Фейри-профайлер

Это отражение создала я.

Ужас начальника тюрьмы полностью разрушил его власть надо мной, холодная реальность снова заполнила разум. Я вскочила на ноги, одной рукой обхватив его шею удушающим приемом, а другой зажав ему рот.

– А теперь тебе лучше заткнуться. – И усилила хватку.

Мужчина сопротивлялся, но он был не такой сильный, как другие фейри. С зажатым ртом его чары не действовали. Он постепенно слабел в моих объятиях, пока окончательно не обмяк.

Я выпустила его шею, еще несколько секунд зажимая рот, а потом разжала руки, и мужчина рухнул на пол. Дрожащими пальцами я застегнула куртку, передернувшись от воспоминания о его прикосновениях.

В крови бурлил адреналин. Неизвестно, сколько он проваляется без сознания. И вряд ли я смогу преодолеть его чары еще раз…

Я повернулась к зеркалу, тяжело дыша. Начальник тюрьмы сказал, что восточнее есть портал. Я пройду сквозь отражение к оставшемуся снаружи зеркалу и направлюсь на восток. Попробую сориентироваться по звездам и найти какой-нибудь портал. В любом случае надо сваливать из этого жуткого места и возвращаться к Габриэлю.

Во рту пересохло, я с трудом проглотила ком в горле. Значит, бросить Роана?

Внутри все сжалось от страха. Я повернулась к зеркалу, ненавидя то, что собираюсь сделать. Нашла второе отражение и свела оба вместе. Стекло замерцало, и я прыгнула внутрь.

Глава 26

Я бесшумно выскользнула из отражения в жестяной ванне и отползла в сторону от капающей воды в темном углу узкой камеры пыток. Благодаря такому перемещению я вся вымокла в ледяной воде, но с меня хотя бы смыло мочу. Пришлось стиснуть челюсти, чтобы зубы перестали стучать.

Прячась в тени, я наблюдала за происходящим. Мучительница стояла ко мне спиной, не отрывая взгляда от стола. К моему ужасу, там лежал Роан. Его могучее тело обхватывали железные кольца, изо рта торчал кляп. Изголовье стола находилось ниже изножья. Меч Роана в ножнах лежал на столе.

Я вытянула шею, чтобы лучше рассмотреть. Женщина уже приступила к пыткам, держа длинными пальцами в перчатках ржавый железный нож. Сердце заколотилось о ребра, когда я увидела, как она провела лезвием по мощному торсу Роана, разрезав кожу. Роан дернулся в оковах, стиснув кулаки. По его лбу стекали струйки пота. У меня пересохло во рту. На ребрах виднелись три багровых пореза, из-за наклона тела кровь стекала на лицо. Учитывая те шрамы крест-накрест, которые я видела на его спине, это явно не первая пытка Роана в тюрьме фейри.

Я прикусила губу. Я думала, что уже сталкивалась лицом к лицу с худшими представителями человечества. Но никогда не видела пытки воочию, и от такого зрелища меня переполнял ужас. Сейчас мне больше всего хотелось выбить все дерьмо из этой уродовавшей Роана ублюдочной фейри. Однако нужно держать эмоции под контролем, иначе она почует меня через несколько секунд… Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох и мысленно сосредоточилась на движении воздуха, входящего и выходящего через легкие. Пляж, утопающие в песке пальцы ног, крики чаек… Держи себя в руках, Кассандра.

Беззаботно мурлыча себе под нос, фейри-мучительница вытащила из кармана воздушного платья длинный лоскут отливающей золотом ткани, сложила в несколько слоев на лице Роана, взяла в руки жестяную лейку и начала аккуратно поливать его лицо. Роан забился в судорогах, и у меня в голове зазвенело слово «утопленник». Где-то в глубинах сознания вспыхнул образ – череп под водой, символ чистого ужаса. Я заморгала, пытаясь сосредоточиться.

Эта сучка подвергает Роана пыткой утоплением. Наверное, это не убьет его, но он почувствует, что умирает. Наблюдая, как он распростерся там, беспомощный, я ощущала себя так, словно получила удар под дых.

Элрин лежала в углу, связанная по рукам и ногам, рот ее был заткнут грязной тряпкой, все тело содрогалось. Видимо, зрелище пыток друг друга – тоже часть наказания. Хотя сейчас она таращилась широко раскрытыми глазами прямо на меня. Если она продолжит так пялиться, я пропала…

Я огляделась, отчаянно ища оружие. Мой взгляд упал на ряд свисавших с ближайшей каменной стены копий.

Медленно и бесшумно я выбралась из ванны и подкралась к копьям. Скорчившись в тени футах в двадцати от пыточного стола, потянулась за одним, но замерла, заметив серебристую вспышку.

Кинжал всё еще торчал из руки мучительницы. Похоже, она даже не замечала его и совсем не беспокоилась. Может ли этот безумный призрак чувствовать боль? Наверное, нет. Серебряное копье здесь бесполезно.

Но ее орудия пыток сделаны из железа…

Я опустилась на четвереньки, бесшумно подползла к стойке и оглядела внушающую страх коллекцию железных инструментов. Женщина взяла оттуда единственный нож. Остальные орудия предназначены для пыток, а не для казни. Мгновенно убить с их помощью не получится, но можно хотя бы ранить…

Я осторожно взяла в руку кошку-девятихвостку – плетку о девяти хвостах с железными наконечниками, – а другой рукой схватила маленькие железные ножницы. Меня никогда не обучали пыткам – я ведь работаю не в ЦРУ. Но у меня появилась идея, как воспользоваться добычей.

Мучительница вылила на лицо Роана еще одну порцию воды. Я услышала, как лязгнули его кандалы, и заперла поглубже в клетку все мысли о боли, которую он испытывает.

Мучительница изящно повернулась и поставила лейку на стол. И застыла при виде меня. Ее пустые глазницы пронзили меня насквозь, как копья страха.

Но я не собиралась давать ей время прийти в себя – ринулась к женщине и замахнулась девятихвосткой, метя ей в лицо. Плетка с оглушительным треском рассекла бледную кожу. С жутким пронзительным воплем мучительница рухнула на колени, схватившись за лицо. Другой рукой я вонзила железные ножницы ей в плечо. Она закричала, забилась, вцепилась в раненое плечо и согнулась пополам, протягивая ко мне длинные костлявые пальцы.

Мое сердце бешено забилось; я отпрянула, стараясь избежать ее прикосновения, и забежала ей за спину. Не успела она повернуться, как я снова ударила ее – и рассекла воздушное платье и плоть.

Женщина со стоном упала на пол, но я не испытывала никакого сочувствия. Я била ее вновь и вновь, оставляя на белой плоти кровавые полосы. Моя рука поднималась и опускалась. Я была полна решимости продолжать до тех пор, пока мучительница уже не сможет подняться и причинить боль мне или Роану. Однако с каждым ударом плети я чувствовала, как что-то во мне надламывается – все сильнее и сильнее…

Наконец я выдохлась и выпрямилась, вся дрожа. Фейри неподвижно распростерлась у моих ног, ее кожа превратилась в клочья. Меня затошнило и от нее, и от себя самой. Мне было противно, во что превратило меня это адское место.