углубиться в происходящее исключительно в клетке, в воздействии на митохондрии. Малоизученная тема, а потому благодарная, но требующая изобретательности. Впрочем, в изобретательности супруге было не отказать, всегда считал её хорошей учёной.

— Обедала? — спросил дочь.

— Да, как приехали, так сразу.

— Таак… предложил бы в город смотаться, да только…

— Что я там не видела, па?

Ух, спасла меня от признания.

— У нас, между прочим, ещё новый Rayman не пройден! А вообще тебя дома от мамы подарок ожидает. Только тебе, вроде как, ещё работать надо?

Сделал задумчивое лицо.

— Вообще, начальство уже уехало…

— На лифте, и всего лишь к себе в кабинет, — уточнила мелкая.

— Кто будет меня искать?

— Твои студентки? — изобразила Яна прищур.

— Вряд ли.

— Ты же мне расскажешь про этих девушек? Я написала Астре, она должна знать, но она занята. Не знает, и вообще на тебя обижена, как я поняла. А, между прочим, сидит что-то там для тебя паяет. Эх, не ценишь ты своих женщин.

Дочь изобразила глубокий, но слишком наигранный вздох.

— Когда ты только успела написать?

— Пока вы разговаривали.

— Просто, Яна, самая главная в моей жизни женщина — это ты. Так что с остальными что будет, не так уж важно. Пойдём на улицу, через парк прогуляемся. Не дело в такую погоду за игру так рано усаживаться.

— С погодой тут и вас и правда красота, у нас холоднее ещё.

Прошли к выходу, вышли из здания и направились по аллеи к учебному корпусу. Пока шли, обсуждали её учёбу и друзей, но как-то без огонька дочь рассказывала. Серая обыденность, как она сама это назвала.

— Па, это та девушка?

Вот тут Яна загорелась энтузиазмом.

— Тамара Гуревич, студентка 31-О-1, участница того инцидента, что ты видела в записи.

Тамара сидела на лавочке сбоку от дороги и была погружена в чтение.

— Ой, пап, ты попал.

— Чего это?

— Мы с тобой обычно всё обсуждаем, но тут я, всё-таки, лучше промолчу.

Хотелось сделать «рука-лицо», но сам же старался дочь отучить от такого рода выражений чувств.

— Будем подходить? — спросила главная в моей жизни женщина.

— Не будем беспокоить, — ответил.

— Не. Будем, — Яна улыбнулась и помахала рукой девушке на скамейке.

Тамара нас заметила и улыбнулась. Взгляда Янки не видел, но Тамарины глаза показывали, что контакт между женщинами уже начался. Дистанция уже сокращалась, стартовое положение было подобрано. Но присутствие во взгляде мягкости говорило, что брюнетка с новой знакомой будет, можно сказать, нежна.

Янка подошла на расстояние шага, ещё раз осмотрела сидящую девушку. Посмотреть было на что, но я старался не акцентировать взгляд.

— Хм, — дочь хмыкнула одобряюще-осуждающе, она так умеет, и поздоровалась, — Здравствуйте. Яна, дочь.

Протянула руку.

— Очень приятно. Тамара, студентка, — улыбка брюнетки стала слегка веселее.

— Что ты только в нём нашла?

Вопрос был такой неуместный, что хотелось сделать дитю замечание, но Тамара меня опередила.

— Гены.

На меня Тамара не смотрела, держала суровый, ути-пути, взгляд моей дочери.

— У учёного генетика должны быть где-то припасены отличные гены.

Девушка улыбнулась, и я вслед за ней. Молодец. Отличница! Янка явно провоцировала, но Тамара блистательно перевела всё в шутку. Девочки сами справляются, лезть не буду.

— Уууу, да ты ещё и умная! — в Янке включился назад ребёнок, — я подумала, ты только красивая до жути и кулаками махать умеешь. Только раз-два, ууух. Круто! Вот бы меня кто научил, Астра вечно отнекивается.

— Лейтенант Астра Таубе?

Теперь уже Тамара посмотрела на меня с небольшим удивлением. Понятно почему — про Астру слухи ходили, прямо скажем, правдивые. Разрешать дочери общаться с такой особой, казалось бы, странно. Но уроженка Швеции в вопросах дружбы была эталоном, для Янки лучше старшей сестры было не придумать. Все ухажёры блондинки знали, что если она с ребёнком, подходить нельзя — убьёт.

— Да, не желает меня учить драться, только мороженым пичкает.

— Бедная девочка, — Тамара совершенно серьёзным голосом пожалела мелкую.

Улыбнулся, потому что заметил, что девушке тоже весело. Как-то я очень хорошо улавливаю её невербальные сигналы.

— Давай я с тобой проведу пару уроков. Посмотришь, как тебе.

— Оооо.

Это был сильный ход.

— Оооо, — повторила Яна, — па?

— Вот и про меня вспомнили, — добавил сарказма в голос.

— Мы, вообще-то, только о тебе говорили, — ответила дочь, — да, Тамара?